Чудовищ нет - Юрий Бурносов

Ну вот опять: я ей, получается, должен быть благодарен. Доверие оказали, помощи попросили… Буду ведь потом жалеть, жопой чую. Что я бате скажу?

— Есть! — торжествующе прошипела Лорка.

— Я подошел, но в полумраке ничего толком не увидел — так, что-то мелкое у нее в руке.

— Точно оно?

— Точно.

— Постой-постой, — сказал я. — Зачем я-то сюда перся, ты можешь объяснить? Ты сказала, что я могу сделать то, чего не можешь сделать ты, так? И вот ты преспокойно ковыряешься у него в столе, находишь нужную вещь…

— Это ерунда, мелочь. Но то, что я ее нашла, очень хорошо.

— Покажи хоть.

Черт, это снова был камешек. Маленький, синий, типа драгоценный, красиво ограненный. Такой и из старой маминой серьги можно выломать запросто. Бирюза, аметист, аквамарин — есть разные синие камни.

— И что он делает?

— Долго объяснять. Мы должны найти Жезл. Все остальное — ерунда, мелочь.

Я промолчал, потому что давно понял — не хочет говорить, значит, и не скажет, не к чему клянчить. И пошел в спальню.

Кровать у полковника-демона была старинная, с металлическими шишечками, высокая. Несколько пухлых подушек, на стене — кто бы мог подумать?! — репродукция «Трех богатырей», да и вообще вся обстановка какая-то старушечья, шкафчики полированные, трюмо, сервант со стеклянными дверцами… Или ему мода пофиг?

А вот и сейф. В котором, по идее, должно храниться ружье. А раз оно висит на стенке, значит, в нем хранится что-то другое. Что можно спрятать в сейфе? Понятно что — Жезл.

Я присел на корточки, положил двустволку на пол и подергал сейф за рукоятку. Заперт. Маленький, узкий и высокий, как раз под ружье по габаритам.

— Лор! — позвал я.

— Чего? — отозвалась она, чем-то брякая и шурша.

— По-моему, я нашел.

Лорка появилась в дверях, мне в глаза ударил луч ее фонарика.

— Где?

— Да вот же.

Она сделала шаг к сейфу, присела рядом со мной, протянула руку и остановила ее в нескольких миллиметрах от дверцы.

— Что такое?

— Ничего.

Лорка потрясла головой и дотронулась до серебристой краски. Ее передернуло и буквально отшвырнуло так, что плечом она врезалась в спинку кровати. Я вытаращился на красное пятно, медленно таявшее на дверце сейфа там, где только что прикоснулся Лоркин палец, и только потом повернулся к ней:

— Ты жива?

— Жива… Это он, Алекс! Он внутри! Теперь ты понял, зачем я тебя позвала?

Лорка лежала на боку и тяжело дышала, растирая пострадавшую руку.

— Не понял, — буркнул я.

— На сейфе — заклятие. Ты видел, что со мной стало. А ты можешь касаться его безнаказанно.

— Это ты так думаешь. Если твой Пах не дурак, он все предусмотрел.

— Он не мог предусмотреть, что я обращусь за помощью к человеку. Мы редко имеем дело с людьми, хотя раньше кое-кто из шедим нанимал слуг и охранников среди вас…

Вот и меня наняли. Возвращение к древним традициям. Бросить бы ее тут рядом с сейфом, который она все равно не сможет открыть! Почему-то я разозлился, и Лорка, которую еще недавно я любил, теперь меня бесила. Как к ней обращаться — масса, мэм? Опахалом над ней махать? Нет, обидеть она меня не хотела, у нее в разговоре это проскальзывает само собой. В порядке вещей.

— Не сердись, — попросила Лорка тихо. Она быстро понимала, если сморозит обидную глупость, да вот только не всегда.

— Проехали, — сказал я. — Значит, уверена, что меня не долбанет?

И осторожно щелкнул пальцем по сейфу. Он гулко отозвался, но ничего страшного не произошло.

— Вот видишь.

— Один черт, мы его не откроем, — сказал я. — В замок из ружья пальнуть? Разбудим весь квартал, люди сбегутся…

— Попробуем его унести. — Лорка села по-турецки, но руку продолжала растирать, морщилась. Небось проклятие Князя-демона — не саму себя грызть… Попробуем унести. Мы пахали…

Я попробовал оторвать сейф от пола — получилось неожиданно легко. Ружье оставлять не хотелось, но пришлось; я сходил и аккуратно повесил его на прежнее место. Хватит револьвера, если что. «Трэнтер» я взял, не сказав об этом Лорке ни слова, и теперь он успокаивающе торчал за ремнем.

Едва не поскользнувшись в своей блевотине, я тихонько выругался.

— Прости, что не могу помочь, — сказала Лорка. — Очень тяжело, да?

— Нормально.

В самом деле было нормально, я достаточно далеко мог бы унести эту рогозу, но куда? В Лоркин гараж? На себе по ночным улицам? Засекут, мало не покажется… Такси вызвать? Точно. Сомневаюсь, что Буров будет искать свой Жезл при помощи милиции, это не ружье, вот если бы я ружье украл…

— Вызови по мобиле тачку, — велел я Лорке. — Через десять минут возле трансформатора, на углу Кирова и Мценской.

Это отсюда пара кварталов, подстраховаться не мешает. Она позвонила, объяснила диспетчеру, куда подъехать и куда потом поедем (я угадал: в гараж Стефана). Убрала телефон в кармашек рубашки и сообщила:

Белая «десятка», номер семьсот тридцать пять, сейчас будет.

— Пойдем тогда, — кивнул я, обматывая сейф покрывалом с кровати.

Сопровождая меня на почтительном расстоянии, Лорка двинулась сзади. Из дома я вышел практически не таясь. Выходит от начальника милиции парень с ящиком, завернутым в тряпку, — что тут криминального?

Стасик сидел в своей телефонной будке тихо, как мышь. Высунулся, спросил:

— Чего тащишь?

— Сам не знаю, — признался я. — Вылезай, щас такси приедет, поедем дальше. Тут все спокойно без нас?

— Спокойно… Куда это «дальше поедем»? Мне домой надо!

— Помоги хотя бы дотащить!

— Сейф все же был тяжелее, чем показалось сначала. Стасик ухватил сейф за угол тряпки, и мы вместе потащили его, стараясь двигаться в тени. Лорка шла поодаль, по-прежнему тиская руку, — болела, наверное.

— Ладно, поеду… — проворчал Стасик. — Дурака из меня делаете, ей-богу.

Такси уже стояло на месте. Приближаясь, мы постарались выглядеть как можно более естественно: стали переговариваться, хихикать. Стасик заметил:

— Вот и аппарат! Уважаемый, нам на Вторую Лесную.

— Это сто пятьдесят рублей будет стоить, — сказал водитель, молодой совсем пацан в бейсболке. По радиовызову это стоило примерно рублей семьдесят, но парень прикинул, что нас трое, уже поздно, а мы еще и с грузом.

— Идет, — сказала Лорка, которая была нашим денежным мешком. В конце концов, это ее предприятие.

— Багажник открой, — попросил я.