Денизавры - Джереми Бейтс

Эрнест тихо вздохнул про себя и пошевелился на жёстком пластиковом стуле. Он взглянул на наручные часы (уже двадцать минут, подумал он, раздражённо, а я пришёл рано), а затем оглядел приемную. Возможно, он и делал вид, что занимается своими делами, как и все остальные, но это не мешало ему высказать пару догадок о недугах некоторых из этих людей. Азиатская мать с чихающим ребенком, скорее всего, просто пришли сделать прививку от гриппа. Двадцатилетний парень с низко надвинутой кепкой «Ред Сокс, - возможно, подцепил венерическое заболевание во время своей последней бурной ночной вылазки. А все эти пожилые люди? Кто знает? Когда достигаешь «золотых лет, - здоровье становится лотереей.

Эрнест прекрасно это понимал. Ему было семьдесят один год, и, казалось, он посещал доброго доктора три, а то и четыре раза в год по тем или иным причинам.

Стареть было не весело, - внутренние механизмы» уже не те, что раньше… но такова жизнь, так что к чёрту все эти переживания.

Пожилая женщина, у которой трость лежала между ног, бросила на него взгляд. Она улыбнулась, словно говоря: - Я сегодня не умру, сынок, что ты на это скажешь?

Эрнест улыбнулся в ответ. Это было не больше, чем слегка сжатые губы. Затем он сложил руки на коленях, закрыл глаза и попытался вздремнуть.

Через несколько минут доктор Гилсдорф вышел из коридора, примыкающего к стойке регистрации. Он поболтал с администратором, посмеялся (похоже, врачи и администраторы — единственные, у кого в медицинской клинике есть чувство юмора) и заглянул ей через плечо на монитор компьютера. Большинство ожидающих пациентов с надеждой смотрели на него. Игнорируя пристальное внимание, Гилсдорф сказал что-то администратору и вернулся тем же путем, которым пришел. Администратор еще немного повозилась, а потом встала и спросила: - Мистер Кэмпбелл?

Слава Богу.

Эрнест подошёл к стойке. Ребекка, постоянная администраторша, наверное, взяла больничный, потому что он не узнал эту коренастую женщину с шокирующей причёской. Корни были чёрные, средняя часть волос — блондинистая, а кончики — лиловые.

— Здравствуйте, — сказала она, беря в руки клипборд. Анкета, которую он заполнил, лежала на верхней странице. — Пройдите за мной, пожалуйста.

Она провела его через лабиринт маленьких кабинетов — их было явно слишком много для клиники, в которой работали всего два терапевта и один уролог. Она остановилась перед открытой дверью и засунула блокнот в прикрепленный к ней пластиковый чехол. - Присаживайтесь. Доктор Гилсдорф примет вас через минуту.

- Спасибо…

- Перл. Я работаю только по четвергам. -

Эрнест вошел в кабинет. Он сел на стул напротив рабочего места Гилсдорфа. Единственное другое место — это кровать пациента, но он не хотел сминать одноразовую бумагу, похожую на салфетку, которой она была застелена. Он пришел не на медицинский осмотр; курс антибиотиков «Z-Pak, - который он принимал от кашля — легкого, но досадно упорного, — не давал результата, и ему нужно было что-то посильнее.

На стене напротив Эрнеста висел диплом Гилсдорфа о высшем медицинском образовании в чёрной рамке, а также несколько других сертификатов, свидетельствующих о его последипломной деятельности. Медицинские принадлежности были выставлены на двух полках вдоль другой стены. Здесь было выделено место для трёх фотографий в рамках: дочери Гилсдорфа, Лизы; его сына, Люка; и полноватого золотистого ретривера. Жены не было. Гилсдорф развелся ещё до того, как десять лет назад стал семейным врачом Эрнеста (когда предыдущий семейный врач Эрнеста досрочно ушёл на пенсию и переехал на Багамы).

К удивлению, доктор Гилсдорф появился через несколько минут. Он был невысоким лысым мужчиной в модных очках в черепаховой оправе. Его массивый живот натягивал белый халат. Он всегда носил привлекающие внимание кроссовки, и сегодня его выбор пал на пару флуоресцентно-зелёных «Адидас.

— Привет, Эрни, — сказал он, вытаскивая клипборд из пластикового чехла. Его немецкий акцент был настолько слабым, что его нужно было прислушиваться, чтобы уловить. — Спасибо, что зашёл.

— Ты хотел меня видеть, а у меня закончились яблоки.

Гилсдорф слегка улыбнулся, и Эрнест почувствовал щемящее беспокойство в животе. Гилсдорф обожал плохие шутки, и Эрнест ожидал от него задушевного смеха.

Эрнест вспомнил телефонный звонок, который получил два дня назад от Ребекки. Доктор Гилсдорф хотел бы назначить вам приём в конце этой недели, чтобы обсудить результаты ваших анализов крови. Тогда вы сможете поговорить с ним об антибиотиках. Довольно невинно, подумал Эрнест. Но, если хорошенько подумать, Ребекка вела себя довольно сдержанно. Никакой бодрой болтовни. Никакого певучего «пока-пока! — её обычного прощания.

Гилсдорф сел в кресло у своего рабочего места и отложил в сторону клипборд, даже не взглянув на него. - Итак, я изучил результаты ваших анализов крови, — сказал он, отказавшись от обычной светской беседы. - Не знаю, как вам это сказать, Эрни…

Эти слова были как невидимая пощечина. Эрнест моргнул, бессмысленно подумав: - Присаживайся, Стив, у меня плохие новости…» Только он не был Стивом, и это не был скучный внутренний монолог. - Я не знаю, как тебе это сказать…» Боже мой, это было по-настоящему и происходило сейчас. Он был тем самым лохом из мема, и это было совсем не смешно.

Эрнест сглотнул. — Что сказать, док?

- Сначала хорошие новости. У тебя нет повышенного холестерина.

Эрнест не улыбнулся.

Гилсдорф вздохнул. - Твой кашель меня беспокоил, особенно учитывая, что в остальном ты здоров как бык. Поэтому я провел анализы на онкомаркеры в твоей крови.

Опухоль, — подумал Эрнест, и его охватила жаркая волна тошноты. - У меня рак? — без выражения спросил он. Он был слишком потрясен, чтобы удивляться или бояться.

— Анализы указывают на наличие рака где-то в вашем организме, да.

Теперь по нему пробежал холод страха. — Рак лёгких? — спросил он.

— Я не онколог, Эрни. Вам понадобятся дополнительные обследования, чтобы…

— Но кашель…?

— Возможно, это связано.

— Возможно? Говорите прямо, док.

— Ты просто отхаркиваешь зелёную слизь?

— Просто?

—