Против тьмы - Деннис Уитли

— В самом деле? — Ричард опустил ее на землю. — Бедняга Джим. Надо помочь ему.

— Очень сильно поранился, — продолжала Флер, импульсивно дергая юбку своей матери. — Порезался о волшебную саблю.

— Милая, — Мэри Лу погладила Флер по кудрявой головке. Она знала, что словами «волшебная сабля» Флер называет косу садовника; Ричард всегда настаивал, чтобы газон в Кардиналз-Фолли косили вручную, — он был настолько старым, что сенокосилка могла повредить его. — А где он сейчас, радость моя? — спросила она.

— Нянюшка забинтовала ему руку, а я помогала ей. Он сейчас на кухне.

— И ты не испугалась крови? — с интересом спросил Ричард.

Флер тряхнула своей кудрявой головкой.

— Нет, мама говорит, что Флер не должна ничего бояться. Зачем мне пугаться крови?

— Только глупцы пугаются, — ответил ее отец. — Но все мы — и мама, и ты, и я — должны быть храбрыми.

В этот момент к ним подошла гувернантка Флер.

— Ничего серьезного, мадам, — услышав последнюю часть их беседы, заверила она Мэри Лу. — Джим точил косу, оселок соскочил, и он повредил палец.

— А если он не сможет работать? — на высокой ноте воскликнула Флер.

— Ну и что? — серьезно спросил ее Ричард.

Девочка задумалась и наморщила лобик.

— Он бедный, — заявила она, — он должен работать, чтобы кормить своих детишек. И если он не сможет работать, он попадет в передрягу — правда?

Услышав выражение, которым Саймон называл всякого рода неприятности и которое так бойко сорвалось с языка ребенка, Ричард и Мэри переглянулись, улыбаясь одними глазами.

— Да, это очень серьезно, — согласился Ричард, — но что теперь делать?

— Мы все должны дать ему что-нибудь, — задержав от волнения дыхание, произнесла Флер.

— Что ж, я, пожалуй, дам ему пол-кроны, — предложил Ричард. — А ты сколько сможешь пожертвовать?

— Я тоже дам пол-кроны, — отозвалась щедрая Флер.

— А у тебя столько найдется, малышка? — спросила ее мама.

Флер на секунду задумалась.

— Быть может, и нет. Тогда я дам ему пол-пенни.

— Прекрасно, а я добавлю шиллинг, — проговорила Мэри Лу, — и всего мы соберем три шиллинга и шесть с половиной пенсов.

— Но и нянюшка должна что-то дать, — неожиданно заявила Флер, повернувшись к гувернантке, и та, улыбнувшись, сказала, что сможет подарить четыре пенса.

— Вот и отлично, — расхохотался Ричард. — Три шиллинга и десять пенсов с половиной. Он станет богачом, не так ли? А теперь тебе пора отправляться на ленч.

Успешно уладив домашний кризис, Ричард и Мэри Лу отправились в парник за ранней клубникой; Малэн, их дворецкий, принес сахар и сливки, и следующие полчаса они сидели на террасе, наслаждаясь изысканным кушаньем. Они только что закончили, когда Малэн объявил о прибытии гостей.

— Посмотри на Саймона, дорогой! — вскричала Мэри Лу, увидев идущих к дому троих мужчин и среди них Саймона в его шутовском наряде. — Можно подумать, что они сошли с ума!

Однако что бы ни подумали Итоны о своих друзьях, это не помешало им сердечно приветствовать их.

— Серые Глаза, мой дорогой! — воскликнула Мэри Лу, встав на цыпочки, чтобы поцеловать де Ришло в худую щеку. — Мы получили вашу телеграмму и умираем от любопытства узнать, что случилось. Не собираются ли наши слуги отравить нас?

— Не собираются, княгиня, — улыбнулся де Ришло. — Но мы расскажем вам о чем-то очень странном, и мне бы очень хотелось, чтобы сегодня вы воздерживались от мяса.

— Что ж тогда мы, хотя бы, выпьем по стаканчику вашего любимого шерри, — проговорил Ричард, берясь за звонок.

— Боюсь, мне придется вас разочаровать, — запрещающе поднял руку герцог. — Никто из нас не должен сейчас прикасаться к спиртному.

— О боже! — воскликнул Ричард. — Вы шутите! Вы сошли с ума!

— Вовсе нет, — заверил его герцог, — я говорю совершенно серьезно.

— Мы попали в передрягу — в жуткую передрягу, — сделав кислую гримасу, добавил Саймон.

— Очень похоже, — несколько напряженно рассмеялся Ричард. Он был просто ошеломлен видом своих друзей, наэлектризованной атмосферой, возникшей в доме после их прихода и неестественно резкой манерой их поведения.

Он взглянул на нахмуренного Рэкса, обычно столь жизнерадостного, а теперь молчаливо стоявшего у двери на террасу, и вновь повернулся к герцогу.

— Почему Саймон так нелепо выглядит? В другое время я сказал бы, что он собирается побороться за звание первого шута на маскараде.

— Я могу понять ваше недоумение, — спокойно ответил герцог. — Видите ли, все дело в том, что Саймон подвергся чрезвычайно сильному колдовскому воздействию.

— С ним действительно случилось что-то неладное, это очевидно, — отрывисто произнес Ричард, — но не лучше ли перестать дурачить нас и рассказать обо всем по порядку?

— Именно это я сейчас и делаю, — продолжал герцог. — Несколько месяцев назад Саймон увлекся черной магией. Только благодаря провидению мы с Рэксом в последний момент оказались рядом, и теперь появилась некоторая надежда избежать печальных последствий.

Ричард в упор взглянул на герцога.

— Послушайте, — сказал он, — я слишком хорошо отношусь к вам, чтобы намеренно грубить, но не зашла ли эта шутка слишком далеко? Бессмысленно говорить о магии в двадцатом веке.

— Хорошо. Назовите это тогда наукой о природе. — Де Ришло слегка устало облокотился о камин. — Магия — всего лишь название науки, изучающей возникновение явлений в зависимости от желаний и усилий воли.

— Или занимающейся использованием естественных законов особенным образом, — ко всеобщему удивлению добавила Мэри Лу.

— Несомненно, — согласился с ней герцог. — Именно такой магией наш Ричард сам недавно пользовался.

— О чем, черт возьми, вы говорите? — воскликнул Ричард.

Де Ришло пожал плечами.

— Не вы ли рассказывали мне, что прошлым летом, страдая от нехватки воды для полива, пригласили из Лондона лозоходца, а затем, взяв его ореховый прутик, обнаружили, что и сами, без его помощи, способны найти подземную водяную жилу?

— Да, — нерешительно согласился Ричард. — И, честно говоря, мне удалось обнаружить подходящие места для колодцев еще в восьми соседних поместьях. Но при чем здесь магия? Все это, как я слышал, связано с электричеством.

— Скажи вы «с вибрациями», — это было бы ближе к истине, — серьезно ответил де Ришло. — Что-то внутри вас настроилось на какие-то неведомые вибрации, излучаемые водой, и по этой причине раздвоенный ореховый прут в ваших руках начал подрагивать и поворачиваться, когда вы проходили над скрытым в толще земли потоком. Это явление относится, без сомнения, к разряду низшей магии.