Время страшилок - Рональд Келли

— Я сказал тебе никогда не рассказывать, не так ли? — сказал он, наклоняясь вперёд и зажимая двенадцатилетнего подростка между своим телом и стеной. — Я же говорил, что сделаю с тобой и твоей мамой, если кто-нибудь узнает и начнёт совать свой нос в наши дела.

— Я… я не говорил! — завопил Бреннан. Давление было таким сокрушительным, что он едва мог дышать. — Моя учительница только что сама узнала, вот и всё! Я ничего ей не говорил!

— Ты лжёшь, ты, мелкий поганец! — массивная рука Стью обхватила затылок Бреннана. — Я должен сломать тебе чёртов позвоночник за то, с чем мне пришлось сегодня мириться.

Слёзы смешались с кровью между лицом Бреннана и стеной.

— Нет! Пожалуйста… пожалуйста, просто оставь меня в покое! Одного!

Стью резко рассмеялся.

— Ты хочешь побыть один? Ну, давай… ты можешь быть один на все выходные.

Когда Стью схватил его за руку и потащил по коридору, Бреннан сделал всё, что было в его силах, чтобы остановить его — упёрся пятками в ковёр, крепко вцепился в ближайшую мебель… сделал всё, чтобы замедлить его продвижение.

— Пожалуйста, Стью… не надо! Я не хочу туда идти!

Мгновение спустя они были там… перед стенным шкафом в спальне Бреннана. Когда Стью и его мама только поженились, он подумал, что это странно… Стью так же, как и раньше, устанавливал засов снаружи этого шкафа. Но позже он обнаружил, что это было по очень тревожной причине.

— Нет, Стью! Пожалуйста! — взмолился он. — Я буду хорошим! Я обещаю, что буду!

— Конечно, будешь, — сказал ему Стью. — Ты заперт здесь на все выходные. Ни еды, ни воды.

Его отчим потянулся к дверной ручке стенного шкафа, но остановился. Он уставился на хэллоуинский скелет на двери — сплошь улыбки, его шарнирные руки и ноги раскинуты тут и там, как будто он танцевал от счастья. Он всё ещё был в костюме пилигрима и держал в руке мушкетон. Из расклешённого дула пистолета вырывался клуб дыма с надписью «БУМ! Ты покойник!»

— Проклятый скелет! — Стью толкнул Бреннана на пол, затем сорвал украшение с того места, где оно было приколото к двери.

Мальчик сердито наблюдал, как Стью яростно принялся за работу, сначала разорвав Мистера светящиеся кости пополам в нижней части позвоночника, затем расчленив его руки и ноги и, наконец, обезглавив ухмыляющийся череп от шейной кости. Куски картонного скелета валялись на полу спальни, когда Стью схватил Бреннана за воротник куртки и швырнул его в стенной шкаф с такой силой, что его макушка врезалась в заднюю стенку. Затем дверь резко закрылась, и, если не считать узкой полоски света под ней, осталась только тьма. Засов защёлкнулся с тяжёлым лязгом. Бреннан по опыту знал, что он не услышит, как он отключится, до вечера воскресенья. Он отступил в угол своего одиночного заключения и сел там, прислонившись раненой спиной к прохладному гипсокартону.

Вечером того же дня, когда его мать вернулась с работы, произошла ссора. Это продолжалось недолго. Бреннан вздрогнул, услышав уродливые удары кулаков по плоти и плач своей матери. Стью покричал ещё немного, а затем удалился в гостиную, чтобы перед ужином посмотреть «Колесо фортуны» и вечерние новости.

Прошло несколько часов. Дом устоялся. Было тихо, только звук работающего телевизора.

Бреннан посмотрел вниз и увидел, что что-то просунули под дверь стенного шкафа. Это был кусочек тоста с арахисовым маслом. Бреннан взял еду и жадно проглотил её.

— Мама… Мама, выпусти меня.

Пегги Комптон помолчала, потом вздохнула.

— Я не могу, милый.

— Мама, мы должны выбраться отсюда. Мы должны уйти.

— Мы не можем этого сделать, Брен. У нас нет выбора.

— Да! — воскликнул он. — Мама, пожалуйста! Он выйдет из себя и в конечном итоге убьёт одного из нас. Может быть, меня и тебя обоих.

Его мать долго молчала.

— Прости, сынок. Я… я просто не могу.

Затем её тень у основания двери исчезла, и она ушла.

Было немного за полночь, когда Бреннан услышал кого-то за дверью шкафа.

Мальчик резко сел с того места, где он свернулся на полу, под зимним пальто, которое он снял с вешалки. Его сердце заколотилось, когда дверная ручка дёрнулась, а затем раздался чёткий металлический щелчок открывающегося засова.

Он ожидал, что Стью ворвётся и врежется в него кулаком или ремнём. Но никто даже не открыл дверь. Бреннан просидел там, испуганный, минут пять или больше, прежде чем, наконец, набрался смелости проползти вперёд и сам попробовать открыть дверь. Ручка свободно повернулась, и дверь распахнулась во тьму.

Бреннан встал и вошёл в спальню. В ту ночь было прохладно — около пятидесяти градусов по Фаренгейту, — и он не мог не дрожать. Когда он повернулся и закрыл дверь стенного шкафа, он с удивлением обнаружил очертания светящегося в темноте скелета, висящего на верхней дверной панели там, где он был раньше. Его кости сверкали зловещим зелёным рельефом на фоне черноты ночи.

Мальчик с любопытством потянулся.

«Стью или мама склеили его скотчем и прицепили к двери?»

Его пальцы ощупали шею скелета и позвонки нижней части позвоночника. Он не мог найти следов скотча или клея. Как будто картон зажил сам.

— Что будем делать, Мистер светящиеся кости? — тихо прошептал он. — Как мы собираемся пройти через это?

Скелет ухмыльнулся ему, как бы говоря:

«Не волнуйся, приятель. Мы справимся с этим вместе. Обещаю. Просто будь терпелив».

Бреннан протянул руку и на мгновение взял руку скелета, затем отпустил её. Он забрался в свою кровать, закутался под одеяло и уснул.

Бреннан боялся приближения Рождества… в основном потому, что год назад Санта-Клаус сломал ему руку в двух местах.

Он это хорошо запомнил. Он заснул в канун Рождества и мирно спал, когда проснулся среди ночи. Кто-то был в его комнате. Он сел в постели и увидел массивный силуэт на фоне залитого лунным светом окна.

— Хо-хо-хо, — прошептал Стью.

Потом он навис над ним, весь одетый: красный костюм, борода, меховая шапка с пушистым клубком на конце.

Бреннан почувствовал, как руки Санты обхватили его левое предплечье.

— Мне надоело, что ты вмешиваешься, маленькая сволочь. Открываешь рот, когда мы