Время страшилок - Рональд Келли

«Почему ты должен был умереть, папа? — спрашивал он. — Почему ты должен был упасть со строительных лесов и сломать себе шею… и оставить нас разбираться с ним?»

На другом конце комнаты, на двери стенного шкафа, в темноте висел Мистер светящиеся кости, очерченный его жутким зелёным свечением. Он улыбнулся этой вечной зубастой ухмылкой, как будто говоря:

«Я здесь ради тебя, Бреннан. До самого конца, приятель».

Это была последняя неделя ноября, когда школьный хулиган Трой Андерсон сильно ударил его по спине во время игры в вышибалы в спортзале. Боль была настолько сильной, что Бреннан упал на четвереньки, едва дыша. Одна из учительниц — миссис Холден из классной комнаты — увидела его боль и помогла ему подняться, в то время как учитель физкультуры смеялся вместе с остальными. Когда она вывела его в коридор, она коснулась его поясницы, и он вскрикнул. Несмотря на его протест, она подняла его рубашку и увидела уродливые следы на его спине.

— Пойдём поговорим с директором, — предложила она. — С этим надо что-то делать.

— Нет! — Бреннан запротестовал. — Я в порядке. Давайте просто забудем об этом. Пожалуйста?

Но миссис Холден было не переубедить.

— Это очень серьёзно, Бреннан. А теперь пошли.

Когда директор, тренер Мичем, вышел из своего кабинета, поднял рубашку школьника сзади и осмотрел полоски на его спине, он сказал:

— Хм-м-м… ладно. Бреннан, почему бы тебе не сесть в конференц-зале? Я позвоню твоим родителям.

— Просто позвоните моей маме, пожалуйста, — выпалил мальчик.

Лёгкая улыбка скользнула по мясистому лицу директора.

— Просто присаживайся, и мы докопаемся до сути.

Сидя в конференц-зале, Бреннан знал, что ничего хорошего из этого не выйдет. По правде говоря, он ненавидел тренера Мичема так же сильно, как и Стью… может быть, даже больше. И не потому, что Боб Мичем был деревенским ублюдком футбольным тренером, которому была дарована дополнительная власть быть директором. Нет, это было больше связано с его дочерью Эмили. Эмили Мичем, маленькая, тихая девочка, которая в основном держалась особняком, училась в седьмом классе Бреннана. Возможно, это была взаимная грусть — или общее отчаяние — что сплотило их дружбу. Иногда во время обеда Бреннан сидел с ней за столиком. Они говорили о книгах, видеоиграх и старых фильмах ужасов, которые им обоим нравились. Однажды она замолчала и заплакала. Она рассказала ему кое-что о своём отце… о том, почему она ненавидит ночь и мечтает о замке на двери своей спальни.

Бреннан хотел рассказать ей о Стью и побоях, но боялся, что она больше не будет его другом, если обнаружит, что он так же сломлен, как и она. Он просидел в конференц-зале полчаса, прежде чем дверь наконец открылась. Когда это произошло, вошли тренер Мичем и Стью Комптон.

— Где моя мама? — спросил он их. — Где миссис Холден?

— Твоя мама не могла уйти с работы, — категорически сказал ему директор. — Что касается миссис Холден, у неё были занятия. Она учитель, Бреннан. Вот за что ей платят. А не быть крестоносцем или защитником.

— Итак, в чём проблема? — спросил Стью.

Он сел на стул прямо напротив своего пасынка. Откинувшись назад, он улыбнулся мальчику.

— Учитель был обеспокоен, — сказал ему Мичем. — О его спине.

Стью казался озадаченным.

— Его спина?

— Я слишком хорошо тебя знаю, Стью, — сказал тренер… и так оно и было.

Мало того, что они были соседями — Мичемы жили через дорогу от них, — Боб и Стью вместе ходили в среднюю школу и играли в одной футбольной команде.

— Конечно, ты можешь быть немного вспыльчивым и импульсивным. Но я знаю, что то, что произошло, вероятно, было оправдано. Что это была просто старомодная дисциплина между отцом и его сыном.

— Дисциплина?

Бреннан был напуган до смерти. Он чувствовал себя загнанным в угол, один в комнате с двумя мужчинами в мире, которых он презирал больше всего, но абсурдность заявления тренера просто заставила его выпалить это.

— Он взял ремень и избил меня!

Тренер Мичем покачал своей большой коротко остриженной головой.

— Ну, Бреннан… это слово… бить… это такое уродливое слово. Слово, которое вызывает у людей все эмоции. Нет, я думаю, что другое слово более уместно в этой ситуации. Дисциплина… вот что я должен классифицировать в своём отчёте.

Стью казался удивлённым.

— Отчёт? Это действительно необходимо, Боб?

— Приятель, если бы это зависело от меня… нет. Но времена изменились с тех пор, как мы учились в школе. За всё есть ответственность. Миссис Холден изо всех сил старается спасти бедную, ушибленную задницу твоего парня. Она готова позвонить в Службу защиты детей. Мы не хотим, чтобы это произошло, не так ли? Так что мы должны работать вместе, чтобы успокоить миссис Холден и школьный совет.

— Что ты предлагаешь, Боб?

— Я знаю, что парень, вероятно, заслужил то, что получил, но будь с ним помягче, — посоветовал директор. — Должны быть другие — менее очевидные — способы дисциплинировать ребёнка, не расстраивая окружающих.

Стью рассмеялся. Это был отвратительный звук.

— Ты знаешь, что говорит Библия. Пожалеешь розгу — испортишь ребёнка.

— О, я прекрасно об этом знаю, — сказал тренер Мичем. Тонкая улыбка скользнула по его массивному лицу. — Моя дочь Эмили… она тоже время от времени получает розгу.

Ненависть Бреннана в этот момент была так сильна, что он чувствовал, что она может вспыхнуть и поглотить его. Двое мужчин, которые разожгли эту ярость, казалось, даже не заметили.

— Хорошо, — сказал Стью, пожав плечами и вздохнув. — Он забывчивый и непослушный ребёнок, но с этого момента я буду относиться к нему помягче. Или, по крайней мере, я попытаюсь.

— Это всё, о чём я прошу, — сказал директор. — Попозже я позову миссис Холден в свой кабинет… хорошенько поговорю с ней. Убежу её, что замять это всё в интересах самого Бреннана.

— Буду признателен, приятель, — Стью встал и крепко пожал руку директору.

— До конца школы остался всего час, а сегодня пятница, — сказал Мичем. — Почему бы тебе не подписать мировую с Бреннаном? Отвези его домой… пообщайтесь как отец и сыном, прежде чем Пегги вернётся с работы.

— Звучит прекрасно.

Пока Бреннан ходил вокруг стола, Стью от души хлопнул его по спине, вызвав новый приступ боли.

— Давай, сынок.

Дорога домой была долгой и молчаливой. Бреннан сел на пассажирское сиденье, максимально прислонившись к двери. Стью свистел и улыбался, пока вёл машину, как будто ему было всё равно на то, что происходит в мире… или он