Комната кукол - Майя Илиш

— Мы будем пить из бутылки? — Я всем своим видом показывала, что не уверена, хочу ли это пить.

Одно дело — позволить себе глоток коньяка с Вайолет, другое — целая бутылка вина. Конечно, оно не такое крепкое, как коньяк, но все же…

— Да, пить из бутылки — не по этикету, — виновато сказал Алан. — Но ты попробуй, это довольно вкусно.

Он вытащил пробку из своей бутылки, и я последовала его примеру — ее было легко вынуть одной рукой. Поднеся бутылку к губам, Алан отхлебнул вина.

Посмотрев на него, я взволнованно облизнула губы — и решилась. Я ведь не обязана выпить все до дна, можно заткнуть горлышко пробкой и оставить вино на потом. Оно действительно сочеталось со вкусом мяса и теста — и что-то мне напоминало, только я не знала, что именно. Впрочем, скорее всего, я еще не пробовала такое изумительное вино, тем более с рулетами. Кроме того, мне хотелось пить, ведь рулет чуть подсох и после первого же кусочка меня замучила жажда. Опершись одной рукой о землю, второй я покрепче перехватила бутылку и поднесла к губам, представляя, что бы подумала о таком зрелище мисс Монтфорд. Мне очень нравилась мысль о том, как она бы вознегодовала. Девушка с распущенными волосами пьет красное вино прямо из бутылки — ну просто-таки воплощение разврата!

Я хихикнула. Не стоит так делать, когда пьешь: вино пошло у меня носом, а горлышко бутылки ударилось о передние зубы, к счастью, не сильно.

— Ты еще никогда не пила из бутылки? — засмеялся Алан.

— Когда бы я могла это сделать? — обиженная его смехом, возмутилась я.

И отхлебнула еще, просто чтобы показать Алану, как у меня отлично получается. Вино не жгло горло, как коньяк, и пилось намного легче. Безусловно, нужно следить, чтобы не выпить слишком много, но Алана я не боялась, и если уж мне предстояло впервые в жизни напиться, то лучше сделать это в компании такого замечательного парня, как Алан. Он проследит, чтобы со мной все было в порядке.

— Ты вообще когда-нибудь пила вино? — Алан все еще широко улыбался. — Здесь, в имении, подают только лучшие сорта вин, знаешь.

— Конечно, пила!

Я ответила так только для того, чтобы Алан не счел меня маленькой девочкой. Ну, и я не солгала — нам давали немного вина во время причастия. Но вино Руфуса было намного лучше, чем то, которое подавали в церкви. Что неудивительно.

Я опять вспомнила, что пропустила воскресную службу, и, хотя и притворялась, что ничего страшного в этом нет, меня все же мучила совесть. Нужно будет помолиться перед сном, чтобы облегчить душу. А Руфусу и Вайолет совсем необязательно знать, что я молюсь.

— Ну, тогда ты знаешь, как это делается. — Алан подмигнул мне, показывая, что не поверил ни единому моему слову.

Сам он отпил всего глоток, чтобы размочить рулет, и тут же заткнул бутылку пробкой.

— Мне много пить нельзя, — извинился он. — Меня отпустили только на пару часов, вечером опять придется работать. Чтобы подать господам ужин, нужна помощь всех слуг, в том числе и моя. Я не хочу, чтобы кто-то заметил, что я украл вино. Если хочешь, можешь допить мое.

Я подняла руки в знак протеста — моя бутылка была еще почти полной!

— Можно спрятать ее в изгороди и выпить в следующий раз, — предложила я. Правда, я не знала, когда у Алана будет время. Через неделю? Через месяц?

— Тут ее Вейверли может найти, — вздохнул Алан. — Я знаю, что он как раз планирует расчистить лабиринт.

Да уж, мне не помешает перекинуться парой слов с этим садовником!

— Будем надеяться, что он нас тут не застанет. Но мне кажется, что рискнуть стоит. Я хочу хотя бы три часа провести так, будто я настоящий король!

Я пила вино, глядя на Алана. Какой он спокойный и довольный! Удивительное качество — он в любой ситуации мог увидеть что-то хорошее. В целом, я старалась вести себя так же, поэтому нечего ему завидовать. Разве что ему позволялось носить брюки, и я бы от таких подтяжек, как у него, не отказалась.

— Не сдерживайся из-за меня, — сказал Алан. — Тебе ведь сегодня работать уже не нужно, можешь провести остаток дня, как тебе хочется, и никто не спросит, пила ли ты вино и где гуляла. Тебе отлично живется в Холлихоке, верно?

Зря он поднял эту тему. В любой другой день я бы с ним согласилась — несомненно, ему приходилось работать куда больше, и его труд был тяжелым, в отличие от моего, но в этот момент я бы с удовольствием с ним поменялась. Да, Алан занимался самой грязной работой в Холлихоке, зато ему не приходилось испытывать чувство, будто вся скорбь мира переполняет твое сердце. И не успела я опомниться, как выболтала ему все. Ну, почти все.

— Тебе легко говорить! — Я горько рассмеялась. — То, с чем мне приходится иметь дело, другие видят только в кошмарах. — Я испуганно осеклась.

— С чем же ты имеешь дело?

Да уж, влипла я в неприятности! Теперь он не отстанет от меня, пока все не выведает.

— Ты имеешь в виду книги, которые читаешь вслух для госпожи Молинье?

Я покачала головой. Главное — не паниковать. Я отхлебнула вина, чтобы потянуть время.

— Я имею в виду призраков. В Холлихоке живут духи. Я видела их в своей комнате. И в библиотеке.

Я намеренно упомянула именно эти две комнаты, куда Алан, скорее всего, никогда не заходил.

Он только рассмеялся.

— Ох, Флоранс, призраков повсюду полно. Главное — не обращать на них внимания. Эти бедняги никому не причинят вреда, они только и умеют, что завывать.

Я прикусила губу, сдерживаясь.

— Зато мне приходится каждый день общаться с Вайолет и Руфусом!

Неужели мы действительно спорим, кому тяжелее живется?

— С мистером и мисс Молинье, я имею в виду. Недавно Вайолет меня ударила. А ведь я ничего плохого не сделала, просто произнесла при ней бывшее имя Люси, Дженет. Понимаешь?

Алан молчал, сочувственно глядя на меня.

— И имя Маргарита они слышать не хотят — мой приют назван в честь этой святой. Я их просто не понимаю. Ну почему они не могут вести себя, как обычные люди?

Я знала, что болтаю лишнее, но было так приятно наконец-то выговориться. Наверное, мне снятся такие странные сны именно потому, что приходится держать все в себе и ни с кем нельзя поговорить. Но если сравнить сны с тем, что происходило с куклами в яви, то они казались почти нормальными. О снах мне с Аланом говорить не хотелось, но вот обо всем остальном…

— Ты ведь никому не расскажешь, правда? — на всякий случай уточнила я. — Пусть это останется между нами.

Алан покачал головой.

— Кому бы я мог такое рассказать? Это будет нашим секретом. Можешь мне доверять, ты же знаешь.

Одной рукой он опирался о землю, второй обнимал свою ногу. Я бы хотела, чтобы его рука лежала на моем колене, но у меня хватило приличия не высказать эту мысль вслух. В целом, я была очень довольна тем, как действовало на меня вино. Мне нравилось ощущение тепла внутри, особенно после сегодняшнего жуткого холода Комнаты кукол. Да, голова немного кружилась, этого я отрицать не могла, но на самом деле я ожидала худшего, а пока не нужно было вставать, головокружение тоже было приятным. Немного непривычным — у меня никогда не кружилась голова, но тут, в лабиринте, перил, на которых я могла бы потанцевать, не было и в помине, поэтому какая разница? Как бы то ни было, я выпила почти все и при этом хорошо себя чувствовала. Да, бутылка изначально не была полной, но все же…