Страж - Роберт Мазелло

— Ну ладно, если вы всем довольны, тогда я пошел. — Хэнк выдернул из розетки провод питания телевизора и стал его сматывать, но остановился. — Может, хотите, чтобы я вам телек оставил? Он мой, но я могу его вам одолжить.

Картер решил, что это совсем неплохая идея.

— Правда можете оставить?

— Конечно. А завтра с утра заберу. — Хэнк снял со спинки стула куртку с капюшоном и направился к лестнице. — Надеюсь, вам не придется ждать слишком долго, — добавил он, поравнявшись с дверью, ведущей на цокольный этаж.

Картер подошел к стене и выключил верхний свет. В помещении тут же воцарился сумрак.

— Мне придется мазаться лосьоном от загара, пока мы будем тут работать, — сказал Руссо.

— Может быть, мы уговорим его снять парочку ламп.

Руссо посмотрел по сторонам и заметил еще один стул между двумя штабелями ящиков. Он взял его и подвинул к столу.

— А по американскому телевидению показывают футбол?

— Не такой, какой ты имеешь в виду, — ответил Картер, зная, что Руссо говорит о европейском футболе. — Но сейчас октябрь, субботний вечер, так что вполне можно поискать трансляцию американского футбола.

Картер размотал шнур, воткнул вилку в розетку и включил телевизор. Та программа, которую смотрел Хэнк, была посвящена рыбалке в Миннесоте, но, дважды щелкнув переключателем, Картер нашел канал, на котором транслировали игру «Чикаго Бирс» с «Нью-Йорк Джетс». То есть играла команда его родного города с командой города, для которого он стал приемышем. Впереди его и Руссо, возможно, ждал долгий день, но с помощью футбола можно было скоротать время.

Примерно раз в час Картер звонил в транспортную службу аэропорта Кеннеди, чтобы узнать новости. Через некоторое время он вышел, чтобы купить чего-нибудь перекусить, а когда вернулся, Руссо сообщил ему, что, пока его не было, звонили из аэропорта.

— Самолет приземлился, — сказал Руссо, когда Картер отряхивал промокшую куртку (уже начало моросить). — Груз привезут сюда примерно через час.

Картер с трудом сдерживал волнение, но заметил, что Руссо ведет себя на удивление бесстрастно. Он развернул упаковку и, не отрывая глаз от экрана телевизора, достал сэндвич с ростбифом и бутылочку кока-колы.

«Может быть, он так спокоен из-за того, что уже много времени провел рядом с этой окаменелостью, — подумал Картер. — И волнение успело выветриться».

Либо это, либо просто сказывалось нервное переутомление.

Они оба не говорили о том, что случилось ночью, Картер намеренно молчал, но если Руссо жил такой жизнью последние несколько недель, Картер мог понять, почему его друг выглядел таким измученным и равнодушным. А что касалось распятия над диваном, то Руссо был не первым ученым на его памяти, кто втайне исповедовал систему верований, плохо согласовывавшуюся с эмпирической природой его (или ее) призвания.

Ровно два часа спустя к зданию подъехал грузовик. Картер услышал, как машина въезжает по пандусу. Словно ребенок в рождественское утро, Картер вскочил со стула и торопливо отпер ключами засовы. Как раз в эту минуту оглушительно прозвенел входной звонок. Руссо зажал уши ладонями. Картер нажал на красную кнопку. Створки дверей медленно поехали в стороны. К звону добавился душераздирающий скрежет.

На улице стемнело, и пандус освещали ярко-красные габаритные огни грузовика и желчно-желтый свет галогенных фонарей. Дул холодный ветер — настолько сильный, что фонарные лампы качались и отбрасывали танцующие тени на мокрый черный асфальт. Струи ливня обрушивались на крышу фургона, потоки бурной воды стекали в водостоки.

Картер встал в проеме ворот и почти сразу промок до нитки, но это его не огорчило. Ему хотелось как можно скорее увидеть окаменелость. Двое рабочих уже спустили на асфальт приставной трап. Пока Картер видел, что в фургоне лежит огромная черная глыба, упакованная в несколько слоев прозрачного пластика, закрепленного широкими лентами желтого скотча и толстой серебристой цепью. Похоже, глыба лежала на невысокой платформе.

Низенький мужчина в коричневой военной форме выскочил из кабины грузовика и побежал к зданию. На голове у него была фуражка с кокардой, по которой можно было определить его звание. Как только он вбежал в открытые ворота, тут же снял фуражку и стряхнул дождевую воду.

— Профессоре Кокс? — спросил он у Картера с сильным итальянским акцентом.

— Да, это я.

Глаза у мужчины были маленькие, темные и блестящие, как галька. Он быстро обвел взглядом склад и сообщил:

— Я — лейтенант Ди Пальма. Я главный по этому грузу. Я могу передать этот груз только вам.

— Отлично. Значит, все в порядке. Я принимаю груз.

— Все не так просто. Сначала я должен увидеть ваши копии международных транспортных бумаг. Они у вас с собой, да?

— О да, конечно. Они у меня. — Картер повернулся, чтобы пойти за бумагами, но Руссо уже спешил к нему с папкой. — Это профессор Руссо, — сказал Картер офицеру, — тот самый человек, который…

— Я знаю, кто такой профессоре, — прервал Ди Пальма, взял бумаги и начал их просматривать. — Non vedo l'ora di lasciare questi problemi nelle tue mani, — протараторил он, обратившись к Руссо.

— Perche?

— Da quando ho preso controllo di questo, estato un problema dopo l'altro. Un soldato e rimasto gravemente ferito caricandola a Frascati Abbiamo avuto mal tempo per il viaggio intero. Abbiamo dovuto fermarsi a Halifax per rifornirsi di carburante.

Он перевернул очередную страничку и поспешно поставил на ней подпись.

Картер, плохо понимавший итальянский, когда на этом языке говорили так быстро, посмотрел на Руссо. Тот кивнул и негромко сказал ему:

— Проблемы. Сильная буря во время всего полета. — Он произнес это таким тоном, словно ничего другого не ожидал. — И поломка двигателя.

— Он поэтому упомянул о Галифаксе?

— Да. Им пришлось садиться там для дозаправки.

— Я рад, если это все проблемы.

— Не все. — Руссо многозначительно посмотрел на него и сказал: — На базе в Фраскати был тяжело ранен солдат. Когда шла погрузка камня.

Картер уже начал радоваться тому, что камень вообще доставили. Он покачал головой.

— Не ты ли рассказывал мне о том, что какой-то молодой человек, который проводил свой медовый месяц…

— Да, он погиб. В пещере.

— Да… — выдохнул Картер. — Все выглядит так, словно на этом камне лежит проклятие.

Руссо поспешно отвернулся. Грузчики подвели под платформу, на которой лежал камень, прочные цепи. Затем их подсоединили к чему-то вроде электрической лебедки. «Они это сделали, чтобы управлять спуском глыбы по трапу», — догадался Картер.

Лейтенант оглянулся, посмотрел на грузовик и сказал: