Ангелы Монмартра - Игорь Каплонский

Над толпой поднялось несколько факелов, и ревущая людская река, наполняясь ручейками с соседних улиц, покатилась по направлению к острову Ситэ.

Вскоре ему снова пришлось прятаться: по дорожкам сада к рю Де Медичи промчался большой отряд жандармов.

* * *

Шум постепенно затихал.

Анж почувствовал себя одиноко в замершем царстве деревьев и статуй. Темнота-то какая, черт ногу сломит, подумал он и тут же перекрестился: сверху над ним навис настоящий черт. Проклятье, да это всего лишь одна из статуй фавнов, коими утыкан сад!..

Анж присел на ближайшую скамейку и вгляделся во тьму. Да, фонтан находится немного к северо-востоку. Художник подсветил спичкой циферблат часов: половина одиннадцатого.

Достал портсигар и с удовольствием закурил.

* * *

…Невдалеке промелькнула туманная тень, за ней еще одна. Это его не встревожило. Рядом, на край скамейки опустился крупный светлячок и замерцал в темноте, словно кусочек лимонной дольки. Затем светлячки появились отовсюду. Они застелили траву неровным сияющим ковром, без опаски садились на колени, рукава, полы сюртука. Двое уже светились в портсигаре. Прогонять их не хотелось.

Кто-то большой приглушенно вздохнул за кустами и, обогнув скамейку с Дежаном, побрел вглубь сада в сторону статуи святой Женевьевы. Анж не испугался: здесь, в местах, где прежде стоял про́клятый замок Вавен, вот уже восемь веков истинными хозяевами были призраки королей, королев, картезианцев, позже – плененных врагов Конвента и их палачей. Этот некто, бредущий во тьме, более уместен здесь, чем художник на скамье. Анжу словно дают понять: всего через час ты станешь в саду своим. Тебе будет дано вечно бродить среди оживающих по ночам статуй и привидений, которые придут сюда вспомнить былое и приветствовать нового товарища. Здесь всё казалось правильным и логичным; удивления не вызвала даже обнаженная женщина, которая плавно отделилась от ствола одного из деревьев и с любопытством уставилась на художника. За нею возникли вторая, третья, их волосы – ветви ивы…

На светлячковый ковер вступили крохотные сатиры с серьезными лицами и завертелись в танце вокруг скамейки. Лунный свет заиграл искорками на их шерстке и загнутых рожках.

Подыгрывая сатирам, где-то вдалеке приглушенно запела свирель.

Один из танцоров взобрался на скамью и с детской непосредственностью потянул цепочку часов, которая свешивалась из кармана Анжа. Художник отмахнулся от малыша – тот мгновенно отскочил и слился со стайкой собратьев…

И тут обитатели сада застыли.

* * *

Дежан услышал громкий голос:

– Дьявол побери, как этому олуху пришло в голову стреляться возле Сената?!

Его прервал другой голос, потише, который что-то быстро и настойчиво доказывал.

Дежан мгновенно пришел в себя. Вытащил наполовину вывалившиеся из кармана часы: без трех минут одиннадцать! Он вскочил и, хромая, бросился на звук голосов.

Жителей сада как не бывало.

* * *

По обе стороны вытянутого бассейна фонтана сквозь кроны деревьев пробивались лунные лучи. Художник различил с правой стороны водоема пять мужских фигур и осторожно обошел фонтан со стороны решетки. Выглянул из-за грота и с облегчением вздохнул: у ближайших цветочных вазонов, составлявших часть ограды, стояли Модильяни, Аполлинер, Зборовский и Жакоб. Пятого мужчину, высокого, подтянутого, с высоким лбом и аккуратной бородой, Анж не знал. Незнакомец держал тяжелый черный саквояж.

Художник вышел к ним.

– Мсье Дежан, вы нас напугали! – присел от неожиданности Зборовский.

– А вот и зачинщик! – зло заговорил Модильяни. – Вы были не в себе, когда назначили встречу именно здесь. Какой здравомыслящий человек станет палить из пистолета в месте, где через полминуты соберется целый жандармский корпус?! Кто вас надоумил?

– Все жандармы покинули сад – я их встретил по дороге. Быть может, в здании осталось лишь несколько сторожей. К тому же, в случае необходимости, мы легко скроемся среди деревьев.

– Черт возьми, такое впечатление, что мы пришли обрывать клумбы! – всё больше заводился Амедео. – А если среди нас окажется раненый или, хуже того…

– Если «хуже того» – прошу за меня не беспокоиться, – отрезал Анж. – Оставите здесь: мало ли кто убил пьяного… метека, которого занесло ночью в безлюдное место. В городе что-то произошло. Полиции не до нас.

– Кажется, убили какого-то политика, – уточнил незнакомец.

– Кстати! – вспомнил Модильяни. – Это мой друг, доктор Поль Александр. Он сможет оказать необходимую хирургическую помощь… И вообще, мсье Дежан, это слишком. Дуэль назначена вами, а я должен обо всем беспокоиться сам? Держу пари, вы даже не озаботились экипажем на случай ранения.

– Я об этом не подумал, – пожал плечами Анж.

– Пресвятая дева! – Амедео закатил глаза. – Что ж, у меня есть извозчик, который умеет держать язык за зубами. Он ждет на рю Де Вожирар. Сразу договоримся: если будет раненый, он подтвердит, что на него напали грабители, а остальные случайно здесь прогуливались и спасли его… Версия не слишком убедительна, однако, если не окажется свидетелей и полиция не застанет нас на месте преступления – да, именно преступления! – можно будет рассчитывать на некоторый успех.

Все были согласны.

– Ваше нетерпение хлестало через край, – продолжил Модильяни, – иначе у нас нашлось бы время обсудить условия дуэли. Поэтому нам пришлось договариваться по дороге сюда. Извините, мсье Дежан, без вашего участия. Ведь вы были чрезвычайно заняты потасовкой с пьяными мастеровыми.

«Проклятье, какая неблагодарность, – подумал Анж, – я же дал вам возможность безопасно уехать». Злость вернулась. Игры закончились.

– Хочу напомнить, мсье Модильяни, что вы просто сбежали, когда требовалась ваша помощь, – заметил художник, несмотря на несправедливость своих слов: все-таки Моди увез девушку из опасного места.

Даже при луне стало заметно, как побледнел Амедео.

– Теперь я вижу, – процедил он, – о примирении не может быть и речи. Что ж, тем лучше. Ваш секундант мсье Аполлинер. Мой – мсье Зборовский. Они объяснят правила. Макс Жакоб составит протокол дуэли. Бон шанс!

Модильяни нервным шагом отошел подальше.

– Стреляться будете с тридцати шагов, по сигналу, – казенным голосом начал Зборовский. – Дуэль завершается после обоюдного обмена выстрелами, без права продолжения. Если кто-либо из поединщиков не будет считать себя удовлетворенным, вы вправе назначить новую дуэль в другом месте и с другими секундантами. Каждый присутствующий под залогом чести обязуется держать дуэль в тайне. Оружие должно быть заряжено секундантами обеих сторон, после чего состоится проверка боевой готовности пистолетов и обмен ими. Если один из пистолетов не выстрелит или даст осечку, будет произведен повторный осмотр; выстрел остается за тем, кого подвело оружие.