Сошествие тьмы - Дин Кунц

Но почему он бежит?

Энди Карнс вынырнул из темноты, тяжело дыша. Ему было двадцать с небольшим, то есть он был вдвое моложе Теда. Они работали вместе только неделю. Энди был красавец с белокурыми волосами, здоровым цветом лица и веснушками, которые напоминали капли воды на сухом песке. Ему бы самое место быть где-нибудь на пляже в Майами или Калифорнии, а не в колодце Нью-Йорка.

Сейчас он был настолько бледным, что веснушки на его лице превратились в темные дырочки. Глаза у него были какие-то дикие, и весь он дрожал.

— Что случилось? — спросил Тед.

Энди, стуча зубами, с трудом выдавил:

— Там, в боковом туннеле.

— Что там такое?

Энди с ужасом оглянулся:

— Слава Богу, они за мной не погнались. Я уж боялся, что они охотятся за мной.

— Что ты несешь?

Энди открыл было рот, но заколебался и покачал головой. Испуганным голосом он сказал Теду:

— Ты мне не поверишь никогда в жизни. Я сам в это с трудом верю, но я видел все собственными глазами.

Тед нетерпеливо отстегнул фонарик от пояса с инструментами и уже было направился туда, откуда только что прибежал Энди, но тот крикнул:

— Погоди, Тед! Это может быть... очень опасно.

— Почему? — твердым голосом спросил он напарника.

— Эти глаза... — Энди передернуло при этих словах. — Их я в первую очередь и увидел. Множество глаз, сверкающих в темноте. Там, в глубине бокового отсека.

— И всего-то? Какая-то кучка крыс... Стоит из-за них так волноваться.

Поработаешь под землей еще пару недель и привыкнешь к ним.

— Нет, там были не крысы. Ведь у крыс глаза красные, верно? А эти белые. Или... как будто серебристые. Да, серебристо-белые. Очень яркие. И не потому, что отражали свет моего фонарика. Нет. Я и не светил в ту сторону, когда они показались. Они сами светились. Излучали свой свет. Буквально... пятна огня, ярко горящего пламени. Заметив их, я посветил фонариком, и оказалось, что они находились чуть ли не в двух метрах от меня, эти чертовы чудища, буквально у меня под ногами.

Тед не выдержал:

— Какие еще чудища? Говори толком.

Энди стал их описывать, и голос у него дрожал. Тед терпеливо слушал его, не перебивая, но в глубине души твердо знал, что в жизни такого не бывает. Знать-то знал, но предательский холодок страха несколько раз пробежал по его спине. Тем более нельзя все так оставлять. Несмотря на протесты Энди, он пошел в туннель. И ничего там не обнаружил, не то что чудищ, описанных Энди. Он даже завернул за угол и прошел еще несколько метров вглубь. Ничего. Фонарик освещал пустоту.

Тед вернулся обратно.

Энди ждал его, оставаясь в пятне света от рабочих ламп и с опаской всматриваясь в темноту. Лицо его было таким же бледным.

— Абсолютно ничего.

— Они были там минуту назад.

Тед молча выключил фонарик, снова прикрепил его к поясу и, засунув руки в отороченные мехом карманы, сказал:

— Сегодня ты в первый раз работаешь под землей.

— Ну и что?

— Раньше ты этого не делал?

— Ты имеешь в виду, спускался ли я в канализацию?

— Это не канализация, это дренажная система. Так бывал ты раньше под землей?

— Нет. А какое отношение это имеет к происходящему?

— У тебя не бывало так, что в переполненном кинотеатре ты вдруг чувствовал себя... запертым, одиноким?

— Я не страдаю клаустрофобией, — резко среагировал Энди.

— А тут нечего стесняться. С моими напарниками прежде такое бывало.

Некоторые ощущают дискомфорт, оказавшись в ограниченном пространстве: в лифтах, в переполненных людьми помещениях. И это вовсе не значит, что они страдают клаустрофобией. Но, попадая на ремонтные работы под землей, многие чувствуют себя подавленными, начинают дрожать и задыхаться. Кажется, что стены движутся на тебя, слышатся какие-то загадочные звуки, чудятся видения... Если это то, что сейчас происходит с тобой, не надо волноваться, парень. Это не значит, что тебя уволят или что-то в этом роде. Уверяю, нет.

Просто постараются не посылать тебя на подземные работы. Вот и все.

— Тед, но я ведь действительно видел их, я тебе клянусь.

— Энди, там ничего нет. Я туда ходил и убедился в этом.

— Но я видел их!