Игра в куклы - Олег Кожин

– Погоди точно говорить, – перебил Жан. – Вон Серый идет. Я думаю, он сейчас такое расскажет, что мы оба удивимся.

От подъезда, шаркая кедами, шел Серый с пакетом мусора в руке. Не доходя до контейнеров, свернул на площадку, к друзьям. Он выглядел как пережившее бурю молодое дерево – потрепанное, облетевшее, но несломленное. Обычно аккуратно расчесанные волосы торчали во все стороны, руки сплошь покрыты синяками и царапинами, а по щеке разлился здоровенный кровоподтек. Бросив мешок у входа на площадку, Серый подошел к Жану и, игнорируя протянутую руку, порывисто обнял его. Тоха попытался отстраниться, но тоже был заключен в объятия.

– Пацаны… пацаны… – как заевшая пластинка все повторял и повторял Серый.

– Давай разнойся еще, – буркнул растроганный Тоха. – Давно дождя не было.

– Ай, залепи уже! – с нежностью огрызнулся Серый, улыбаясь.

Казалось, он и впрямь вот-вот заплачет. Влажные глаза его метались в треугольнике между лицами друзей, окном дома и стоптанными носками кедов.

– Я тогда не успел… все так быстро случилось… Пацаны, вы же мне жизнь спасли! Еще б чуть-чуть, и он…

– Кстати, – перебил Жан. – Кто «он»?

– Как «кто»? – Серый удивленно захлопал выгоревшими ресницами. – Мертвяк, конечно. Вы чего, пацаны? Вы ж сами его…

– Сами, сами, не дергайся! – успокоил Жан, многозначительно поглядывая на Тоху.

– Вы сговорились, что ли? Жан кракена бил, ты мертвяка. Я что, один с драконом сражался?

– С чего ты вообще решил, что там дракон? – удивился Жан.

– А с того, что Юрец нам что написал? Дракон, небольшой, с крыльями! Было такое, а?! Там и был дракон!

– Ага, здоровый такой, – ехидно усмехнулся Жан. – Под потолок.

Лицо Тохи сделалось пунцовым. Он открыл было рот, но Жан предупреждающе поднял руку:

– Я вот что думаю – не было там ни мертвеца, ни дракона, ни щупальцев. Было что-то другое… Вот ты, Тоха, ты туда шел рубить дракона – и встретил дракона. А я шел и боялся, понимаешь? Аж коленки тряслись. Я вообще про дракона не думал, просто чувствовал страх. А ты, Серый?

Серый потупился, шаркнул по земле кедом:

– Я так… слабо помню. Может, и про дракона думал, не знаю. Только шел за вами и думал, что у меня спина открыта, а в кино всегда первыми жрут тех, кто сзади идет. И еще темень эта… не люблю, когда за спиной темно. Шел и думал: а вдруг… блин, сейчас так глупо звучит… думал – а что, если Юрка стал призраком и бродит тут?

– Вот и сошлось, – задумчиво кивнул Жан. – Все увидели то, что хотели увидеть. Осталось понять, что это за тварь на самом деле. Серый, ты к ней ближе всех был, может, что заметил? Не глазами – тут, похоже, какой-то камуфляж у нее, – но руки-то чувствовали, что держат?

– Н-не знаю… – Худые плечи Сереги передернулись от воспоминаний. – Я вот сейчас понял: я ж его на вытянутых руках удерживал. Он ко мне лезет, челюстями щелкает, а я держу и даже веса не чувствую – только напор, силищу… А потом ты его по хребту мечом отоварил.

– Ну, я сам не много видел. Только крылья и заметил.

– Ага, были крылья?! – встрепенулся Тоха. – Значит, дракон все-таки!

– Нет, не дракон. – Жан покачал головой. – Я в темноте не разглядел, да еще в глазах звездочки летали, но оно совсем рядом было, так что силуэт я разглядел. У него вообще шеи нет, и башка такая приплюснутая… правда, рога, похоже, есть. А из пасти гнильем несет…

– А ведь точно, – оживился Серый, кажется, впервые поверивший, что на него напал вовсе не мертвяк. – От него пахнет… пылью, что ли? Только изо рта воняет – как у Тохи, когда он зубы не почистит.

– Иди ты! – обиделся Тоха.

Все замолчали, погрузились в нерадостные мысли. По всему выходило, что разгадка не стала ближе, лишь обросла новыми тайнами. Жан подал голос:

– Подведем итоги. Тварь все же небольшая. Она пролезает в слуховые окна, жрет маленьких собачек и вообще, не смогла Серого на руках побороть.

– У нее что, руки есть?! – удивился Тоха.

– Не знаю, но крылья есть точно. Как иначе она на крышу попала? И на Ригачина она тоже высоко забиралась, пацаны говорили. И я точно видел крылья и чувствовал поток воздуха от них. Это она нас крыльями так раскидала.

– Маловато, – честно сказал Серый.

– Еще она умеет как-то влезать в мозги и пугать самыми жуткими кошмарами. Может, она и мысли читать умеет.

– Блин, почему «она»? – взъярился вдруг Тоха. – Что ты заладил – «она», «она»!

– Потому что тварь – она… – начал разъяснять Жан и тут же осекся, сообразив: – Постой, ты что-то видел, да?

Пойманный с поличным, Тоха не нашелся с ответом и густо залился краской. Он мялся, как двоечник у доски, то открывая рот, то вновь закрывая. Внутри него смущение боролось с желанием поделиться увиденным с друзьями. Друзья терпеливо ждали, не торопили, и Тоха решился.

– Я видел лицо как у старухи! – выпалил он. – В морщинах все, и глаза белые, типа слепые, что ли. А еще клык торчит из-под губы. Как баба-яга, блинский, все как Колено рассказывал! Но это же чушь какая-то, а?!

– А ты не… – начал Серый.

– Хочешь сказать, я старух боюсь?! – Тоха выпятил тяжелую челюсть. – Ну давай, скажи, скажи…

Он угрожающе надвинулся на Серого. Тот развел руками – дескать, а чего я-то? Тоха с минуту понависал над ним, играя желваками, но в итоге махнул рукой. Вцепился в перекладину турника, подтянул ноги кверху и повис на носках, головой вниз, всячески подчеркивая свое полное безразличие.

– Так что? – Серый задумчиво почесал кончик носа. – Все-таки это ведьма, что ли?

– Так-то все сходится, да. Но кто его знает, – неопределенно сказал Жан. – Плохо, что мы ее упустили.

– Почему это упустили? – сипло выдохнул Тоха. – Мы ее прикончили!

– Да? Ты тело видел? Палкой потыкал его? Убедился, что она сдохла?

– Да ладно тебе, Жан, – присоединился Серый. – Три такие раны…

– Какие «такие»?! Ты их видел, эти раны?! Думаешь, пырнул ее катаной в пузо – она и ласты склеила? А может, у нее там вообще жизненно важных органов нет?! А может, нам это привиделось все?! Что молчишь? Нечего сказать?! Вот то-то!

Он неумело сплюнул под ноги и отвернулся. Проворно соскочил на землю Тоха, удивленный, словно увидел инопланетянина. Серый тоже стоял отвесив челюсть. Такая вспышка гнева была не в характере Жана, и друзья попросту не понимали, как реагировать. Тот же шмыгнул носом, вытащил из кармана резинку и принялся убийственно медленно стягивать волосы в хвост. Когда же он развернулся, то стал похож на лопоухого эльфа, а глаза его подозрительно блестели.

– Я сам очень хочу верить, что мы ее прикончили, но не могу. Если раны смертельные – то где труп этой твари? Где он, чтобы я мог пнуть его и плюнуть в дохлую морду, за Юрку?!