Няня - Роберт Лоуренс Стайн

Той ночью я почти не спала. Новые простыни царапались, подушка казалась слишком жесткой, и я постоянно сбрасывала одеяло на пол.

Я понимала, что дело не в постели. Просто я на новом месте, в чужой комнате, среди незнакомых людей.

Где-то после двух я подошла к окну. Я слышала, как шумит прибой за дюнами. Занавески развевались на прохладном ветерке.

Я выглянула из окна на задний двор. Небо, освещенное покрытым дымкой месяцем, выглядело зловещим. Звезд не было. Ветер шелестел в высокой траве на дюнах.

Зевая, я закрыла глаза, чтобы прохладный соленый ветерок ласкал мое лицо. «Расслабься, Элли, почувствуй прикосновение прохладного ветерка! Как нежно он гладит кожу».

Однако, открыв глаза, я едва не задохнулась от изумления. Разинув рот, я смотрела, как из-за сосен на вершине дюны появляется фигура.

Кто это может быть?

Я высунулась еще дальше и стала всматриваться в темноту. Озаренная сумрачным светом луны фигура медленно приближалась.

Мужчина. Идет к дому…

Нет, это мальчик. Он приближался, низко склонив голову. Я разглядела темные волосы и длинный плащ, слишком длинный для него, волочащийся сзади, словно шлейф.

Посреди двора, там, где трава доходила ему до лодыжек, мальчик внезапно остановился и, подняв голову, посмотрел на дом.

Брэндон? Гуляет в два часа ночи? Он что, совсем сдвинулся?

Задрожав, я прикрыла окно, приподняла подол длиной ночнушки и босиком выбежала из комнаты. Я неслась по коридору, сжимая и разжимая кулаки, пока не налетела на маленький столик у балкона, совершенно невидимый в темноте. «Ой!»

Сильная боль пронзила бок, но, закусив губу, я тихо скользнула вниз по лестнице, держась за тонкие перила. Желтый свет луны высветил на полу яркий квадрат. Прислушиваясь к каждому звуку, я спустилась на кухню. Вот шумит холодильник, вот звенит в морозилке лед, а вот и слабый свист ветра за окном.

Я аккуратно открыла дверь и вышла на террасу. Ночной воздух был прохладным и свежим. Я вздрогнула от резкого звука — это застрекотали мириады невидимых сверчков.

Пол террасы казался холодным, я прислонилась к перилам, вглядываясь в разбавленную молочным светом луны тьму.

— Брэндон, ты здесь? — Мой голос превратился в сдавленный шепот.

За террасой на ветру раскачивалась изгородь рододендронов. Пучки высокой травы колыхались из одной стороны в другую. Сверчки застрекотали еще громче.

«Ночной двор живет своей собственной жизнью», — подумала я.

Где же Брэндон? Я еще раз всмотрелась в темноту. Никого.