Манускрипт всевластия - Дебора Харкнесс

— А Сара где? — Я взяла стакан, предвкушая утоление все еще мучившей меня жажды.

— Вышла ненадолго, — стиснула губы Эм.

— Она во всем винит Мэтью.

Эм опустилась на колени так, чтобы смотреть мне в глаза.

— Мэтью здесь ни при чем. Ты предложила свою кровь вампиру, вот в чем все дело. Умирающему вампиру, не владеющему собой. Знаю, знаю — он нам не чужой, но убить тебя все же мог. Кроме того, Сара отчаивается из-за того, что ничему не может тебя научить.

— Зря она беспокоится. Ты видела, что я сделала с Жюльет?

— Я много всего видела, — кивнула она.

Бабушка перевела взгляд на меня.

— Видела голод, с каким Мэтью накинулся на тебя, — продолжала Эм. — Видела деву и старицу по ту сторону огня.

— Сара тоже их видела? — спросила я шепотом, надеясь, что Мириам не услышит.

— Нет. А Мэтью знает?

— Нет. — К счастью, Саре известно не все, что произошло этой ночью, подумала я.

— Что ты пообещала богине в обмен на его жизнь?

— Все, что она захочет.

— Ах, детка, — сморщилась Эм, — не надо было. Нельзя предугадать, что и когда она захочет взять у тебя.

Бабушка пересела в качалку, застучала полозьями.

— Мне пришлось, Эм. Богиню это не удивило, а мне показалось правильным. И неизбежным.

— Ты и раньше видела их обеих?

— Да. Деву во сне — я сама была ею и мчалась на коне по лесу. А старушка поджидала меня за дверью гостиной.

Ты на большой глубине, Диана, прошелестела бабушка. Надеюсь, ты выплывешь.

— Богиню нельзя вызывать, когда вздумается, — заметила Эм. — Есть силы, которых ты пока что не понимаешь.

— Я и не вызывала — они появились сами, когда я решила дать Мэтью кровь. И охотно мне помогли.

А есть ли у тебя право вот так раздавать свою кровь? — Бабушка раскачивалась так, что половицы скрипели. Об этом ты не подумала?

— Ты Мэтью знаешь всего-то месяц, — сказала Эм, — но во всем ему повинуешься и готова ради него умереть. Вот что тревожит Сару. Той Дианы, которую мы знали, нет больше.

— Я люблю его, и он меня любит, — с жаром ответила я, закрывая глаза на его многочисленные тайны — Рыцарей Лазаря, Жюльет, Маркуса, — на его бешеный нрав и его потребность подчинять себе все и вся.

Но Эм и без слов знала, о чем я думаю.

— Не надо делать вид, что проблем не существует, Диана. Ты уже пробовала это со своей магией, но она настигла тебя. С теми сторонами Мэтью, которые непонятны или неприятны тебе, произойдет то же самое. Нельзя прятаться вечно, в особенности теперь.

— О чем ты?

— Слишком много иных заинтересованы в этой рукописи, в тебе и в Мэтью. Я чувствую, как они сжимают кольцо вокруг дома Бишопов. Не знаю, на чьей они стороне, но шестое чувство подсказывает мне, что мы скоро это узнаем.

Эм поплотнее укрыла меня одеялом, подложила в огонь полено и вышла.

От сна меня на этот раз пробудил пряный запах моего мужа.

— Вернулся, — сказала я сонно, протирая глаза.

Мэтью выглядел отдохнувшим — его кожа снова приобрела свой нормальный жемчужный тон.

Он насытился. Напился человеческой крови.

— Как и ты. — Он поднес мою руку к губам. — Мириам говорит, ты почти весь день проспала.

— Сара дома?

— У нас все в наличии, — усмехнулся он уголком губ. — Даже Табита.

Мне захотелось побыть в их обществе. Он без споров вынул из моей вены иглу, взял меня в охапку и отнес в семейную комнату.

Эм и Маркус долго хлопотали, укладывая меня на диване, но разговор и очередной фильм-нуар скоро утомили меня. Мэтью, заметив это, снова взял меня на руки и объявил:

— Мы идем наверх. Увидимся утром.

— Капельницу вам принести? — спросила Мириам.

— Нет, больше не нужно.

— Спасибо, что не стал подключать меня к этой штуке, — сказала я на пути через холл.

— Ты еще слаба, но для теплокровной необычайно вынослива, — ответил Мэтью, поднимаясь по лестнице. — Как все вечные двигатели, должно быть.

Он выключил свет. Я с довольным вздохом прильнула к нему, по-хозяйски положила руки ему на грудь. Луна, заглядывая в окно, освещала его свежие шрамы, из розовых уже ставшие белыми.

Я устала, но шестеренки, активно работающие в голове Мэтью, не давали мне спать. По складке его рта и блеску глаз было ясно, что он, как и обещал, выбирает одну из дорог на распутье.

— Скажи что-нибудь, — попросила я. — Не молчи.

— Что нам нужно, так это время, — задумчиво откликнулся он.

— Вряд ли Конгрегация нам его предоставит.

— Значит, сами возьмем. Переместимся из настоящего куда требуется.