Участь Эшеров - Роберт МакКаммон

Если Маятник действительно способен делать то, что говорит этот человек, а причин сомневаться у нее не было, значит «Эшер армаментс» может создать самое страшное оружие в истории человечества.

– Если это просто занятная вещь, – сказала она, – почему вы ее не отключите?

– О, я не могу этого сделать, мисс Дунстан, – вежливо ответил Эдвин.

– Если чужаки когда-либо снова приведут на Бриатоп ищеек, они смогут найти гараж и туннель, который я использую. Может потребоваться еще одно землетрясение, чтобы снова преподать им урок уважения, не так ли?

– Вы… используете?.. – прошептала Рейвен.

– У нас есть другое место, – сказал ей Эдвин. – Это немного дальше по коридору. Вы оба пойдете с нами, не так ли? – Он повел фонарем.

Нью слышал Эдвина словно издали и большую часть того, что он говорил, не понимал. Он все мечтал об Эшерленде и в своем воображении гулял по великолепным комнатам Лоджии, и все, что он видел, было его. Абсолютно все. Он мог бы жить в Лоджии, если бы захотел. Все, что от него требовалось – это использовать магию.

Он был нужен здесь, в Эшерленде. Они хотели, чтобы он стал главой этого дома.

– Мастер Ньюлан? – тихо сказал Эдвин. – Вы можете оставить здесь посох старика. Он больше вам не понадобится.

Пальцы Нью стали разжиматься, посох начал выскальзывать на пол.

– дасттебевсе…

Голос Эдвина был мягким и убаюкивающим.

– Оставьте это здесь, ладно?

Нет, подумал Нью. Не сдавайся! Он вспомнил, что говорили о Лоджии его мать и Король Горы. Она коварная, обманчивая. Она может его уничтожить. Но внезапно ему показалось, что они ошибались, они были испуганы и хотели удержать его на Бриатопе. Его чувства были в смятении – что было правдой, а что – ложью? Он нужен здесь, здесь он может иметь все. Мягкий голос Эдвина Бодейна и его улыбка обещали ему все. Все, что от него требовалось

– это использовать магию. Не отпускай посох, кричал его внутренний голос. Но глаза Эдвина Бодейна не отрывались от него и Нью почувствовал железную власть его силы – холодной силы, холодной, как ночной мороз, как ветры Бриатопа. Она поглотила Нью, и его рука разжалась.

Посох упал на пол залы.

Ловушка, слабо подумал Нью. У меня все еще есть ловушка, и я должен ее держать.

Эдвин пристально смотрел на него, его голова склонилась набок, и он слегка нахмурился. Он посветил фонариком на посох, а затем снова в лицо Нью.

Нью понял, что не может, не должен думать о ловушке. Если человек в кепи поймет…

Он позволил образам Лоджии и Эшерленда целиком захватить его сознание. Эшерленд будет его домом…

– Нам надо идти, – сказал Эдвин, внимательно наблюдая за лицом Нью.

В коридоре Рейвен кинулась прочь, но пантера блокировала пути к бегству.

– Нет, – прошептал Эдвин. Желание бежать вытекло из Рейвен, как вода из пробитого ведра. – Ну, давайте не будем капризничать. – Она уронила фонарь на пол. Эдвин дотронулся до ее руки холодными пальцами, и она вздрогнула, но без сопротивления позволила вести себя по коридору.

Эдвин остановился перед закрытой дощатой дверью и направил луч своего фонаря Риксу в лицо. Зрачки Рикса сузились, но лицо оставалось серым и безжизненным.

– Мы пройдем сейчас через эту дверь. Ты однажды здесь был, когда заблудился и бродил по Лоджии. Лендлорд испытывал тебя тогда, Рикс. Пытался узнать, сколько ты сможешь выдержать, не сломавшись. Бун и Кэт сломались, каждый на свой манер. Они оказались неподходящими, и от них пришлось избавиться. Но ты выжил. – Эдвин потрепал Рикса по плечу. – Теперь мы войдем. Ты меня слышишь?

– Да, сэр, – сказал Рикс. Он был маленьким мальчиком, и ему снился плохой сон про пантер и маятники, про громкие звуки, которые причиняют боль. Но Эдвин был здесь. Эдвин его любил и заботился о нем.

Эдвин положил руку на дверную ручку, обычную дверную ручку, поблекшую от многих прикосновений, и открыл дверь.