Третий близнец - Кен Фоллетт

Включила стоявший на столе компьютер и стала ждать, пока он загрузится.

– Ты что делаешь? – спросил отец.

– Хочу посмотреть этот файл.

– Неужели это нельзя сделать дома?

– Ты что, забыл, папа? Дома компьютера у меня больше нет. Украли.

Он пропустил этот выпад мимо ушей.

– Нам надо спешить. – Он подошел к окну и выглянул.

Экран замерцал голубоватым светом. Джинни вставила дискету в дисковод и включила принтер. И сразу же заверещала сигнализация.

Сердце у Джинни остановилось. Звук показался оглушительным.

– Что случилось? – вскрикнула она.

Отец побелел от страха.

– Должно быть, этот чертов излучатель подвел или кто-то снял его с двери! – крикнул он. – Нам конец, Джинни! Бежим!

Джинни уже собралась было выхватить дискету из компьютера и последовать совету отца, но что-то ее остановило. Она пыталась рассуждать спокойно. Если их сейчас схватят, а дискету отберут, она потеряет все. Надо воспользоваться моментом и взглянуть на список. Она схватила отца за руку.

– Сейчас! Еще несколько секунд!

Он снова выглянул из окна.

– Черт!… Похоже, охранники!

– Мне надо сделать распечатку! Подожди!…

Он дрожал, как осиновый лист.

– Не могу, Джинни! Не могу. Ты уж прости! – С этими словами отец схватил свой портфель и выбежал из комнаты.

Джинни почувствовала к нему жалость, но руки продолжали делать свое дело. Она выделила «мышкой» файл ФБР, затем дала команду «Печать».

Ничего не произошло. Видно, принтер еще только разогревался. Она тихо чертыхнулась и подошла к окну. Двое охранников входили в здание. Она заперла дверь в свой кабинет и опять вернулась к принтеру.

– Давай! Ну давай же!…

Мигнула лампочка, принтер тихо заурчал и начал всасывать первый лист бумаги. Она выхватила дискету из дисковода и сунула ее в карман своего ярко-синего жакета. Принтер заглотил четыре листа бумаги, затем остановился. С бешено бьющимся сердцем Джинни выхватила странички из держателя и пробежала их глазами.

Там было тридцать или сорок пар имен и фамилий. По большей части мужчины, что неудивительно: ведь почти все преступления совершаются мужчинами. Кое-где вместо домашнего указан адрес тюрьмы. Именно такой список мечтала она получить для своих исследований. Но сейчас ей нужно было нечто большее. Она вновь пробежала глазами страницы в поисках имен «Стивен Логан» или «Деннис Пинкер».

Оба были в списке. И от них шла стрелочка к третьему: «Уэйн Стэттнер».

– Есть! – возбужденно воскликнула Джинни.

И адрес тоже имелся: этот человек проживал в Нью-Йорке. И телефон был указан, и начинался он с кода «212».

Она не сводила глаз с этих двух слов. Уэйн Стэттнер. Тот самый парень, который изнасиловал Лизу в спортивном зале, который напал на Джинни в Филадельфии.

– Ах ты, ублюдок! – злобно прошептала она. – Ничего, мы тебя из-под земли достанем!

Но прежде надо было убежать и унести с собой полученную информацию. Она сунула бумаги в карман, выключила свет и отперла дверь.

В коридоре слышались чьи-то голоса, сирена продолжала завывать. Слишком поздно!…

Джинни осторожно притворила дверь. Колени у нее дрожали, она привалилась к косяку и прислушалась.

И различила мужской голос:

– Уверен, что видел свет в одном из них!

Ему ответил другой голос:

– Тогда будем проверять все по очереди.

Джинни в панике оглядела кабинет. Спрятаться было негде. Осторожно приоткрыла дверь. Никого не видно и не слышно. Она выглянула. В дальнем конце коридора из распахнутой двери падал свет. Она выжидала. Увидела, как охранники оттуда вышли, выключили свет, закрыли дверь и двинулись к следующей. Это была дверь в лабораторию. Помещение просторное, так что на обыск уйдет минуты две, не меньше. Может, ей удастся за это время проскользнуть мимо незамеченной?

Джинни шагнула в коридор и дрожащей рукой затворила за собой дверь.

И пошла по коридору, стараясь ступать как можно тише и сдерживаясь изо всех сил, чтобы не побежать.

А вот и лаборатория. Не в силах преодолеть искушения, она заглянула в приоткрытую дверь. Оба охранника стояли к ней спиной, один заглядывал в вытяжной шкаф, другой рассматривал ряды пробирок в штативах на столе с подсветкой. Они ее не заметили.

Ну вот, почти дошла.

Она достигла конца коридора и открыла дверь. Но не успела она сделать и шага, как ее окликнул чей-то голос:

– Эй, вы! Стойте!

Она подавила желание бежать сломя голову, притворила дверь и обернулась, изобразив на лице улыбку.

С другого конца коридора к ней бежали два охранника. Пожилые, обоим под шестьдесят, видно, из отставных полицейских.

В горле у Джинни стоял ком, во рту пересохло, но она сделала над собой усилие.

– Добрый вечер, – сказала она. – Чем могу помочь, джентльмены? – Дрожи в ее голосе они не услышали, все перекрывал вой сирены.

– Да сигнализация в здании сработала, – сказал один из охранников.

– Думаете, сюда забрался кто-то из посторонних? – Глупо, но лучшего она не смогла придумать.

– Наверное. Скажите, профессор, вы не видели или не слышали ничего подозрительного?

Стало быть, охранники признали в ней свою. Уже хорошо.

– Вообще-то слышала. Показалось, что где-то разбили стекло. Но вроде бы шум был этажом выше, хотя точно не скажу, не уверена.

Охранники переглянулись.

– Пошли проверим, – сказал один из них. Другой оказался более бдительным.

– Могу я спросить, что у вас в карманах, мэм?

– Бумаги.

– Ну, это понятно. Нельзя ли взглянуть на них?

Джинни не собиралась отдавать эти листки кому бы то ни было, слишком уж дорогой ценой достались они ей и слишком много значили. И она сделала вид, что не против, а затем будто бы передумала.

– Да, конечно, – сказала она и достала распечатку из кармана. Потом сложила пополам и снова убрала в карман. – Хотя, пожалуй, нет… Знаете ли, здесь сугубо личная информация.

– Но я настаиваю. На инструктаже нам говорили, что бумаги в таком месте, как это, могут представлять огромную ценность.

– К сожалению, я не могу позволить вам заглядывать в мою частную корреспонденцию на том лишь основании, что в здании, видите ли, сработала сигнализация.

– В таком случае я вынужден просить вас пройти с нами в офис нашего начальства, там и разберемся.