Третий близнец - Кен Фоллетт

– Можно. В любом случае, раньше понедельника нам не успеть. А почему вы спрашиваете?

– Просто пришла в голову одна мысль. Посмотрим, может, у меня и получится. А если нет, на следующей неделе начнем юридические процедуры. Стив?

– Да, я слушаю.

– Перезвони мне позже.

– Непременно.

Джинни повесила трубку.

В кабинет может пробраться отец. Сейчас он, наверное, у Пэтти. Он на мели, а потому идти ему больше некуда. И еще: он ее должник. Еще какой должник!…

Если удастся найти третьего близнеца, Стива оправдают. А если она сумеет доказать, какими темными делами занимались в семидесятых Беррингтон и его закадычные дружки, то, возможно, ей вернут работу.

Но можно ли просить отца пойти на такое? Ведь это прямое нарушение закона. И если он попадется, дело может кончиться тюрьмой. Рисковать отцу, конечно, не привыкать, но на сей раз это будет ее вина.

Такие, как он, никогда не попадаются, твердила она себе.

В дверь позвонили. Она сняла трубку домофона.

– Да?

– Джинни?

Страшно знакомый голос.

– Да, я, – ответила она. – Кто это?

– Уилл Темпл.

– Уилл?…

– Послал тебе два письма электронной почтой, разве ты не получала?

Господи, что это здесь делает Уилл Темпл? Только его не хватало.

– Входи, – сказала она и нажала на кнопку.

Она смотрела, как он поднимается по лестнице. Светло-коричневые хлопковые брюки, темно-синяя рубашка с воротником-стойкой. Волосы острижены коротко, и хотя у него по-прежнему была борода, которая всегда так нравилась ей, на сей раз она уже не топорщилась крутыми светлыми завитками, а была аккуратно подстрижена. Видно, ее преемница следила за внешностью Уилла и привела его в божеский вид.

Он потянулся было поцеловать Джинни, но та отстранилась. И вместо поцелуя протянула руку.

– Вот так сюрприз, – заметила она. – Не ждала. Последние два дня я не могла получить доступ к своей электронной почте.

– Еду на конференцию в Вашингтон, – объяснил Уилл. – Взял напрокат машину, вот и решил заскочить по дороге.

– Кофе хочешь?

– С удовольствием.

– Да ты садись. – Она налила воды, поставила кофейник на плитку.

Он огляделся.

– Славная у тебя квартирка.

– Спасибо.

– Другая.

– Хочешь сказать, отличается от прежней? – Гостиная в их прежней квартире в Миннеаполисе являла собой громадное захламленное помещение, заставленное огромными диванами и креслами, заваленное велосипедными колесами, теннисными ракетками и гитарами. Эта комната по сравнению с той – прямо-таки образец чистоты и порядка. – Наверное, просто реакция на тот бардак, который царил тогда у нас.

– Но ведь тебе вроде бы нравилось.

– Да, тогда нравилось. Но все меняется.

Он кивнул и сменил тему разговора:

– Читал о тебе в «Нью-Йорк таймс». Полная чушь, а не статья.

– Однако эта чушь меня погубила. Сегодня меня уволили с работы.

– Быть того не может!

Она налила кофе, села напротив него за кухонный стол и рассказала, как проходили слушания. А когда закончила, Уилл спросил:

– Этот парень, Стив… У тебя с ним серьезно?

– Пока еще не знаю.

– Так вы с ним встречаетесь или нет?

– Нет. Но он не прочь, и он мне действительно нравится. Ну а ты как? Джорджина Тинкертон-Росс все еще имеет место быть?

– Нет. – Уилл удрученно покачал головой. – Знаешь, Джинни, я приехал, чтобы сказать тебе, что лишь недавно осознал, какую ужасную ошибку совершил, расставшись с тобой.

Джинни была тронута. Он говорил так искренне, смотрел так грустно. В то же время она испытывала нечто похожее на злорадство, ей было приятно, что он сожалеет об их разрыве. Но с другой стороны, ей вовсе не хотелось видеть Уилла таким несчастным.

– Ты – самое лучшее, что было у меня в жизни, – сказал Уилл. – Ты сильная и вместе с тем такая добрая. И еще ты умная, мне нужен рядом умный человек. Мы были просто созданы друг для друга. Мы любили друг друга.

– Я тогда очень переживала, – сказала Джинни. – Но со временем это прошло.

– А у меня не прошло.

Она окинула его оценивающим взглядом. Крупный, сильный мужчина – конечно, не такой интересный, как Стив, но тоже привлекательный, только в более брутальном духе. Ей вдруг стало любопытно: какие же чувства вызывает сейчас у нее этот мужчина? Она прислушалась к себе – нет, от былого физического влечения, которое некогда испытывала она к Уиллу, не осталось и следа.

Теперь понятно: он пришел просить ее вернуться к нему. И она знала, каков будет ответ. Он ей больше не нужен. Он опоздал на неделю.

И будет гораздо гуманнее не подвергать его унижениям, не заставлять просить и умолять, чтобы затем отвергнуть. Она встала.

– Знаешь, Уилл, у меня есть одно важное дело, мне пора бежать. Жаль, что я не получила твоих писем, иначе мы могли бы провести больше времени вместе.

Он все понял и сразу помрачнел.

– Жаль, – вздохнул он и тоже поднялся. Она протянула руку для рукопожатия.

– Спасибо, что заскочил. Рада была тебя видеть.

Он притянул ее к себе, чтобы поцеловать. Джинни подставила щеку. Он легонько чмокнул ее, потом отпустил.

– Хотел бы я переписать этот наш сценарий, – заметил он после паузы. – Снабдил бы его более счастливым концом.

– До свидания, Уилл.

– Прощай, Джинни.

Она смотрела, как он спустился вниз по лестнице и исчез за дверью.

В комнате зазвонил телефон. Джинни схватила трубку:

– Алло?

– Увольнение – еще не самое худшее, что может случиться с человеком.

Мужской голос, звучит слегка приглушенно, словно человек говорит, прикрыв рот платком.

– Кто это? – спросила Джинни.

– Прекрати совать свой нос в дела, которые тебя не касаются.

Да что же это такое, черт побери?…

– Какие еще дела?

– Тот, кого ты встретила в Филадельфии, должен был тебя убить.

У Джинни перехватило дыхание. Ею овладел страх. Голос между тем продолжал:

– Он увлекся и все испортил. Но может навестить тебя в один прекрасный день.

– О Господи!… – пробормотала Джинни.