Поведай нам, тьма - Ричард Лаймон

Анжела положила руку ему на затылок и притянула его к себе, прижавшись щекой к его щеке.

— Мне действительно жаль, — прошептала она, щекоча своим дыханием его ухо. — Я очень не хотела тебя останавливать. Мне это так нравится, и я люблю тебя. Но… я чувствую себя очень неловко.

— Что?

— Я боюсь… я не могу позволить тебе трогать меня. Только не там.

— Все нормально, — шепнул он.

Но Говард был подавлен. Что было не так? Прошлой ночью она не жаловалась. Они занимались любовью — ни много ни мало. Так почему же, ни с того ни с сего, она теперь запрещает трогать себя?

Из-за того, что могут узнать другие?

Как так? Она ведь даже показала мне грудь. Если боялась, что Кит или Глен повернутся, то почему это сделала?

— Ты что, расстроился? — прошептала она.

— Нет.

— Я сумею чуть позже утешить тебя.

— Да все в порядке, честное слово.

— Беда в том… — Она замялась. — Я испугалась, что если ты… А я так сильно хочу в туалет.

— Что?

— Вот почему. Иначе я бы просто не смогла удержаться.

Тяжелый камень свалился с груди Говарда, и он рассмеялся. Анжела нервно заерзала, рука поднялась к лицу и она потерла ухо.

— Совсем не смешно, — шепнула она.

— Давай попросим их остановить машину.

— Мне не хотелось бы делать из этого большую проблему.

— Но если тебе надо выйти…

— Я могу подождать еще немножко. Мы должны быть уже почти… на ровной дороге будет не так тяжело. Возможно, я смогу потерпеть, пока мы доедем до города.

— Такое не следует откладывать.

— Парни будут насмехаться. Ты же знаешь.

— Если тебя беспокоит только это, я скажу, что выйти надо мне.

— Давай лучше…

Толчок встряхнул машину. Анжела застонала и схватилась за Говарда, когда их подбросило вверх и они рухнули вниз с такой силой, что подушки сидений заскрипели под тяжестью их тел.

— С тобой все в порядке? — поинтересовался он.

— Еще удерживаюсь.

— Я сейчас им скажу… — Он почувствовал, как машина повернула вправо, и ощутил неожиданное и удивительное спокойствие. Автомобиль покатил без рывков и толчков. Выглянув поверх макушки Кита, Говард увидел, что они выехали на шоссе.

— Слава Богу, — вздохнула Анжела.

— Ты все еще намерена терпеть до города? Туда, насколько мне известно, не менее десяти миль.

— Думаю, лучше потерплю. Если получится.

За спиной раздался храп Дорис. Затем она коротко ахнула и промурлыкала:

— А?

Анжела отпустила Говарда и подтянула ветровку вверх. Они вдвоем откинулись на спинку сиденья. Говард посмотрел на Дорис. Та протирала кулаками глаза.

«Удивительно, — подумал он. — Проспала такую тряскую дорогу, чтобы проснуться, как только машину перестало подбрасывать и раскачивать».

Дорис потянулась, затем повернулась и посмотрела в окно.

Говард отвернулся к Анжеле. Ветровка, прикрывавшая ее, ожила подвижными бугорками, когда та подсунула под нее руки, чтобы вернуть бюстгальтер на место. Руки ушли, остались только бугорки-двойняшки, выпятившие ткань, когда Анжела изогнулась дугой, чтобы застегнуть на спине застежки. Закончив, она тяжело опустилась на сиденье и похлопала Говарда по колену.

— Думаю, нам лучше…

— Эй! — вскрикнул Кит. — А вот кому-то чертовски не повезло.

— У них не такой надежный и неукротимый стальной конь, как мой, — заметила Лана.

— Спустило колесо, — проронил Глен.

За головой Дорис в окне Говард увидел темные очертания застывшего автомобиля.

— Слава Богу, мы не пробили ни одного колеса, — промолвила Лана. — Меня удивляет, как мы вообще остались с колесами после этой чудной дорожки.

— Нельзя ли съехать на обочину, — попросил Говард. — А то у меня скоро зубы поплывут.

— Высунь его из окна, — предложил Кит.

— Я серьезно.

— Мне бы тоже не помешало кой-куда сходить, — сказала Лана. Машина стала замедлять ход, свернула вправо и слегка накренилась, когда одна сторона съехала с проезжей части на обочину. Прохрустев несколько футов, она остановилась. — Все, кому надо сходить, — объявила Лана, — пусть сделают это сейчас. Потому что до города ехать еще минут двадцать.

Все четыре двери «Гранады» распахнулись.

Говард вышел из машины вслед за Анжелой. Пока она просовывала руки в рукава ветровки, он закрыл дверцу и увидел, как Лана сдвигается по переднему сиденью. Затем Анжела потянула его за руку, ведя в кусты на другой стороне дороги.

— Тебе не надо будет смотреть, — задыхаясь, прошептала она. — Просто постоишь рядом.

— Куда это вы, друзья, направляетесь?

Говард обернулся. Лана стояла возле машины и поверх нее глядела на них. Дорис ожидала рядом. Кит и Глен, обходя машину спереди, оглянулись через плечо.

— Извращенцы! — выкрикнул Кит.

Глен рассмеялся и покачал головой.

— К черту их! — бросила Анжела и, не выпуская его руки, нырнула в густой подлесок сразу за обочиной дороги. Ближайшая группа деревьев стояла слева. Она побежала к ним. Говард бежал рядом.

Почти у самых деревьев они перепрыгнули через глубокую колею: одновременно оттолкнулись от центрального возвышения и перемахнули через вторую рытвину.

Затем Анжела отпустила его руку и, подскочив к соседнему дереву, спряталась за ствол. Но полностью скрыться из виду не удалось: дерево было тонким.

Говард увидел правый бок, серый, в пятнах лунного света, когда она стянула тренировочные брюки на щиколотки, прогнулась назад и села на корточки.

Ветровка зацепилась за ствол и задралась. Затем Говард мельком увидел изгиб попки и боковую сторону согнутой ноги. Когда послышался плеск, он отвернулся.

Затем расстегнул ширинку и вынул вялый пенис.

Хотя он знал, что Анжела достаточно близко и могла все увидеть и что сама она сейчас без штанов, сексуального возбуждения Говард не испытывал.

«Перевозбудился», — подумал он и направил струю в ближайшую колею.

«Он так долго стоял, — успокаивал себя Говард, — что выдохся».

Закончив, он стряхнул последние капли, заправился и застегнул змейку.

Анжела все еще не поднималась.

Он стоял к ней спиной и не чувствовал никакого желания посмотреть на нее, что показалось ему странным. Никакого сексуального влечения. Вместо этого его охватило сильное чувство нежности. И близости. Словно она была лучшим другом, а не его девушкой. Они были приятелями, которые заскочили в лесок, чтобы быстренько отлить.