Смерть online - Пи Джей Трейси

– Что скрывать?

– Убийства в университете.

Она развеселилась.

– Ох, Грейс! По-твоему, я убивала в университете? боже, какая потеха. Зачем мне это было надо, скажи на милость? Со всеми расправился Митч.

Грейс ошеломленно вытаращила глаза. В ушах слышались выстрелы где-то снаружи, частая пальба, ближе, ближе, но сознание не регистрировало информацию.

– Что за бред… Митч никогда бы в жизни… – начала она, а Диана лишь коротко и невесело рассмеялась.

– Не самая блестящая идея, но он в то время не так гениально мыслил. Должно быть, по его извращенному представлению, ты сама бросилась бы к нему в объятия, если попросту уничтожить всех, кто тебя окружает. Не вышло, конечно, пришлось довольствоваться ролью… кого? Твоего лучшего друга?

Грейс немо кивнула.

– Я случайно шла за ним следом в тот день, когда он убил того самого Джонни, с которым ты встречалась… Ох, боже, до меня только сейчас дошла ирония судьбы. Десять лет назад я на него наткнулась после того, как он совершил убийство, а нынче утром он на меня наткнулся после того, как я совершила убийство. Ха. Круг замкнулся.

Взгляд Дианы расплылся, сознание затуманилось, однако она быстро пришла в себя.

– Так или иначе, я тогда уже выбрала Митча будущим мужем, сложилась идеальная ситуация. Я получила желанного супруга, он – жену, которая по закону не может свидетельствовать против него. – Диана с отвращением сморщила носик. – И все было бы хорошо, если бы ФБР не заперло тебя с Либби Герольд в том самом доме. Можешь поверить, он съехал с катушек, не имея возможности тебя видеть. По моему личному мнению, слегка свихнулся, зациклился на твоем «спасении», я никак не могла его отговорить. Тогда и обронил цепочку.

– Какую цепочку?

Диана раздраженно ткнула ее глушителем:

– Мозгами работай! Ту самую. Твою шуточку со «снежком».

И Грейс поняла. В игре пятнадцатая жертва сжимает в кулаке цепочку, которую в реальной жизни Митч все годы учебы в колледже носил на шее. Всегда под рубашкой, под свитером, так что ее никто никогда не видел.

– Идиот ее потерял, убивая агентшу ФБР. Не было бы никаких неприятностей, если бы ты не вставила чертову цепочку в чертову игру, а потом не запустила в чертов Интернет. Представь, что копы в Атланте увидят, припомнят, что точно такая же хранится в сейфе с вещественными доказательствами. Догадываешься, что будет дальше? Нагрянут сюда, начнут расспрашивать, как подобная мысль пришла тебе в голову, ты ответишь: «Я подарила такую цепочку Митчу, когда мы учились в колледже в Атланте», и всему конец, потому что Либби Герольд ударила его ножом. На месте преступления кругом была его кровь. А с современными анализами ДНК…

Грейс почти не слышала. Сознание, тело, душа – все онемело, оглохло. Злость, на которую она рассчитывала, ненависть, которая переполняла ее и придавала сил, растворились в волне безнадежности.

Все напрасно. Если подумать, по-настоящему глупо. Сверхъестественные меры безопасности для защиты от киллера, который находится рядом практически ежеминутно. Острая паранойя, подозрительность к каждому незнакомцу, когда полная слепота и глупость не позволяли увидеть правду в знакомом лице, которое она, казалось, лучше всех знала.

Пистолет тяжелел. В мышцах вытянутой руки начались спазмы. В любом случае зачем его держать? Шанса воспользоваться им уже не будет.

Внизу вдруг раздался ужасный шум. Что-то крупное металлическое вновь и вновь ударяло в металл.

Диана сверкнула глазами:

– Ух ты! Кавалерия всерьез взялась за дело. Пожалуй, мы тут лучше покончим. Что ты делаешь, черт побери?

Грейс заморгала, слегка растерявшись.

– Зачем тянешься к шее? Что ищешь?

Она что-то почувствовала под пальцами. Хотя одна рука с пистолетом опускалась к полу, другая нащупала под футболкой цепочку, выдернула подаренный Джексоном крестик. Невозможно прожить такую жизнь, какая ей выпала, сохранив веру в религиозные и прочие талисманы. Но, дотронувшись до креста, она увидела печальные карие глаза мальчика, смотревшие на нее, умолявшие его надеть. Он верит. Может быть, пальцы поэтому потянулись к цепочке – чтобы соприкоснуться с частицей веры, которую из Джексона жизнь еще не выбила.

Грейс, ты мне веришь?.. Словно она обязана ему верить, потому что он ей первый поверил.

Вера – вещь драгоценная, хрупкая. Вот что на самом деле подарил ей Джексон. Джексон и Харлей, Энни и Родраннер, и Чарли, и даже Магоцци, который вообще не должен был ей верить, но верил…

– Ничего. Крестик. Видишь?

Диана быстро отступила на шаг, и Грейс впервые за долгие, как казалось, часы вдохнула полной грудью, на которую не давил пистолет.

Диана уставилась на крест, как загипнотизированная, глядя, как он раскачивается в руке Грейс, поблескивая отраженным светом, льющимся из окон чердака.

– У меня такой был, – прошептала она, прикоснувшись к собственному горлу, видя перед собой призрак. – Мне дала его мать настоятельница, но… по-моему, я его выбросила.

Она погрузилась в воспоминания, о которых Грейс не позволила себе гадать, отвлекшись лишь на долю секунды на то, что проплывает перед ее отрешенным взглядом. В тот же миг мощный приток адреналина заставил подняться руку с пистолетом, увидеть медленно-медленно открывавшуюся дверь на лестницу, женщину в промокшей от крови коричневой форме, ползущую на животе с прыгавшим в обеих руках пистолетом, который потом дрогнул, со стуком упал на деревянный пол…

Глаза Дианы сразу вспыхнули, метнулись к лежавшей женщине. Грейс даже не успела заметить, как сорок пятый калибр нацелился, пока ее пистолет поднимался, и тут чердак взорвался оглушительной стрельбой.

Диана шарахнулась в сторону и мгновенно упала, стукнувшись головой с чудовищным звуком. Кругом кровь… Очень много крови выливается из бесчисленных ран в голове и на теле…

Грейс вообще ничего не понимала. В полном замешательстве опустила глаза на оружие в своей руке. Сколько раз выстрелила? Один? Два? Безусловно, не больше, времени не хватило бы. Вдобавок пистолет поднялся чуть выше уровня пола, следы от пуль видны в полированном дереве.

Он медленно поднялся с корточек из-за письменного стола Энни, чтобы не испугать ее, опустив пистолет, но не ослабляя хватки.

– Магоцци, – шепнула Грейс и опять повторила: – Магоцци…

Просто фамилия. Он всю жизнь ее слышит, но, слыша сейчас от Грейс Макбрайд, чувствует невыносимую боль в сердце.

– И Холлоран, – добавил Магоцци, глядя в сторону лестничной двери.

Проследив за его взглядом, Грейс увидела крупного мужчину в коричневой форме, склонившегося над истекавшей кровью женщиной, зажимая ладонью рану у нее на горле, рыдавшего, как ребенок.

Слышались крики на лестнице, у шахты лифта. Как будто тысячи голосов выкрикивали неразборчивые слова, и она сердцем выделила три, окликавшие ее по имени.