Праздник подсолнухов - Иори Фудзивара

Он склонил голову:

— Я не совсем понимаю, что ты имеешь в виду.

— Я не принимал никаких мер для того, чтобы вы пришли. Почему вы об этом заговорили?

— Мурабаяси пришел в «Кёби». Все это время я слушал его рассказ, который он, в свою очередь, услышал от тебя в поезде.

— Но в разговоре с ним я не касался Эйко.

После секундной паузы Иноуэ заговорил:

— То есть я говорю неправду? Ты это хочешь сказать?

— Именно это. Пусть немногие, но и в наш век есть те, кто руководствуется совестью. Или вынуждены руководствоваться. Хотя сейчас мне впервые пришла в голову мысль о том, что совесть устарела как понятие. Возможно, совестливость одного оборачивается проблемой для других. Возможно, она лишь вызывает раздражение. Совесть бывает плохой, просто негодной. Мрачной, от которой портится настроение. Кажется, теперь я понимаю, почему Мурабаяси так хотел отделиться.

После небольшого раздумья Иноуэ глубоко вздохнул:

— Жестокие вещи ты говоришь.

— Жестокие? Предать чье-то доверие куда более жестоко, вы не находите? Ну а самая жестокая реальность состоит в том, что время меняет человека.

— Что это значит?

— Когда-то вы были совестливы. Но это в прошлом. Вот что это значит.

— Не совсем понимаю тебя.

— У меня есть несколько причин рассуждать именно таким образом. Вряд ли они вам понравятся. Вам знакома девушка по имени Мари Кано?

— Это та, что работала в фудзоку?

— Откуда вам известно про фудзоку? А главное, откуда вы знаете ее имя?

Впервые в его взгляде промелькнуло некоторое беспокойство. Не обращая внимания, я продолжал:

— Вы заметили, как вы построили фразу? «Возможно, ты был прав, говоря дяде, что человечеством движет не одно только вожделение». Я ни разу не упомянул имя Нисины в связи с этой теорией. Я сказал «один человек». Я даже не говорил, что встречался с ним. Дальше вы говорите: «После того случая наши отношения с дядей практически прекратились. Мы и сейчас почти не общаемся». Это никак не может быть правдой. После моего визита Нисина немедленно позвонил вам. Вероятно, вас и сейчас связывают близкие отношения.

Он закашлялся:

— Что ты хочешь этим сказать?

— Есть и еще кое-что. Что прикажете делать с этим? Мари Кано — эта девушка появилась на горизонте усилиями Нисины. Но ведь он едва знал Эйко. Существует лишь один человек, знавший Эйко и одновременно прочно связанный с Нисиной. И этот человек вы, господин Иноуэ.

— Ее фотография была в журнале. Я, кажется, что-то слышал об этом.

— Безвестная девушка из фудзоку. Кто станет рассказывать вам о фотографии какой-то девушки в журнале? Я бы еще поверил, если бы вы сказали, что увидели ее фотографию сами и заметили ее сходство с Эйко. Но вы-то сказали, что слышали об этом. Я знаю, что ее заметил Нисина, а указания ей давал Харада. Существует еще посетитель, который рассказал Мари о ее сходстве с Эйко.

Он внимательно смотрел на меня, потом возмущенно воскликнул враз осипшим голосом:

— Намекаешь, что я из тех, кто ходит по таким заведениям?!

— Не знаю. Время меняет людей. Хотя, насколько мне известно, это действительно были не вы. У вас слишком приметная внешность. Посетителя же описали как веселого и громогласного мужчину примерно моих лет. Хороший, наверное, парень. По возрасту больше всего подходит Китадзима. Когда я студентом работал в «Кёби» и Эйко навещала меня, он частенько над нами потешался. В ту пору Эйко было столько же, сколько сейчас Мари. К тому же посетитель упомянул девичью фамилию Эйко. Возможно, именно он рассказал вам о девушке из фудзоку, очень похожей на мою жену. Дизайнерское бюро выписывает все основные издания. Вы отыскали нужный еженедельник, убедились в сходстве и рассказали о нем Нисине. Это единственное, что приходит в голову. Вряд ли кто-либо другой стал бы рассказывать ему об этом, ведь ни Нисина, ни Харада не интересуются женщинами.

— Твои подозрения беспочвенны.

— Завтра я могу проверить их у Китадзимы.

Он не ответил, молча глядя на меня.

— Какова была ваша цель? Услышали от Нисины историю Ришле и вспомнили об Эйко? По стечению обстоятельств знали причину ее смерти и посчитали это неожиданной удачей? Именно поэтому вы положили глаз на мои воспоминания? Из разговора с вами и беседы с Нисиной мне все стало ясно. Даже Харада был не в курсе. За все ниточки от начала и до конца дергали вы вдвоем с Нисиной. Я и не знал, что вас так интересует Ван Гог. Вернее сказать, стоимость произведения Ван Гога. Теперь я все понял. Нисина ошибся, говоря, что эти три мотива движут людьми. Эти три мотива сводят людей с ума.

Снова молчание.

— Можно взглянуть на ситуацию иначе, — продолжил я. — Харада многого не знал и потому заблуждался. Он полагал, что мне известно о существовании «Подсолнухов», и в поезде на пути в Киото строил разговор именно в этом ключе. Не знал он и о том, что Мари собственноручно сделала в книге пометки. Вероятно, Нисина, или нет, скорее вы намекнули ему, что девушка может найти записи Эйко или выудить из меня воспоминания о беседах с ней. Не подозревая о заговоре, Харада искусно подстроил нашу встречу. Более того, «Айба» превратилась в крупного клиента «Кёби Кикаку» также стараниями Нисины. Не могу утверждать с точностью, но как иначе объяснить то, что такой крупный заказчик напрямую работал с рядовым дизайнерским бюро? Это всегда казалось мне удивительным, но теперь, в свете открывшихся фактов, ответ очевиден. Долгие годы вы, господин директор, постигали притягательность власти. Однако вам приходилось скрывать свои связи с теневой экономикой. Вам даже пришлось притвориться, будто вы покорились давлению со стороны «Айбы». В случае чего это могло послужить прекрасной отговоркой для Мурабаяси, ваших подчиненных или просто коллег по цеху. Нетрудно догадаться о причине вашей непримиримой вражды с Тасиро в этом неведомом мне мире силы и власти. Всему виной его сближение с Сонэ.

Повисло долгое молчание. Где-то вдали раздался гудок. Воздух постепенно наливался свинцом. Будет ливень. Я бросил на землю окурок. Иноуэ заговорил:

— А теперь, как ты говоришь, вернемся немного назад. Ты забыл главное — причину, которая привела меня сюда. Зачем я, по-твоему, пришел? Я пришел признаться, что повинен в смерти твоей жены. Ты не считаешь это совестливым поступком?

— Этим признанием вы в некоторой степени стремились снять с себя ответственность. Разве я не прав? Небольшая подтасовка фактов, и простая истина превращается в запутанный узор. Приукрашивание, свойственное речам Нисины. Подсовывая мне приукрашенную версию событий, вы надеетесь наладить отношения с остатками совести. К тому же мой визит в «Кёби» и звонок Нисины позволили вам проследить все мои действия. На случай, если бы вдруг открылась правда о том, от кого была беременна Эйко, вы подстраховались, прикрывшись оборотной стороной правды.