Завещание - Джон Гришэм

– Чтобы избавить всех от необходимостипредставлять деньги наличными, я нашел банк, который готов выдать кредит в пятьсоттысяч долларов на год. Единственное, что потребуется от нас, – это поставитьподписи под векселем. Я уже это сделал.

– Я тоже подпишу эту чертову бумажку! –воскликнул Брайт. Он проявил бесстрашие, потому что ему нечего было терять.

– Позвольте мне кое-что прояснить, – вступилЙенси. – Мы сначала платим Сниду, а потом он дает показания, так?

– Так.

– Не можем ли мы сначала услышать его версиюпоказаний?

– Его версия требует определенной работы. Вэтом и состоит вся прелесть соглашения. Как только мы ему заплатим, он наш. Мысможем заказать ему такие показания, какие нам нужны. Помните: другихсвидетелей не существует. Есть, правда, еще секретарша…

– А она сколько стоит? – спросил Грит.

– Она входит в счет Снида.

Кому еще выпадал шанс сорвать процент с самогокрупного состояния в стране? Адвокаты быстро произвели подсчеты в уме. Немногориска сейчас – зато золотая жила потом.

Миссис Лэнгхорн удивила всех, заявив:

– Я буду рекомендовать своей фирме принять этиусловия. Но все должно быть сделано в строжайшей тайне.

– В строжайшей, – повторил Йенси. – Мы всерискуем.

Нас могут исключить из гильдии адвокатов идаже отдать под суд. Подкуп свидетеля с намерением получить от него ложныепоказания – преступление.

– Вы не учитываете главного, – возразил Грит.– Никаких ложных показаний быть не может. Их истинность определяется Снидом, итолько им одним. Если он скажет, что помогал писать завещание и в тот моментстарик был недееспособен, кто сможет опровергнуть его слова? Сделка безупречна.Я подпишу вексель.

– Итак, нас уже четверо, – подвел итог Хэрк.

– Я тоже подпишу, – кивнул Йенси.

Хемба и Хэмилтон колебались.

– Мы должны обсудить вопрос в фирме, – ответилза обоих Хэмилтон.

– Полагаю, парни, излишне напоминать, что вседолжно быть сугубо конфиденциально, – сказал Брайт. Это прозвучало комично:уличный драчун, выпускник вечерней школы, наставляет законников, съевших всвоем деле собаку.

– Вы правы, излишне, – язвительно заметилХемба. – Вам не стоит нас поучать.

– Поторопитесь, – предупредил их Хэрк. –Мистер Снид пригрозил, что долго ждать не будет и охотно заключит сделку спротивоположной стороной.

– Кстати, о противоположной стороне, –подхватила миссис Лэнгхорн. – О ней что-нибудь стало известно? Мы всеопротестовываем завещание. Должен же кто-то его защищать. Где Рейчел Лейн?

– Судя по всему, она прячется, – сказал Хэрк.– Джош заверил меня, что они знают, где она, находятся с ней в контакте и онапоручит адвокатам защищать ее интересы.

– В деле об одиннадцати миллиардах?! Несомневаюсь, – усмехнулся Грит.

Несколько минут все размышляли над этойсуммой, так и сяк деля ее на шесть частей и высчитывая собственный процент.Пять миллионов, запрошенных Снидом, представлялись в этом свете вполне скромнымтребованием.

Жеви и Нейт добрались до фактории позднимутром. Мотор работал из рук вон плохо и пожирал огромное количество горючего.Фернандо, владелец магазина, качался в гамаке под навесом крыльца, спасаясь отизнуряющего солнца. Он был немолод – потрепанный рекой ветеран, знававший отцаЖеви.

Вдвоем с Жеви они помогли Нейту выбраться излодки.

У того опять поднялась температура, ноги быливатными.

Они осторожно, шаг за шагом, прошли по узкомупирсу и поднялись на крыльцо. Когда Нейта уложили в гамак, Жеви короткорассказал Фернандо о событиях прошедшей недели. Фернандо знал все, чтопроисходит на реке.

– “Санта-Лаура” затонула, – подтвердил он. –Был сильный шторм.

– А Уэлли вы не видели? – спросил Жеви.

– Видел. Его подобрало судно, перевозящеескот. Они останавливались здесь. Он мне все и рассказал. Уверен, что теперьУэлли уже в Корумбе.

Услышав, что Уэлли жив, Жеви почувствовалоблегчение.

Гибель яхты, однако, огорчала его.“Санта-Лаура” считалась одним из лучших судов во всем Пантанале. И она затонулав тот момент, когда он, Жеви, нес за нее ответственность.

Во время разговора Фернандо поглядывал наНейта, который едва ли слышал их и уж наверняка ничего не понимал.

Судя по всему, он и не старался прислушиваться– ему было сейчас все равно.

– Это не малярия, – сказал Фернандо, подойдя кНейту и ощупывая пальцами сыпь на его груди. Жеви тоже подошел к гамаку ипосмотрел на друга. Волосы у того спутались и взмокли, глаза были закрыты,глазницы провалились.

– А что же это? – спросил он.

– При малярии не бывает такой сыпи. Этолихорадка денге.

– Лихорадка денге?

– Да. Она похожа на малярию – при ней бываеттакая же высокая температура и сильный озноб, мышцы и суставы становятсяслабыми. Передается она так же, как малярия, через укус москита. Такая сыпьбывает только при денге.

– Мой отец однажды болел этой лихорадкой. Этобыло очень тяжело.

– Тебе нужно как можно скорее доставить его вКорумбу.

– Вы не одолжите мне свой мотор?

Лодка Фернандо была пришвартована под ветхимстроением. Ее мотор казался не таким проржавленным, как мотор Жеви, и в нембыло на пять лошадиных сил больше. Они засуетились, переставляя моторы,заполняя баки горючим, и спустя час беднягу Нейта вынули из гамака и водворилиобратно в лодку, под брезент палатки. Он был слишком слаб, чтобы понимать, что происходит.

Была почти половина третьего. Корумбанаходилась в девяти-десяти часах ходу от фактории. Жеви оставил Фернандо номертелефона Валдира. Иногда, очень редко, здесь проплывали корабли, оснащенныерадиосвязью. Если вдруг один такой окажется здесь, Фернандо свяжется с Валдироми сообщит ему новости.

Жеви запустил мотор и, счастливый оттого, чтоу него снова есть лодка, которая может быстро скользить по воде, направил ее вКорумбу. За кормой вскипела пенная струя.