Дом восходящего солнца - Чак Хастмайр

Рэй пробормотал «спасибо» и на негнущихся ногах проследовал к дивану. Конверт был запечатан, и плотная бумага никак не желала поддаваться. Рэй вытащил свой нож и вскрыл его. Внутри был всего один листок. На нем рукой Дженни было написано Позвони мне и телефонный номер. Где-то в центре города.

В дальнем углу лобби был телефон-автомат. Рэй быстро разменял у пакистанца-портье доллар и набрал номер.

Ему ответила девушка-портье из другой гостиницы. Рэй попросил соединить его с Дженни Портер. Трубку Дженни сняла после первого же гудка.

— Алло? — встревоженным голосом сказала она.

Волна облегчения затопила Рэя.

— Я получил твою записку.

Дженни была в гостинице неподалеку от «Даблтри». Из газет и новостей она узнала о том, что случилось, и испугалась. В Метайри она не чувствовала себя в безопасности, в своей квартире тоже, и решила перебраться сюда. И оставила записку на случай, если Рэй захочет ее разыскать.

Рэй помчался к ней в гостиницу. Как только он вошел в номер, они бросились друг другу в объятия. Срывая с себя одежду, они рухнули на постель. Страх, гнев, желание — все выплеснулось наружу, все растворилось без остатка. Тяжело дыша, они наконец оторвались друг от друга.

— Ого, — сказала Дженни. — Что это на тебя нашло?

Рэй с трудом перевел дух.

— Не знаю. Не помню, когда я чувствовал себя лучше. — Он покосился на нее. — А что?

— Да так, ничего. — Дженни улыбнулась. — А еще раз сможешь?

Рэй ухмыльнулся и накрыл ее своим телом.

— Ты думаешь, мы в безопасности? — спросила Дженни.

— Карлос и Винни мертвы. Тони в тюрьме, — сказал Рэй. — Мы для них ничто. Никто не будет нас искать.

Он не был уверен в этом на сто процентов. Оставался еще Рокко, преданный телохранитель Тони. Он так быстро про Рэя не забудет. Но беспокоиться об этом смысла не было.

Взошло солнце. Они были все еще в номере Дженни. Они не спали всю ночь. Рэй рассказал Дженни о том, как все произошло на самом деле. Он хотел начать все сначала и хотел быть с ней абсолютно честным, но об одном все-таки умолчал. Рэй не сказал Дженни, сколько денег он подбросил в машину Тони. И не сказал, что в багажнике его «мустанга» находится почти двести пятьдесят тысяч, упакованных в пластиковые магазинные сумки.

И тем не менее что-то не давало Рэю покоя. Что-то не то было с этими деньгами. Почему-то он чувствовал, что не имеет права владеть ими. Это было неправильно.

Рэй сам не понимал, что на него нашло. Что может быть неправильного в четверти миллиона долларов?

Где-то посреди ночи Дженни ненадолго заснула. Рэй лежал рядом, опираясь на локоть, и просто смотрел на нее. Она лежала на спине, простыня сползла, обнажив грудь, и Рэй ощущал такое счастье, как никогда в жизни.

Когда начало рассветать, Рэй спросил Дженни, не хочет ли она немного попутешествовать.

— Куда поедем? — спросила она.

— Я знаю, что тебе нравится Калифорния, но как насчет Флориды?

Дженни ответила, что Флорида — это просто здорово.

Днем они сели в его «мустанг» и поехали в квартиру Дженни. Дженни собралась за десять минут. Рэй подождал ее в машине. Она появилась с чемоданом в одной руке и косметичкой в другой. Рэй помог ей положить вещи на заднее сиденье. Открывать багажник ему не хотелось.

— А что делать с моей машиной? — спросила Дженни.

— Брось ее.

— Зачем бросать, давай ее продадим! Она ведь стоит каких-то денег, а для нас они будут нелишние.

Практичная девчонка.

Они вернулись к гостинице, где жила Дженни. Она забрала свой старый «файрберд», и они отправились на Кэнал-стрит, в место, где торговали подержанными автомобилями. За машину им заплатили наличными.

Рэй собрал свои вещи за пять минут. Он покидал одежду и бритвенные принадлежности в спортивную сумку и сунул ее на заднее сиденье, поверх чемодана Дженни. Он по-прежнему не желал открывать багажник.

Он выехал на бульвар Роберта Ли, потом на Кэнал-бульвар, потом проехал мимо реки и кладбищ и повернул на Кэнал-стрит.

— Я думала, мы едем во Флориду, — чуть удивленно сказала Дженни.

— Я решил, что нам надо кое-куда заехать.

— Куда? — Она удивилась еще сильнее.

— К одной твоей подруге.

Через несколько минут Рэй свернул на Рэмпарт-стрит и остановил машину возле сиротского приюта.

— Что ты хочешь сделать, Рэй?

— Помнишь ту монахиню на дороге, с детьми?

Дженни кивнула:

— Сестра Клэр.

— Это ведь ее приют, верно?

— Да.

Рэй нажал кнопку и открыл багажник.

— Вылезай.

Он вытащил из багажника две самые тяжелые сумки.

— У меня для нее кое-что есть.

Дженни заглянула в одну из сумок. Глаза ее загорелись.

— О боже мой! — вскрикнула она. И еще раз, заглянув во вторую сумку: — О боже мой!

Они вошли внутрь и сказали монахине, сидящей за стойкой, что хотели бы поговорить с сестрой Клэр. Спустя пять минут сестра Клэр вышла в вестибюль. Лицо у нее было очень доброе и спокойное.

— Чем я могу вам помочь? — спросила она.

— Это вам, — неловко сказал Рэй и поставил сумки перед ней. — Для детей. Кое-что.

Сестра Клэр нагнулась, заглянула в одну из сумок и буквально онемела от изумления. Она пыталась что-то сказать — и не могла. Дженни и Рэй заторопились к выходу. Сестра Клэр, заикаясь, бормотала им вслед какие-то слова благодарности.

Десять минут спустя они уже ехали по автостраде, направлявшейся во Флориду.

Дженни все время смотрела на Рэя, и по ее лицу он не мог понять, счастлива она или взбешена до предела.

— Почему ты это сделал? — в конце концов не выдержала Дженни.

— Ты довольна или нет? — тоже не выдержал Рэй.

Дженни достала из сумки носовой платок и вытерла глаза.

— Это самая прекрасная вещь, которую я видела в жизни, — сказала она.

— Мне просто показалось, что взять их себе будет как-то неправильно.

— Сколько там было?

— Двести тысяч.

— Знаешь, что она сможет сделать с этими деньгами?

— Думаю, кое-что сможет.

— Сколько ты подбросил Тони?

— Я не пересчитывал, но что-то около пятидесяти тысяч.

Дженни показала большим пальцем на багажник.

— А что в той сумке?

— Какой сумке?

— Третьей сумке в багажнике.