Меч Аллаха - Александр Щелоков

— Деньги перевести через банк?

В глазах Кумисбаева вспыхнул священный ужас:

— Что вы, уважаемый! Какой банк! Разговор шел о наличных.

— О казахстанских теньге или о турецких лирах? — с подначкой спросил Андрей.

Кумисбаев поморщился:

— Э, разве это деньги? Даже не в русских рублях. Только в долларах.

Они сходили в крытый ангар и осмотрели технику. К удивлению Андрея, буровое оборудование было совсем новым и не разграбленным.

В конторе, когда они вернулись, их уже ждал Иргаш.

— Договорились? — спросил он Андрея.

— Все нормально, — ответил тот.

— Ко всему нам нужны три танковых трайлера, — сказал Иргаш Кумисбаеву. — Для перевозки машин.

Кумисбаев тряхнул головой и посмотрел на Иргаша с видом благодетеля:

— Не беспокойтесь, уважаемый. Здесь как в аптеке. Я продаю вам буровую. Господин Умурзаков, мой хороший знакомый, продаст трайлеры.

— Когда я увижу этого продавца?

Кумисбаев встал и подошел к двери.

— Давайте выйдем.

Во дворе конторы толпились более десятка человек. Одни стояли кучкой, о чем-то беседуя между собой, другие сидели на корточках в тени глухого забора, курили, смачно сплевывали желтую слюну, пропитанную жевательным табаком.

— Саид! — позвал Кумисбаев и поднял руку. — Бер кель. Подойди.

От группы беседующих отделился кривоногий колобок с пузом, свисавшим с брючного ремня. Загребая ботинками пыль, подошел к Иргашу. Протянул обе руки и подобострастно пожал протянутую ему ладонь. На торгах первую скрипку играет покупатель и ему надо показать свое уважение.

— Сколько вам нужно трайлеров, господин Иргаш?

— Машины хорошие?

— Что вы! Они отличные. Советская Армия — лучшая в мире.

— Была, — сказал Иргаш язвительно.

— Была, — согласился продавец. — А машины остались. Из боевого резерва. Все на ходу. Совершенно новые.

— Мне нужно три.

— Я покажу вам десять. На выбор.

— Отлично. О цене договоримся после осмотра.

К Иргашу осторожно подошел и встал сбоку казах с круглым, масляным лицом и хитрыми, шнырявшими по сторонам глазами. Спросил тихо, прикрывая рот ладошкой и покашливая:

— Господин Иргаш, я могу предложить вам танк. В отличном состоянии. Т-80. Комплект боеприпасов.

— Уважаемый, давайте эту тему оставим. Я собираюсь искать в степи воду. Зачем нам танк?

— Найдете воду, будете ее охранять.

— Все, кончили, — Кашкарбай оттер плечом торговца танками. — Оставьте это счастье себе.

И тут же с другой стороны к ним подсыпался третий тип.

— Может купите БТР? Это совсем недорого. Тысяча баксов.

Кашкарбай взял говорившего за плечо и сжал его рукой, как клещами.

— Предложите самолет, тогда поговорим, — сказал и повернулся к Андрею: — Станешь богатым, приезжай сюда. Купишь танки, транспортеры, наймешь боевиков и завоюешь себе ханство. Казахи тебе все продадут.

Заключив договор с торговцами и закрепив его долгим пожатием рук, Иргаш пообещал забрать оборудование на следующий день и тогда же привезти деньги.

Провожаемый торговцами, джип выехал за пределы базы. По дороге нагнали старика-сторожа, который встречал их у ворот, а сейчас, должно быть, сменился с дежурства. Кашкарбай открыл переднюю дверцу джипа:

— Э, уважаемый аксакал, вас подвезти?

Казах с удивлением посмотрел на притормозившую машину. Такого демократизма в отношениях между пешеходами и автомобилистами здесь никогда не было. Грузовик при случае, конечно, мог и подвезти, но легковушка…

— А можно?

— Садитесь, — Кашкарбай повернулся, протянул руку и открыл заднюю дверцу. — Сделайте уважение, аксакал.

Казах, согнувшись, забрался в машину, кряхтя, устроился рядом с Иргашем.

— Как вас зовут? — спросил тот.

— Утеген, уважаемый.

— Хорошее имя, храни вас Аллах. Давно работаете на Кумисбаева?

— Уже не работаю. Он своих уволил. Набрал новых.

— Вы специалист?

— Так считали русские. Сперва был рабочим. Начальник Иванов меня уважал. Он сделал меня мастером. Я всегда выполнял нормы. Хорошо работал.

— Чем же не угодили теперь?

— Теперь мастера не нужны. Все идет на продажу.

— Кого же на ваши места набрал Кумисбаев?

— Молодых. Откуда-то с юга. Дело не знают, но, похоже, бандиты…

— Вас куда отвезти?

— До перекрестка. Дальше я сам пойду.

На перекрестке старик вылез из машины и поманил Кашкарбая пальцем. Сказал негромко:

— Будьте осторожны с Кумисбаевым. И помоги вам Аллах.

Примитивные банды рэкетиров обычно сколачиваются на бытовой основе. То в единый кулак для набегов собьет в стаю ребят своего двора хулиган-оторва. То в кодлу соберет одноклассников бездельник и заводила, изгнанный из школы за неуспеваемость. Беспутный казашонок Аю собрал и сделал бандитами приятелей из ПТУ, которым после выпуска никто не предоставил работы. Умелые в слесарном деле огольцы в учебном цехе выковали и отточили ножи из подшипниковой стали, наделили друг друга звериными кличками: Бабыр — Гепард, Жилан — Змея, Булан — Лось, Келес — Варан, и превращение в матерых хищников состоялось.

Начали с мелкого рэкета: обложили данью старух, продававших съестные припасы пассажирам транзитных поездов на железнодорожной станции. Набрались опыта, осмелели, пару раз отстегнули подачку начальнику линейного отделения милиции майору Ахтаеву, потом взяли его на содержание — и пошло, поехало…

Кумисбаев был одним из тех предпринимателей, из чьих доходов банда посасывала совсем немного — геологических работ своими силами великий Казахстан почти не вел и геологию не финансировал, а из ничего ничего и не высосешь. Но когда наклюнулась солидная сделка и запахло тысячами долларов, пройдошистый геолог решил потрудиться над денежной жилой по полной программе. Он переговорил с главарем рэкетиров Аю, и они ударили по рукам. Если покупатели выложат наличные, а они должны были привезти их с собой, ребята Аю забирали деньги целиком. Директор получал не половину, а сорок процентов, поскольку товар без оплаты покупателям он не отдавал.

Перспектива аферы выглядела крайне радужной, и все ее участники раскатали губы в ожидании жирного навара.

Не знали они лишь одного. Часто беспечные рыбаки, закидывая сеть на сома, вытаскивают в ней зеленую лягушку.

Вечером за ужином Иргаш затеял разговор о завтрашнем дне. Заканчивая трапезу, он губами снял с вертела большой, хорошо прожаренный кусок баранины и стал медленно жевать. Прожевал, потянулся за пиалой, в которую ему налили гранатовый сок. Звучно отхлебнул. Вытер губы полотенцем, лежавшим на коленях. Повернулся к Андрею: