Изгнание ангелов - Жиль Легардинье

– Что происходит? – спросил он. – Где мы?

– Не знаю, – сказала она, отдышавшись. – Меня выкрали из отеля, а очнулась я уже здесь. Странно… Я ничего не вижу, и все-таки у меня такое ощущение, что я знаю это место. А ты? Как ты тут оказался?

– Я позвонил Дамферсону и попал на Дженсона. Потом пошел, чтобы рассказать об этом вам, и тут появился этот тип… А что со Штефаном?

– Наверное, он где-то рядом.

– Нужно попытаться выйти отсюда, – заявил юноша.

Он деликатно освободился из объятий Валерии и встал.

Двигаясь очень осторожно, с вытянутыми вперед руками, он стал исследовать помещение. На его пути попалась паутина. Скоро его пальцы уперлись в стену. Он ощупал поверхность – несомненно, это была кирпичная кладка. Скоро он нащупал кабель в металлической оболочке и проследил его путь до самого выключателя.

– Закрой глаза, я попытаюсь включить свет! – предупредил он.

Раздался щелчок, но света не было. Петер продолжил исследовать комнату и скоро нашел дверь. Методично он проследил ее контуры. Она была деревянной, но, судя по звуку, окованной железом. На ней не оказалось ни ручки, ни замка.

– Мы, как крысы, заперты в клетке, – заключил он.

– Думаешь, это дело рук Дженсона?

– Кого же еще?

Петер вернулся к девушке. Ему бы очень хотелось, чтобы Гасснер был все еще с ним и подсказал, как выпутаться из затруднительного положения.

– Ты проголодалась? – спросил он.

– Нет. Немного хочется пить, но это не страшно.

– Придется потерпеть.

Петр обнял Валерию. Она прижалась к нему, чувствуя себя счастливой, потому что не одна, потому что он рядом.

– Как думаешь, они схватили и Саймона тоже? – спросил Петер.

– Все возможно. Дженсон умеет действовать быстро. А мы так глупо дали себя схватить…

– Если бы только знать, где мы…

Внезапно у Валерии закружилась голова. Она было отнесла головокружение на счет нервного истощения, как вдруг оно еще более усилилось. Девушка зашаталась. И тут в ее сознание ворвались десятки картин. Валерия на мгновение потеряла способность ориентироваться в пространстве и прижалась к Петеру.

– Я брежу, – сказала она. – У меня видения. Но они постепенно упорядочиваются…

Она утонула в новой серии образов. Заходящее солнце заглядывает в разделенное на квадратики окно; ее рука лежит на груди у мужчины; кот выскальзывает в приоткрытую дверь…

– Мне кажется, я знаю, где мы, – вдруг прошептала она.

– Откуда?

– Мы все еще в Шотландии, в доме Кати и Марка Дестрелей. Да, я в этом уверена.

– Как ты об этом узнала?

– Я это чувствую, мы в их доме.

Петер обхватил ладонями лицо подруги.

– У тебя видения?

– Да, и их очень много.

– Черт побери, как бы я хотел увидеть их твоими глазами! Расскажи мне все подробно, – настойчиво попросил он. – Образы проходят перед глазами, словно фильм на большой скорости?

– Да, именно так.

– Она входит в тебя.

– Катрин Дестрель?

– Я чувствовал то же самое с Гасснером. Не волнуйся. Тебе не будет больно. Сначала это беспокоит, но потом привыкаешь. Странно, ведь ты не прошла процедуру пробуждения. Штефан сказал, что настройки той установки в центре были неправильными…

– Я сама ничего не понимаю.

У Валерии снова закружилась голова. Внезапно снаружи долетел глухой звук удара. Послышались приближающиеся шаги: несколько человек спускались по лестнице.

– Ляг в глубине комнаты, – шепотом скомандовал Петер. – И сделай вид, что спишь.

Деревянная дверь задрожала, послышался скрежет. Потом кто-то потряс связкой ключей и наконец открыл замок. Дверь приоткрылась, и в проеме на фоне слабого освещения появились очертания головы. Спрятав лицо в ладони и вытянувшись на земляном полу, как если бы он все еще был без сознания, Петер краем глаза наблюдал за визитерами. Дверь распахнулась, и он различил три силуэта. Того, кто был посередине, втолкнули в подвал, и дверь тотчас же закрылась. Щелкнул замок, засов вернулся на свое место.

Штефан упал на пыльный пол. Он оперся на локти, которые болели от удара о землю, и попытался встать на колени. Валерия и Петер поспешили к другу.

– Они ничего вам не сделали? – слабым голосом спросил Штефан.

– Нет, – ответил Петер. – Мы очнулись здесь. А ты?

– Это Дженсон. Он не отстанет от нас, пока не получит то, что хочет.

Штефан упал на бок и выдохнул:

– Я рад, что увидел вас. Последние несколько часов показались мне слишком длинными…

Валерия протянула руку, чтобы его успокоить. Пальцы нащупали плечо Штефана и нежно его сжали.

– Они проводили над тобой эксперименты? – спросила она.

– Пока нет, он приберегает это на потом. Сначала они хотели узнать, где находится чемоданчик…

– Они тебя пытали? – встревожился Петер.

– Можно и так сказать. Дебби, его ассистентка, тоже здесь. Они сообщники. Ох, попадись она когда-нибудь мне в руки… Она тоже медиум. Не доверяйте ей, она очень опасна.

Валерию при воспоминании о Дебби передернуло от отвращения. У Штефана вырвался стон. Петер помог другу, и тот сел, прислонившись спиной к стене, недалеко от двери.

– Не знаю, как долго смогу сопротивляться, – продолжил он. – Они, конечно, возьмутся и за вас. Нам нельзя здесь оставаться.

– Валерия знает, где мы, – сообщил Петер.

– Я тоже, – иронично усмехнулся Штефан. – По самые уши в дерьме.

– Это погреб в доме Дестрелей. – уточнил Петер.

– А… значит, все вернулось на круги своя, – прокомментировал Штефан. – Как вы это узнали?

– Ей сказала Катрин Дестрель, – сообщил Петер.

В комнате стало тихо. Штефан думал о том, что означает этот новый поворот событий.

– Если Дженсон об этом узнает, – начал он, – он решит, что опыт удался, и захочет как можно скорее подключить меня к своей проклятой машине.

– Как ты считаешь, то, что происходит с Валерией, имеет отношение к эксперименту профессора?

– Я не специалист, но, если верить записям Дестрелей, это невозможно.

– Значит, душа может общаться спонтанно… – заметила девушка.

– …и с тем, с кем захочет, – закончил за нее Петер. – Души сами выбирают, с кем им общаться.

– Перед нами стоит проблема, и решить ее надо быстро. Нужно убираться отсюда. Дженсон будет разбирать нас по косточкам, пока не угробит совсем.