Радио Судьбы - Дмитрий Сафонов

Он еще раз подпрыгнул и выставил кулаки.

Николай неторопливым шагом подошел к нему и презрительно усмехнулся:

– Дебил он и есть дебил!

Все произошло очень быстро. Настолько быстро, что Ваня ничего не успел заметить. Правый кулак отца неожиданно взметнулся вверх, пролетел между его растопыренными руками и с размаху вонзился в нос. Сначала Ваня услышал звучное шмяканье, будто кто-то наступил на спелый помидор, затем раздался сочный хруст, и в голове все взорвалось алым. Он покачнулся и упал в сухую траву. В голове загудело, закружилось, на мгновение перед глазами мелькнуло знакомое золотое сияние, такое доброе и теплое, но его тут же заволокла темная пелена.

Ваня дернул ногами и замер.

* * *

То же время. Москва. Строгино.

Сержик быстро нашел нужный сайт, посвященный военной тематике. Информация о старинном передатчике давно уже перестала быть тайной.

Он скопировал содержание страницы на рабочий стол, закрыл окно поисковой машины, свернул программу электронной почты «Outlook Express» и принялся за подсчеты.

В последнем письме его просили оценить мощность сигнала. Немножко некорректный термин. Скорее всего, речь идет о напряженности электромагнитного поля, создаваемого передатчиком. Хотя нет... Наверное, все же имеется в виду интенсивность излучения на расстоянии шесть километров. Откуда могло взяться это расстояние?

Так. Если предположить, что письмо каким-то неведомым образом отправил именно Ваня (а в этом Сержик уже почти не сомневался, для сомнений он оставил один процент... ну, два), то что это могло означать?

Ваня находится в Юркине. Что лежит в радиусе шести километров от Юркина? Он мысленно представил себе карту Калужской области, которую изучил вдоль и поперек (еще в то самое время, когда они с отцом собирались сплавляться по Оке от Калуги до самых Бронцев на резиновой лодке) и понял, что... Ничего. Ровным счетом ничего. Леса. До Бронец отдачи было около четырех километров, до Ферзикова – столько же. Но это по карте, по прямой. А ведь дороги и тропинки не идут по прямой. По дороге всегда получается больше. Это же вам не самая первая железная дорога от Петербурга до Москвы, которую император спроектировал очень просто – провел линию по линейке, соединив две столицы. А сигнал-то от передатчика идет именно по прямой. Если бы Ваню интересовала мощность сигнала в Ферзикове, то он бы наверняка сумел вычислить точное расстояние.

– Конечно, сумел бы. Ведь он как-то отправляет мне письма и даже картинку. А это – задачка посложнее.

Нет, расстояние было определено точно. Именно шесть километров. Именно шесть...

Что же это может быть? Сержик понял, что без карты ему не обойтись. Бумажная карта лежала у отца в машине, но... Не зря же у него под рукой компьютер с емкостью жесткого диска восемьдесят гигабайт.

Он нашел программу с картой европейской части России, открыл нужную страницу. Подвел курсор к обозначению «Юркино (нежил.)» и поставил там жирную точку.

Что-то было не так. В самой задаче содержалась подсказка. Она была где-то рядом, но... Сержик пока не мог ее уловить.

Ничего, ответ придет сам собой. Из книг по психологии (а он их прочитал не менее двух центнеров и усвоил около пяти гигабайт полезной и не очень информации) Сержик знал, что подсознание – необычайно мощная штука. По сути, сознание и подсознание – две стороны одной медали. Или две части айсберга: видимая, возвышающаяся над водой, и невидимая, спрятанная под толщей океанской воды. Да, сравнение с айсбергом будет точнее – хотя бы потому, что его подводная часть всегда больше.

И то и другое – суть мышление. То есть – восприятие, усвоение и осознание полученной информации. Только сознание подчиняется императивному импульсу (проще говоря, приказу), а подсознание работает само по себе, всегда, даже в те моменты, когда мозг, казалось бы, должен отдыхать. Все очень просто: на входе – разрозненные карточки с названиями химических элементов, а на выходе – периодическая система. А между ними – спокойный, глубокий сон на мягкой подушке. Спокойной ночи, Дмитрий Иванович! С добрым утром, всемирный гений Менделеев!

Он вернулся к своей задаче. Интенсивность излучения на расстоянии шесть километров. Задачка для десятого класса. Нет, скорее, для первого курса технического вуза. Или второго? Он не помнил. В своей безудержной погоне за знаниями он давно уже потерял общепринятые ориентиры. Для него было важно другое: это он прочитал год назад, и вычисления никакой сложности не представляли.

Интенсивность электромагнитного излучения убывает в обратной экспоненциальной зависимости. В показателе экспоненты фигурируют толщина слоя, коэффициент сопротивления среды и длина волны.

У него все это есть. Коэффициент сопротивления воздуха– табличная величина, и незачем делать поправку на температуру, отклонения будут весьма незначительны. Длина волны обратно пропорциональна частоте, а несущую частоту Ваня ему указал... Ваня...

Он опять замер, повторяя про себя эту безумную фразу. «Ваня указал несущую частоту передатчика ПЛ-2 образца 1969 года...» Да Ваня не знает толком, что такое передатчик, не говоря уж о несущей частоте.

Сержик почесал в затылке. В конце концов... В конце концов, вопрос стоит очень просто: веришь ли ты в происходящее или нет?

Тут, конечно, можно долго растекаться «мыслию по древу». Например, считаешь ли ты возможным то, чего в принципе быть не может? И далее: а может ли на самом деле быть такое, что кажется невозможным в принципе? Отсюда – еще один маленький шажок. Совсем малюсенький, крохотный, и ты уже забрался в глубинные вопросы философии. Что есть критерий истины? И что есть сама истина?

Еще один рывок в сторону – в самое начало семнадцатого столетия, и вот он вам, ответ, вложенный Шекспиром в уста Гамлета: «Есть многое на свете, друг Горацио, что и не снилось нашим мудрецам...» Вот это уж – ответ на века. По сути, постулат, утверждающий бесконечность процесса Познания... И если уж...

Сержик решительно оборвал бег своих мыслей. Он слишком далеко забрался. Слишком далеко от своей ЗАДАЧИ. Эти досужие размышления ни на шаг не приблизили его к расчету интенсивности излучения передатчика ПЛ-2 на расстоянии шесть километров.

Ему нужно ответить себе на один простой вопрос: а ты сам, маленький вундеркинд, напичканный знаниями, но пока лишенный твердого индивидуального мировоззрения, ты – ВЕРИШЬ? Или – нет?

«Сплошной идеализм, – опять выскочила из мозга отрыжка философии. – Доказать бытие Господне нельзя, но и опровергнуть – тоже невозможно. В Него можно лишь верить. Или– не верить. Что ты выбираешь?»

Внезапно Сержик почувствовал дрожь в груди. Она была приятной. Невыразимо приятной. Она отдавалась во всем теле, и от этого руки и ноги стали такими легкими... Почти невесомыми. С глаз словно упала пелена. Все стало на свои места.

Он прислушался к себе. Нет, содержимое многочисленных учебников и самоучителей (английского, испанского и игры на гитаре) осталось на месте. Все эти сведения остались лежать на полочках в голове, но... Теперь они лежали на других местах.