Суррогатная мать - Таня Карвер

Рот Эрин приоткрылся. Фил отметил прекрасную и явно дорогостоящую работу ее дантиста и подумал, что, возможно, и за это тоже было заплачено Грэмом Идесом.

— Так вы думаете… Но я же была с Грэмом… Вы считаете, что это я сделала?

Фил заметил, что ее эссекский акцент стал пробиваться наружу.

— Нет.

— Вы думаете, что я знаю, кто это сделал?

— А вы знаете?

— Нет! — Акцент вернулся к ней в полной мере. — Разумеется, нет. О господи… Что они… Что произошло? Им удалось много похитить?

Фил был уверен, что Марина обратила внимание на эту фразу. Эрин не спросила, все ли в порядке с миссис Идес. Ее интересовало, что пропало. И он понял, что ей нечего им сказать. Оставалось только уточнить некоторые детали. Так что ее, скорее всего, можно вычеркивать.

— Мы думаем, что мотивом нападения было не ограбление, — сказал он. — Она была убита.

Рука ее подлетела к губам. И замерла там. Глаза ее округлились.

— О боже мой…

— Мне необходимо знать, с какого времени вы были с мистером Идесом и когда вы расстались.

— Боже мой…

— Прошу вас!

— Ох… — Эрин задумалась, а перед тем как ответить, прищурилась. — И что, из-за этого я потеряю работу?

— Это решать не мне, — сказал Фил. С него было уже достаточно. — Вам следует обсудить это с мистером Грэмом Идесом.

— Ага…

— Так с какого времени вы были там?

Она снова задумалась.

— Думаю, примерно с половины первого, может, с начала второго. Я ушла, то есть мы ушли, приблизительно в пять. Где-то так.

— Кто-нибудь может подтвердить это? Вы выписались из гостиницы?

Она пожала плечами.

— Грэм заплатил за номер. Все было оплачено заранее. Когда мы закончили, то просто ушли.

Фил снова зажмурился, сдерживая зевоту. Не нужно было приезжать сейчас. Он слишком устал. Откуда-то сбоку прозвучал вопрос:

— Эрин, что вы могли бы сказать о Грэме как о своем бой-френде?

Марина. Голос мягкий и вкрадчивый. Она уже не испытывает неловкости. Фил не смотрел на нее, сосредоточившись на Эрин. Интересно, что она ответит.

Та снова нахмурилась и отпила вина. С Мариной она чувствовала себя более раскованно.

— Думаю… мы с ним…

— Любите друг друга?

Она кивнула.

— Да. Вот именно. Мы любим друг друга.

Марина улыбнулась.

— Довольно странная партия. Я имею в виду, что вы такая молодая, привлекательная…

Эрин О’Коннор смущенно покраснела. Или Филу это только показалось?

— А Грэм… Я видела его. — Марина снова улыбнулась. — Скажем так: мне кажется, вы могли бы найти кого-нибудь и получше.

— Он мой босс, — ответила Эрин, словно это все объясняло.

«А кстати, — подумал Фил, — так оно и есть на самом деле».

— А у него вообще много подруг? — спросила Марина. — Возлюбленных, для которых он является боссом?

— Я не знаю. Мне он говорит, что у него никого нет.

— А он обещал вам… — Марина пожала плечами, как будто этот вопрос только что возник у нее в голове. — Ну, не знаю… как-то продвинуть вас по службе?

— В яблочко! — с энтузиазмом воскликнула Эрин О’Коннор, даже подскочив на месте от такой прозорливости. — Он сказал, что если я буду спать с ним, то получу повышение.

— И что, получили?

— Он обещал, что получу. Он собирался это сделать. Сказал, что запустит этот процесс буквально завтра.

Марина пожала плечами.

— Думаю, что теперь все изменится. Вам так не кажется?

Эрин кивнула и задумалась. Потрясенный Фил взглянул на Марину. Она едва заметно улыбнулась ему. Фил знал, что больше они из Эрин О’Коннор ничего не вытащат. А она просто перейдет к другому мужчине, который подпадет под ее чары. Он уже приготовился встать, когда Эрин вдруг заговорила.

— Знаете, что он мне сказал?

В ее голосе звучала неподдельная горечь, как будто она наконец поняла, что не только не получит повышения, но и попросту потеряла с Грэмом Идесом время, которое могла бы потратить на более перспективную мишень.

Фил остановился.

— И что же? Что он вам сказал?

— Сегодня. После обеда. Ну… когда мы с ним… занимались всеми этими делами. И я… я спросила, все ли о’кей. Нравится ли ему то, что я делаю. И знаете, что он мне ответил?

Фил и Марина терпеливо ждали, понимая, что вопрос этот был риторическим.

— Он сказал, что теперь, по крайней мере, ему больше не нужно за это платить.

— Как мило, — сказала Марина.

— По крайней мере, ему больше не нужно за это платить…

Добавить к этому было нечего. Они попрощались и оставили Эрин О’Коннор наедине со своими мыслями, вином, маленьким домиком и планами на будущее.

На улице Марина поплотнее запахнулась в пальто. Фил посмотрел на нее.

— Потерянное время, — сказал он. — Еще одна искательница золотой жилы.

Марина пожала плечами.

— Ты много их повидал на своем веку?

Он улыбнулся.

— Это всего лишь профессиональная оценка. Ничего личного. Пойдем, я отвезу тебя домой.

Он направился к «ауди». Марина заколебалась, но осталась на месте.

— Нет, — сказала она.

Он подождал, пока она его догонит. Марина не двигалась. Ему не оставалось ничего другого, как снова подойти к ней.

— Что случилось?

Она ответила не сразу. Фил ждал, глядя на нее. Лицо Марины было непроницаемым. Казалось, внутри у нее происходит какая-то борьба. Наконец она заговорила:

— Я… я… не хочу ехать домой.

Она старалась не смотреть ему в глаза.

Фил не знал, как на это реагировать.

— Почему? Что-то… Дома что-то случилось?

— Нет, ничего, — быстро ответила она. — В общем…

Фил почувствовал, как защемило в груди. Он знал, что это не было связано с приступом паники. Но это было не менее опасно. Надежда?

Когда он заговорил, голос его был мягким и нежным:

— Что-то не так? Скажи мне.

— Дело в том…

Она стала ожесточенно тереть глаза, словно злясь на себя за свои слезы. Да еще и перед Филом.

— Так что же? Скажи мне.

Марина вздохнула и огляделась по сторонам, стараясь смотреть куда угодно, только не на него.