Ночная птица - Брайан Фриман

– Как ты думаешь, что внутри?

– Люси Хаген, – ответил он. – Я надеюсь.

Лейтенант вгляделась в него, пытаясь прочесть что-то по его глазам. Своим видом она демонстрировала твердое намерение проникнуть внутрь секции. Сальседа подала знак, и из полицейской машины вылез дородный коп. Джесс подняла руки над головой и постучала нижней частью ладоней друг о друга. Коп достал из багажника мощный болторез и перекусил дужку замка с той же легкостью, будто резал масло. Замок упал на землю, доступ в секцию был открыт.

Фрост колебался, в глубине души боясь увидеть то, что внутри. Он надел перчатки, наклонился и дернул дверь. Та с лязганьем поехала вверх. В секции было темно, и он нащупал выключатель. На потолке загорелись две люминесцентные лампы.

Фрост не смог скрыть своего разочарования.

Внутри ничего не было.

Помещение было небольшим, всего десять на двадцать футов. Вдоль окрашенных в ярко-желтый цвет стен, почти до потолка, стояли упаковочные ящики. Такими же ящиками был заставлен и пол. У дальней стены Фрост заметил дубовый стол, над которым висело зеркало. В секции стоял странный тяжелый запах чая, и когда он сдвинул в сторону крышку на одном из ящиков, внутри оказались упаковки китайского чая.

В дверном проеме он увидел Фрэнки. Она не переступала порог.

– Вы уверены, что Даррен заходил сюда? – спросил инспектор. – Вокруг много других секций, вы могли и ошибиться…

– Это та самая, Фрост.

Он открыл следующий ящик. Там тоже был чай. Истон сунул руку глубже, до самого дня, но и там смог нащупать лишь упаковки с чаем. Теперь его рука пахла корицей и вишней. То же самое повторилось и со следующим ящиком. И с еще одним.

– Какой любитель чая, – сказала Джесс, внимательно разглядывая ящики. – Подождите-ка… Дайте мне болторез.

Офицер в форме протянул ей инструмент, и Джесс сунула его в ближайший ящик. Отметив на ручке верхнюю линию стенки, она вытащила болторез и приложила к стенке снаружи.

– Разница в шесть дюймов. У ящиков двойное дно.

Фрост перевернул один из ящиков и вывалил на пол упаковки чая. Потом болторезом несколько раз ударил по дну ящика, расщепляя деревянные планки. Расширив отверстие, он просунул в него руку. Нащупав вакуумные упаковки, вытащил одну.

В стерильном пластмассовом пакете было запаяно шесть пластмассовых пузырьков.

– Оксикодон, – сказала Джесс, прочитав этикетки. – Ньюман контрабандой ввозит рецептурные обезболивающие.

Фрост оглядел пространство, как будто оно могло дать новые ответы. Он сомневался, что секция арендуется только ради таблеток.

– Когда Ньюман был здесь, он что-нибудь загружал или разгружал? – спросил инспектор у Фрэнки.

– Этого я не видела. Он вошел внутрь, пробыл там пятнадцать минут или около того и вышел.

– И что же он там делал? – спросил Фрост.

Никто из присутствующих не ответил. Истон прошел в дальний конец секции и сел на стул, стоявший у стола. В зеркале напротив отразилось его лицо. Странно это. Зеркало… Зачем Даррену Ньюману понадобилось смотреть на свое отражение, спросил он себя.

И тут его осенило: «Он хочет видеть, не зайдет ли кто-нибудь в секцию позади него».

Фрост осмотрел стол, на котором ничего не было, если не считать яркой лампы, ножа для бумаги и лупы. Затем открыл ящики, но нашел там лишь ордерные векселя и инвойсы. И все они были на чай. К Люси это его никак не приближало.

– Что же Ньюман здесь делал? – снова вслух спросил Фрост.

Он открыл нижний ящик, оборудованный для вертикального хранения папок. Вынув все папки, стал изучать дно.

– Второй раз тебе меня одурачить не удастся, – сказал Истон.

С помощью ножа для бумаги он поддел дно ящика и легко приподнял его. В тайнике лежал конверт из манильской бумаги. Фрост взял его, открыл и высыпал содержимое на стол.

У него за спиной охнула Джесс.

– Вот подлец, – процедил Фрост.