Покореженное эхо - Михаил Март

– У меня практически все есть, за исключением мелочей. Дня через два могу предоставить вам полный комплект. Обойдется вам такая техника в семьсот долларов.

Цену Дима называл, учитывая многие факторы. Он не первый год торговал техникой для «шпионов». Тут сразу ясно, по глазам, насколько человек нуждается в оборудовании. Здесь вышла осечка. Дамочка напялила на себя темные очки. И это в такую погоду, когда днем ни черта не видно. Кругом тучи, и не перестает идти снег вперемешку с дождем. Но была еще одна примета. Как человек одевается. А одета дамочка по последней моде, и французскими духами от нее разит за версту.

Впрочем, такая публика к нему и обращается. Жены подслушивают своих мужей из категории «новых русских», либо наоборот. Простые смертные такими глупостями не занимаются. Удовольствие не из дешевых.

Красотка задумалась. Дмитрий уже пожалел о назначенной цене. Кажется, он переборщил.

– Вот что я вам скажу, Дима. Может быть, ваша техника и стоит этих денег, а может, и нет. Но я вам заплачу названную вами сумму с условием, что вы будете выполнять роль диспетчера. Вся техническая часть работы ляжет на ваши плечи.

Выполните задание без помарок, получите деньги и оставите себе свою дорогущую аппаратуру.

Заманчивое предложение. Оно Дмитрию нравилось. Делов-то на полсотни, а получить можно приличные деньги.

– А если вы меня обманете?

– Аванс четыреста долларов, остальное, после окончания работы.

– Годится. Но мне нужен адрес и номер телефона, чтобы я заранее установил все перемычки. В последнюю минуту этим не занимаются. К тому же, диспетчеру придется находиться не далее двухсот метров от телефона, с которого будут звонить.

– Большая Полянка, дом двадцать четыре, пятый подъезд, шестой этаж, квартира семьдесят один. Телефон 297-21-12.

– А ваш телефон?

– 9026100320.

– Мобильник?

– Да.

– Тогда вам придется мне дать свой аппарат. Он требует некоторых переделок. На мобильной связи свои операторы, а он должен сработать как приемник рации. Здесь есть свои тонкости.

– Хорошо. Поставьте свои перемычки сегодня, а завтра встретимся, вы получите аванс, телефон и мои инструкции. И вот еще что. В подъезде сидит консьержка. Этот дом находится под охраной. Там живут солидные люди.

– С другими я дел не имею. Догадался уже. У меня есть удостоверение монтера телефонных сетей, униформа и стремянка. Меня даже в Кремль пропустят. А про чердак вы ничего не знаете?

– Соседний дом стоит на капитальном ремонте. Из него тоже собираются сделать конфетку, как и из этого. Стоят они крыша к крыше. Через подъезд вы на чердак не попадете, а вот по крыше вполне реально.

– Встретимся завтра вечером. – Он достал из кармана свою визитную карточку. – Тут все мои телефоны. По одному из них вы меня найдете.

Разговор прошел в деловом тоне и Тае парень понравился. Молодой, но уже с хваткой профессионала.

Сложнее было договориться с мужиком, которому перевалило за пятьдесят. Но тут пришлось пускать в ход все свои женские чары. А точнее, чары своей сестры.

Они сидели в застекленной будке гаража под Яузским мостом. Вокруг, куда ни глянь, стояли машины «скорой помощи». Тусклый свет, вонища, грязь. Тая очень боялась испачкаться.

– Я специально обратилась к вам, а не к шоферам. Они люди подневольные, график работы у них не ровный, а вы все же начальник колонны и человек свободный, сами себе хозяин. Любая стоящая тут машина в вашем распоряжении. Вы ведь тоже из шоферов будете?

– Четверть века крутил баранку.

– И имели во много раз больше, чем сидя в этом стеклянном колпаке?

– Конечно. Кто из нас не халтурил. Ведь в «скорую» можно и холодильник загрузить и мебелишку на дачу отвезти. Машина вместительная. А тут один оклад и прогрессивка.

– Вот я и подумала, что смогу предложить вам неплохую халтуру. Вы же можете взять любую свободную машину и уехать на ней, скажем, часа на три с небольшим. Я права?

– В принципе, это возможно. Любую не могу, но ту, которая вышла из ремонта и еще не поставлена на линию, вполне могу. – На «скорой помощи» с красным крестом?

– А разве вы видите здесь другие машины? Я не очень хорошо вас понимаю, девушка. Чего вы собственно хотите?

– Меня зовут Инга. А хочу я накрыть своего муженька с бабой в постели.

Только дело в том, что она живет в доме, где сидит охрана и меня туда не пропустят. А «скорой» все двери открыты. Надеюсь, у вас найдется соответствующая униформа и чемодан с крестом?

– Конечно, найдется. Старые списанные чемоданы врачи шоферам отдают. Для инструментов удобен. А спецовок у нас полно. Шоферы тоже обязаны их носить. Свой склад есть.

– Ну что, Петр Семеныч, устроим маскарад?

– Устроить можно. Только это же денег стоить будет.

– Сколько?

– Даже не знаю… Трудно сказать. Машина, а значит путевка, одежда, чемодан, время…

– Хватит. Слушайте мое предложение. Если откажетесь, то я уйду, а вы жалеть будете. Сто долларов в час?

Начальник колонны хмыкнул.

– Какой же дурак откажется. За три часа – три сотни. Хорошие деньги.

– Тогда будьте начеку. Это может случиться завтра, послезавтра, в среду, одним словом, в ближайшие дни. Скорее всего, в вечернее время.

– Хорошо. Я сегодня же все заготовлю. Скажите мне свой размерчик.

– Сорок шестой, но рост побольше. Сами видите – не коротышка.

Мужчина смутился. Конечно, баба что надо, но где ему с его рылом да в калашный ряд.

– Значит, заметано, Петр Семеныч?

– Готов выехать по первому же зову.

* * *

Как всегда к полудню Наталья Кирилловна отправилась на рынок за своим вторым завтраком. Двести граммов творога и сто пятьдесят сметаны. Поход на рынок был для нее не только необходимостью, но и единственной возможностью прогуляться на свежем воздухе. Целыми днями ей приходилось сидеть дома, убирать огромную квартиру и готовить к восьми вечера ужин для мужа. Он на ней и женился-то из-за ее кулинарных способностей, как она считала. Наташе исполнилось пятьдесят пять, а мужу – пятьдесят один. Еще молодой, а она в пенсионном возрасте. К тому же, очень полная и болезненная. Женщины в ее возрасте козочками скачут, а она три ступеньки на крыльце подъезда с трудом преодолевала. Любит ли ее Платон? Наверное, любит, но не как жену, а как мать, без которой невозможно обойтись. Для удовольствия у него другие женщины есть.

Правда, она не могла с уверенностью этого утверждать. Платон слишком загружен работой. Ему времени не хватит на все вместе. Если только секретарша не обслуживала его в кабинете. Бог с ним. Муж он хороший, внимательный, заботливый, вот она и старалась. Жили и ни в чем себе не отказывали. Последние два месяца стало тяжелее. Платон без всяких причин уволил домработницу.