Роковое пророчество Распутина - Екатерина Барсова

Это была чистая правда, учитывая, что работников в центре всего двое. Она и Василий. Вернее, в другом порядке: Василий и она.

— Как ты живешь вообще?

На этот вопрос нужно было отвечать подробно. Анна с шумом втянула в себя воздух.

— Живу, работаю, в выходные тусуюсь с друзьями или хожу в кино.

— Даже так! — Елена внимательно посмотрела на Анну своими прозрачно-зелеными глазами. Кажется, она ей не поверила…

— Да, у меня все нормально, правда-правда. Можно еще кофе?

— Вдруг не уснешь?

— У меня и так бессонница.

— Вот видишь, к чему усугублять ее?

Анна хотела сказать, что она уже влюбилась в запах кофе и во вкус… Но промолчала.

— Ладно, раз хочешь кофе — пей кофе. И не говори, что я не предупреждала… Он у меня отличного качества, итальянский…

— А как ты?

Елена повела плечами, и сделала это так красиво, что Анна невольно залюбовалась ею. В ее сестру было невозможно не влюбиться. Вся страна любовалась Еленой утром, когда она вела телепрограмму «Утренний драйв» — спокойная, женственная, с лебединой шеей, светло-рыжими волосами и этими необыкновенными прозрачно-зелеными глазами. Программа строилась по типу всех информационно-развлекательных программ. Немного информации: политика, экономика, культура, гость в студии на злобу дня, музыка и напоследок обязательно что-нибудь душевно-культурное: выставка, книжная новинка, гастроли зарубежных знаменитостей.

Анна редко смотрела телевизор. Но все же иногда включала «Утренний драйв», смотрела передачи с интересом, но каждый раз после окончания оставался легкий привкус грусти. Видеть сестру было приятно, но вместе с тем — тяжело. Хотелось увидеть ее не на экране, а в жизни. Просто посидеть, потрепаться о чем-то своем, девичьем, поймать взгляд, улыбку, сказать всем: «А это — моя сестра!» Но Елена была далеко — на экране, почти недосягаема, и Анна с раздражением каждый раз давала себе зарок больше не пялиться в ящик, но спустя какое-то время нарушала данное себе слово.

А вот сейчас она сидит напротив Елены и внутри нее зарождается странное чувство родственности. Хотелось протянуть руку и погладить сестру по щеке. Но Елена близко и вместе с тем далеко…

— Как я? — переспросила Елена и наморщила нос. Как-то смешно. По-детски и совсем не по-звездному… — По-разному. Если ты думаешь, что моя жизнь — сахар, то ошибаешься: вечные придирки и замечания со стороны начальства, сделано не то, не так… Можно было лучше… В спину дышат конкурентки — молодые, нахальные, готовые на все. Абсолютно на все, без всяких устоев и правил. Гладиаторши… А я… Я уже не так молода. И в любой момент меня могут заменить.

Елена не жаловалась, а просто беседовала с ней. Как с сестрой. И Анну переполняло чувство гордости…

— Кофе остыл.

Анна посмотрела в чашку. Напитка оставалось уже на дне. Но вот сейчас она сделает этот последний глоток, и придется идти в комнату, и разговор с Еленой оборвется на полуслове… А ей так хочется сидеть здесь и слушать звук Елениного голоса.

— А можно еще кофе?

— Третью чашку?

— Ага! Давно не пила такого вкусного кофе. Сто лет.

— Понятно…

Третья чашка кофе стоит перед ней. Но дело в том, что Анна больше не может сделать ни глотка. Кофе сейчас польется у нее из ушей. Но она все-таки делает новый глоток.

— А как твоя личная жизнь? — задает вопрос Анна и тут же пугается. Так пугается, что ей кажется: наступившая тишина сейчас оглушит. Она слышит, как посапывает Деник, как хлопнула дверь лифта — далеко, но словно рядом, а за окном тонко поет ветер. Она боится посмотреть в лицо Елены и отводит взгляд в сторону.

Вот сейчас Елена рассердится и выставит ее за дверь. Или просто перестанет разговаривать, встанет и уйдет, красиво поведя плечами. А она, Анна, опять останется одна…

Она иногда читала в Интернете про личную жизнь Елены. Ей приписывали разные романы, иногда папарацци фотографировали ее с разными мужчинами и утверждали, что это очередной бойфренд теледивы. Но вот уже как год никаких свежих новостей не было…

— Можно сказать, что никак. Но разговаривать на эту тему я не хочу. Точка. — И она легонько забарабанила пальцами по столу.

Анна подняла голову и встретила взгляд Елены. «Не лезь на эту территорию, — сигналил этот взгляд. — Не надо».

Елена проводила Анну в комнату со словами.

— Отдыхай, спи и вообще живи пока здесь.

Перед сном Анна еще раз в памяти перебрала день: он был ярким, необычным, с сюрпризами. Такие кульбиты! Вася говорит, что им дали грант, эта новость сама по себе тянет на сенсацию. А теперь Елена вдруг предложила пожить у нее! Чудеса, да и только. А ведь день начался неудачно. Поругалась с отцом… Но потом все переменилось.

А вдруг у нее в жизни началась счастливая белая полоса?