Галерея последних портретов - Наталья Тимошенко

23 октября 2013 года, 11.08

Большой проспект В.О.

г. Санкт-Петербург

По дороге на работу они почти не разговаривали. Войтех сел на заднее сиденье за Сашей, чтобы, с одной стороны, привлекать к себе меньше внимания, а с другой – иметь возможность посматривать на машины, которые шли рядом в потоке или следовали за ними. К тому же он полностью сосредоточился на своих предчувствиях, поэтому не смог бы поддерживать оживленную беседу, даже если бы Саша пыталась ее вести. А она не пыталась.

Поставив машину на свое привычное место, Саша отдала Войтеху ключи и предупредила, что ей понадобится какое-то время, чтобы оформить отпуск и разрулить некоторые дела.

За время ее отсутствия Войтех успел обойти всю парковку, изучить все машины, немного поторчать в холле и понаблюдать за людьми, но уже к концу первого часа он был вынужден признать, что этим утром подозрения вызывал только он сам, бродя среди машин и трогая каждую рукой или ошиваясь рядом с кофейным аппаратом и поглядывая на врачей и посетителей больницы.

Саша вернулась только в начале двенадцатого, Войтех ждал ее у машины, но вместо того, чтобы протянуть ей ключи и вернуться вместе домой, внезапно предложил:

– Может быть, пройдемся немного? Здесь есть где-нибудь поблизости место, где можно раздобыть приличный кофе на вынос? В отеле был только растворимый, а испытывать удачу с вашим автоматом в холле я не стал.

– И правильно сделал, гадость та еще, – кивнула Саша. – Пойдем, я знаю здесь неподалеку чудное местечко, где варят прекрасный кофе, и даже можно попросить добавить корицу, как ты любишь.

Саша уверенно направилась к выходу с парковки.

– Что-нибудь интересное заметил? – наконец решилась спросить она, когда они уже вышли на проспект.

– Честно говоря, нет, – признал Войтех. Он немного помолчал, а потом осторожно уточнил: – Ты уверена, что твои ощущения связаны именно со слежкой? Других причин для тревоги не может быть?

– Каких, например? – не поняла Саша.

– Я не знаю… Может быть, происходит что-то еще? Ты кого-то боишься?

Саша посмотрела на него, пытаясь понять, чем вызван такой вопрос. Наверное, Максим рассказал ему и о ее кошмарах тоже. Либо же у него были видения, о которых он ей по какой-то причине не говорит.

Еще вчера она думала, что рассказала бы ему все, если бы они еще общались, но сегодня, убедившись, что никакой слежки за ней нет, она почему-то испугалась, что он тоже предложит ей отдохнуть. Она и сама, наверное, уже думала бы, что это параноидальный бред, если бы не разбившаяся вчера чашка.

– Если я скажу, ты, как и Макс, решишь, что я спятила, – криво улыбнулась она, разглядывая проезжающие мимо машины. – И мне останется только гадать, кто из вас первым отправит меня к психиатру.

– Определенно я буду последним человеком, который отправит тебя к психиатру, – сдержанно прокомментировал Войтех. Когда-то его тоже насильно отправили к психиатру, который ничем ему не помог, потому что, как был уверен тогда Войтех и продолжал верить до сих пор, он видел то, что не укладывалось в чужие представления о мире, но при этом не было галлюцинацией. – Скажи, сколько раз за время нашего знакомства я озвучивал теории, тянувшие на психиатрический диагноз?

Саша снова посмотрела на него и улыбнулась на этот раз искренне.

– Я и забыла, что ты у нас псих со стажем. Это я вечно пыталась искать во всем рациональное зерно, а теперь Вселенная как будто решила пошутить надо мной за это.

Они как раз подошли к небольшому окошку с яркой вывеской, где продавали обещанный Сашей «прекрасный кофе», и это дало ей время напомнить себе, что именно Войтеху она может рассказать все без утайки, и сформулировать свои мысли.

– Знаешь, мне даже сложно описать, – начала она, согревая замерзшие пальцы о горячий стаканчик. – Мне все время кажется, что на меня кто-то смотрит. Иногда это почти не чувствуется, а иногда ощущение такое сильное, что я теряюсь и не могу пошевелиться от страха. Дома, на улице, на работе, в магазине. Я боюсь выключать свет, когда одна дома, все время кажется, что рядом кто-то есть. Кто-то, кого я не вижу. Из-за этого мне уже кошмары снятся по ночам, даже в них меня все время кто-то преследует.

– Давно это с тобой? Оно началось до или после нашей последней встречи?

Саша задумалась, вспоминая.

– Такое было и раньше. Я не говорила тебе, но год назад, когда мы искали некроманта, я проснулась среди ночи от того, что мне показалось, будто в комнате кто-то есть. Даже Максима разбудила, чтобы он проверил всю квартиру. И потом такое повторялось пару раз, но так… Я даже не боялась, привыкла. Думала, что наши расследования производят на меня все же большее впечатление, чем я считаю. Гораздо хуже стало две или три недели назад. Может, мне не хватает адреналина, и я все это придумала? – Она улыбнулась, давая понять, что сама не верит в такое предположение.

Войтех скептически хмыкнул.

– Мне кажется, ты не похожа на человека, который может довести себя надуманной проблемой до истощения всего лишь на почве скуки. И потом, я уверен, что в твоей жизни хватает людей, которые постараются убедить тебя в том, что это просто скука, усталость, фантазии или что-то в этом роде. Я все-таки рискну побыть тем, кто попытается найти черную кошку в темной комнате, даже если ее там нет. Сможешь вспомнить, когда именно все стало хуже? Или это происходило постепенно?

Саша сделала несколько глотков горячего кофе, вспоминая, а потом вдруг посмотрела на него, и лицо ее при этом просветлело.

– Я тебе даже точную дату назову. У меня все же сломался замок в кулоне, как ты и предупреждал. Я его носила в ремонт, чек остался. – Саша открыла сумку, ища внутри чек. – Мне тогда как раз первый кошмар приснился, хорошо что соседи скандалом своим разбудили. До утра уже уснуть не смогла. Вот. – Она вытащила из кармашка сложенный вдвое листок. – Четвертое октября. С тех пор все и началось.

Войтех взял у нее чек, отчасти ожидая получить очередное видение, но ничего не произошло, поэтому он просто развернул бумажку, пробежался глазами по написанному, убедился, что она назвала верную дату, и вернул чек обратно.