Базилика - Уильям Монтальбано

Высоко над Атлантикой самолет снова тряхнуло, но к тому времени объем содержимого моего стакана был ниже уровня расплескивания. Организаторам предстоят большие хлопоты. Перелеты папы — настоящий подвиг авиационного планирования: если под запрет попадут даже редкие облачка, церемониться с ними не станут.

У Ватикана нет собственных самолетов, путешествие каждого папы начинается с «Алиталии», изнеженной итальянской авиакомпании. Как и его предшественники, Треди путешествовал в особом салоне первого класса с папской пломбой на переборке. Там было минимум четыре кресла, а также газеты и журналы на пяти-шести языках. На межконтинентальных рейсах, таких, как Рим — Нью-Йорк, папа путешествует в двухкомнатном номере с ванной. Он спит, когда может. Однажды Треди сообщил мне по секрету, что его личное ощущение ада — это нескончаемая адаптация к часовым поясам.

На рейсе папы обслуживание первого класса, однако без претензии на равенство. С папой вместе летели пятьдесят журналистов, включая Тилли, Марию и прочих репортеров, занимавших места в хвосте самолета.

Это была избалованная компания: специальная аккредитация, распечатанные заранее и минимум на двух языках тексты речей папы, зарезервированные номера в гостиницах, автобусы, которые будут возить их из аэропорта в гостиницы, в специальные пресс-центры, на мероприятия, организованные с участием папы, потом обратно в аэропорт. «Ватиканцы», как их называли, платили изрядные суммы за свои привилегии и могли гарантировать оплату этого рейса.

Я сидел в среднем салоне бизнес-класса вместе с членами государственного секретариата и министерства иностранных дел, представителями духовенства из команды папы, приглашенными гостями, ватиканскими пресс-атташе и полицейскими, отвечающими за безопасность. Опять мне пришлось надеть черный костюм и воротничок, но среди всех представителей духовенства мы с Диего Альтамирано были единственными, у кого не было в одежде характерных ярких пятен пурпурного или красного цвета, свидетельствовавших соответственно о сане епископа или кардинала.

По сравнению со стандартами, принятыми для поездок американского президента, обеспечение безопасности папы могло показаться смешным, однако на борту самолета находилась небольшая группа профессиональных охранников из Ватикана, в основном итальянцы, не уступавшие сотрудникам разведывательного управления ни в преданности, ни в умении. Они постоянно были рядом с папой и все свои действия согласовывали с армией нью-йоркских полицейских, отвечавших за безопасность папы после приземления.

Начальником охраны папы в этой поездке был Клаудио Руссо, хитрый бывший детектив из Венеции, который поддерживал спортивную форму, занимаясь скалолазанием в Абруццо на востоке Рима.

— Ciao, Паоло.

Руссо бросил мне желто-белый значок, благодаря которому для местных полицейских я становился членом папской группы: на протяжении его двухдневного визита мне был разрешен проход везде. Никто, кроме начальника охраны, не знал, каким будет цвет у этого значка, пока самолет не поднялся в воздух.

— Ciao, Клаудио. Что слышно?

— Полиция Нью-Йорка немного нервничает. Премьерный мандраж. Ничего особенного.

Стюардесса разговаривала холодно, с гортанным французским «р», что выдавало в ней жительницу Милана. Она бережно держала в руках знаменитую бутылку «Брунелло» и тоже нервничала. Так ведут себя все, кто в первый раз летит с папой.

Что до меня, то чувствовал я себя настолько хорошо, насколько это было возможно в моем положении, учитывая все обстоятельства. Не хочу сказать, что я чувствовал себя нормально. Мое состояние уже много лет нельзя было назвать нормальным. Но тем ясным утром, когда папа Пий XIII летел на встречу с Нью-Йорком, среди всех, кто иногда слышит голоса и кого посещают странные видения, думаю, меня можно было счесть пригодным к эксплуатации.