Интересно девки пляшут, или Введение в профессию - Александр Костенко

Большая белая яхта мерно покачивалась на волнах. Я сидела с бокалом шампанского на кожаном диване верхней палубы и наблюдала за происходящим. Ещё на подходе к месту погружения Алексей объявил всем диспозицию. Нырять вместе с Егором будут восемь бандитов. А на яхте останутся: капитан, я, ну и, конечно, Алексей.

Надев акваланг, Егор посмотрел вверх в мою сторону и ободряюще улыбнулся. Я спустилась по трапу и, крепко обняв его, поцеловала. И тут же почувствовала, как ком подкатил к горлу и из глаз сами собой брызнули слёзы. Вскоре ныряльщики один за другим исчезли с поверхности моря. Я налила себе коньяку и устроилась на диване на верхней палубе. Минут через пятнадцать с глубины трижды дёрнули трос, и капитан запустил двигатель лебёдки. Трос натянулся, и вскоре над поверхностью воды появилась металлическая плетёная корзина. Капитан переключил режим двигателя, стрела небольшого крана повернулась, и груз с глухим стуком встал на палубу. Алексей подскочил к корзине, вывалил содержимое в специально подготовленный пластиковый контейнер и дал команду капитану опустить корзину на дно. Опять загудела лебёдка, и корзина скрылась под водой. Боцман склонился над контейнером и что-то минут пять увлечённо перебирал руками, потом оглянулся на меня и махнул рукой — мол, спускайся. Я подошла к нему и ахнула. В контейнере навалом лежало не менее двух дюжин монет, отливающих на солнце тусклым золотым цветом. Рядом блестели какие-то спутанные в большие клубки массивные и совсем тоненькие золотые цепочки. Массивные золотые и платиновые перстни с красными, белыми, синими, голубыми и зелёными камнями блестели тут и там. Я подняла глаза и в упор посмотрела на бандита. По лихорадочному блеску его волчьих глаз я сразу поняла, что он уже переиграл все наши договорённости. Трос опять дёрнулся, загудела лебёдка, Алексей сразу забыл про меня и бросился к борту, нетерпеливо высматривая, как из пучины показывается вторая партия сокровищ. На этот раз, кроме монет и украшений, из корзины торчал длинный металлический предмет, сильно изъеденный ржавчиной и обросший моллюсками. Я выхватила его прямо из-под носа бандита и внимательно посмотрела на отлично сохранившуюся бронзовую рукоять. На ней прекрасно читались два слова: «Rex mundi».

Я обессилено опустилась на палубу. «Вот и всё, — подумала я, — моя миссия выполнена». Однако оставались ещё кое-какие дела. Я положила меч и пошла в кают-компанию за бокалом коньяка. Залпом осушив его, я три раза вдохнула и три раза резко выдохнула терпкий морской воздух.

— Всё, пора, — сказала я сама себе и решительно направилась на палубу.

Капитан, сильно перегнувшись через борт, освобождал зацепившийся за борт яхты край корзины, майка у него задралась, обнажив пол спины и рукоятку потёртого револьвера системы наган.

Алексей нетерпеливо прохаживался рядом, не спуская с корзины жадных глаз.

Я неторопливо подошла к капитану, выхватила у него револьвер и держа обоих бандитов на прицеле, отпрыгнула к противоположному борту.

Боцман дёрнулся было ко мне, но увидев направленный на него ствол, остановился и развёл руки в стороны. Капитан отпустил наконец корзину и, выпрямившись во весь свой огромный рост, тоже повернулся ко мне.

— Наташа, не дури, отдай пушку, — ласково произнёс Алексей и сделал шаг вперёд. С другой стороны на меня осторожно надвигался капитан.

— Стоять, — рявкнула я, и они остановились. — Алексей, медленно двумя пальцами вытащи свой ствол и брось его за борт.

— Послушай, овца, — подал голос капитан, — отдай пушку, пока по-хорошему прошу, — он опять двинулся на меня.

— Не хами, урод, а то башку снесу. Ещё шаг и я стреляю, — предупредила я и взвела курок.

— А ты стрелять-то умеешь, цыпа? — продолжал заговаривать мне зубы Алексей.

— Приходилось, так что не промахнусь.

И тут капитан бросился на меня. Я переместилась на полшага вправо и два раза нажала на спуск. Здоровяк как будто налетел на стену, остановился, удивлённо посмотрел на меня, на мгновение замер и с грохотом рухнул на палубу.

Алексей не успел воспользоваться моментом, так как не ожидал, что я начну стрелять. Я опять направила ствол на него и повторила свою просьбу насчёт пистолета. На этот раз всё было исполнено быстро и без лишних телодвижений. Как только его оружие скрылось под водой, я показала стволом пистолета на верхнюю палубу.

— Давай туда, живо и без фокусов!

Поднявшись следом, я приказала Алексею сесть на диван, так, чтобы солнце светило прямо ему в глаза, а сама расположилась напротив.

— Наташка, — опять начал Алексей, — ну зачем тебе этот матрос с рыбацкой шхуны. Давай договоримся, пока не поздно. Сейчас ведь поднимутся мои люди и тебя на куски порежут.

— Ответь мне на один вопрос: ты ведь не собирался делиться с нами? — перебила я его.

— Конечно, нет. Я что, похож на ненормального? Такое богатство должно принадлежать одному, в крайнем случае двоим, в данном конкретном случае я имею в виду нас с тобой. Нам этого золота до конца жизни хватит, ещё и нашим детям останется.

— Нашим детям? — опешила я. — А кто тебе сказал, что я собираюсь рожать от такого урода, как ты?

— Нам будет хорошо вместе, я уверен, — устало ответил Алексей.

— Так ты что, своих тоже того? На тот свет? — спросила я, пропустив его последнюю фразу мимо ушей.

— А ты не такая дура. В последний раз предлагаю. Кстати, выбор у тебя совсем небольшой. Твоего милого мои ребята, наверное, уже кончили, как им и было приказано, — бандит посмотрел на часы. — Всё, сейчас всплывать начнут. Мочить их надо на воде. Иначе всех восьмерых не сможем завалить. Вон там, в каптёрке, пулемёт Дегтярёва. Решайся!

— Какая же ты сволочь, Лёша, — от презрения голос мой задрожал. — Можешь не торопиться, никто из твоих людей уже не всплывёт, если только через несколько дней, причём вверх пузом. А знаешь почему? А потому, что ты крупно просчитался. Егор всю жизнь прослужил не на сейнере, а в морской пехоте, в подразделении боевых пловцов. Понял, падаль? А теперь пошёл к борту, — приказала я. — А то жалко такую шикарную яхту твоей поганой кровью пачкать. Пошёл, тварь!