Интересно девки пляшут, или Введение в профессию - Александр Костенко

Вдруг что-то с металлическим стуком упало и закатилось под кровать. Один из однояйцовых близнецов, так я окрестила про себя молодёжь, залез под кровать и, достав что-то, протянул чернявому.

«Чёрт!» — чуть было не вырвалось у меня. Чернявый держал в руке одну из найденных нами золотых монет.

— О, интересная вещица. Надо же, пять гиней Карла Второго 1683 года, восемь целых триста восемьдесят семь грамм чистого золота.

Каталожная цена — от 700 до 1000 зелёных, — блистал эрудицией чернявый. — Да что я вам рассказываю, вы и так всё знаете, раз, как я понимаю, вы ещё и кладоискатели. Где вы взяли эту уникальную вещь, я пока не спрашиваю, и так понятно, что подняли со дна морского. Нет, ну надо же, как она великолепно сохранилась, — бандит поднёс монету к самому носу, — ещё морем пахнет. Но об этом позже. Теперь вопрос первый: кто ты такая?

Я продолжала молчать. Необходимо было вывести их из себя, заставить нервничать и, как следствие, совершать необдуманные поступки. Чем-чем, а искусством выводить из себя людей я владела в совершенстве.

Все мои бывшие горячо и, не задумываясь ни на секунду, подтвердили бы сей факт.

— Хорошо, это я тоже узнаю позже. Тогда второй вопрос: что вы не поделили с Вороном?

— Не знаю такого, — совершенно искренне ответила я.

— Ваш друг… а кстати, где он? — вопросительно посмотрел на меня чернявый и, не дождавшись ответа, продолжил допрос. — Так вот, ваш друг, конечно, не спросил, с кем имеет дело, перед тем как размозжить кадык Ворону. А зря, никогда наперёд не знаешь, на кого нарвёшься.

«Отлично, — подумала я, — они уверены, что мясорубку устроил Егор. Эх, сколько себя помню, мужики всегда покупались на мою хрупкую фигурку. Это огромный плюс. А раз так, надо срочно менять имидж и начинать активно «сотрудничать». Только так и никак иначе».

— Если уж нельзя бедной девушке освободить руки, то можно хотя бы прикрыть меня одеялом? — перешла я к активным действиям. — Стеснясь я, и мне холодно.

— Обязательно прикроем, но чуть позже, — чернявый присел на кровать и положил руку мне на грудь. — Какая красота, даже жалко будет портить если что.

— Если что? — спросила я, прекрасно симулируя дрожащий голос.

— Жить хочешь? — спросил чернявый и, увидев, как я часто закивала головой, продолжил. — Тогда отвечай, что твой фраер не поделил вчера с Вороном?

— Они приставали ко мне.

— Глядя на тебя, честно говоря, трудно удержаться. А мочить-то всех на хрена?

— Ну не знаю, так получилось, — застенчиво пожала я голым плечиком.

— Понятно. Видно, карта так легла. Говорил я Ворону, что бабы не доведут его до добра. Да что уж теперь. Ладно, об этом с твоим фраером побеседуем. А ты мне скажи, откуда у вас монета?

— Откуда мне знать. Я с ним познакомилась только позавчера. И что у него в доме лежит, понятия не имею.

— А в море с ним зачем ныряла?

— Вот это осведомлённость! — восхитилась я. — Всю жизнь мечтала с аквалангом нырнуть, вот он и предложил научить. А что?

— Насчёт осведомлённости ты права, мы всё про всех в нашем городе знаем. Город-то невелик. Все на виду. Значит, ты ничего не знаешь?

— Нет, — опять замотала я головой.

— А зовут тебя как?

— Меня — Наташа. А вас?

— Для тебя — Алексей. Ну что же, раз ты ничего не знаешь, будем ждать твоего хахаля. Кстати, куда это он свинтил?

— Я спала, вы же видели, — опять пожала я плечиком.

— Что же он такую красивую девушку оставил без присмотра? Нехорошо, придётся его наказать. Ну что, будем дружить?

— Будем, ведь я здесь абсолютно ни при чём, — ответила я покорно, уже зная наверняка дальнейший расклад.

— Ну, раз будешь, — Алексей наконец убрал руку с моей груди. — То, может, переспишь со мной? Всё равно делать, пока твой дружок не придёт, решительно нечего.

— Как это? — сделала я испуганное лицо. — При них? — я кивнула на молодых качков.

— Ну зачем при них. Они выйдут покурить, а мы тут с тобой покувыркаемся. Не бойся, я не Ворон, больно не сделаю. Ну так как насчёт дружбы?

— Зачем же им выходить, — покраснела я, — пусть останутся. Я, честно говоря, давно хотела попробовать заняться сексом при ком-нибудь. Я развратная, да? — смущённо спросила я.

— Ну почему сразу развратная? Скорее смелая. В жизни всё нужно попробовать. Ну что ж, пусть останутся.

Его руки поползли вниз по моему телу, когда они оказались в трусиках, я покорно раздвинула ноги и, закрыв глаза, прошептала:

— Освободи мне руки.

Как и следовало ожидать, моя просьба была незамедлительно выполнена одним из молодых «бычков», во все глаза пялившихся на меня.

— Алексей, давай только не сейчас. Я так не могу, ты же не хочешь, чтобы я лежала под тобой бревном? — почувствовав, что руки у меня свободны, я открыла глаза и посмотрела на бандита.

— А когда?

— Думаю, мы с тобой найдём время, тем более раз я обещала.

— Хорошо, — с явным сожалением произнёс Алексей, продолжая впрочем пожирать меня глазами.

Я резко встала с кровати и, накинув халат, устроилась с бокалом коньяка на подлокотнике кресла, в котором развалился Алексей. Необходимо, чтобы он всегда находился в зоне моей досягаемости. План мой был прост. Я ждала возвращения Егора. Вдвоём, я не сомневалась ни минуты, мы спеленаем этих бобриков за милую душу.

Внезапно, на улице раздались выстрелы, звон битого стекла, и всё стихло. Чернявый знаком отправил всех четверых выяснить, в чём дело. Однако в дверях они столкнулись со своими, волокущими под руки Егора.

Я подскочила с кресла как ужаленная. Весь мой план летел псу под хвост. Вид у моего милого был ужасный. Ноги подгибались, всё лицо было в крови, рубаха разорвана.

Я бросилась к нему и, осторожно обняв за талию, помогла дойти до дивана. Алексей не мешал мне. Он терпеливо дождался, пока я, смочив полотенце коньяком, протёрла раны Егора. К счастью, никаких серьёзных повреждений я не обнаружила. Когда я закончила хлопотать возле своего любимого, чернявый вообще меня удивил несказанно. Он поднялся с кресла, налил полный бокал коньяка и поднёс Егору. Потом вернулся на своё место и, потерев руки, начал говорить:

— Ну, теперь, слава богу, все в сборе. Господа, мы собрались здесь по весьма прискорбному поводу. Но ввиду вновь открывшихся обстоятельств, — он посмотрел в мою сторону, — давайте забудем всё плохое и задумаемся о прекрасном будущем. Не скрою, я мог бы просто пристрелить вас, друзья мои, но как я понимаю, вы обладаете кое-какой интересной для меня информацией. Надеюсь, вы поделитесь ею с нами. Покажите место, где вы подняли со дна монету, а мы, в свою очередь, если, конечно, там ещё что-то есть, с вами поделимся. Силёнок, чтобы поднять со дна да ещё грамотно реализовать антикварное золото, у вас явно не достаточно. Поверьте, впереди вас ждёт немало опасностей и разочарований. А вместе со мной, моими связями и возможностями, всё пройдёт как по маслу. Скажем, двадцать процентов вас устроит?