Зверь - Дэвид Линн Гоулмон

Окутанная ночной тьмой пустыня оживала от шума вертолетного винта и казалась жутковато-волшебной.

— Прибытие на место крушения через четыре минуты, — сообщил Брэннон в микрофон.

Специалисты и сотрудники отдела безопасности почувствовали внезапный толчок в газотурбинных двигателях, когда черный вертолет, приблизившись к горе, стал набирать высоту. Три других «блэкхока» должны были на некоторое время зависнуть ниже уровня горной долины. Брэннон включил посадочные фонари, и груды камней, в этой части Аризоны считавшиеся горами, осветились стробоскопическими огнями.

Коллинз почувствовал знакомое волнение, которое испытывал всякий раз в зоне высадки. Освещение салона мигнуло и стало красным, позволяя членам команды привыкнуть к темноте. Менденхолл по распоряжению Джека зарядил и поставил на предохранитель М-16. Остальные сотрудники службы безопасности, следуя его примеру, тоже вставили в автоматические винтовки магазины на двадцать патронов. Лайзе и Райану выдали по девятимиллиметровому пистолету в наплечной кобуре. Райан очень удивился, узнав, что его включили в состав специальной команды. Он был летчиком и ничего не смыслил в наземных спецоперациях, тем более не знал, какими методами пользуется конкретно эта группа. Джек объяснил ему, что для нынешнего дела им потребуются люди с хорошей реакцией. Летчики морской авиации наделены этим качеством в полной мере и не боятся рисковать. Джек без сомнений взял Райана в специальную группу, а позднее намеревался поручить ему переговоры с местными жителями.

Два члена экипажа в очках ночного видения сидели за пятиствольными мини-пушками с барабанной подачей снарядов; остальные вертолеты, оставшиеся слева, были вооружены так, что могли в считаные мгновения уничтожить любую цель.

Мощный «Блэкхок UH-60» сбавил скорость, приблизился к месту крушения на расстояние в сотню футов и замер.

— Выходим, ребята. Удачи! — сказал по рации Брэннон.

Красные огни в салоне погасли.

— Соблюдаем предельную осторожность. Приземлиться стараемся не на обломки — неизвестно, чего от них ожидать, — обратился к команде Коллинз, перекрикивая свист двигателей. — Все готовы?

Четыре члена оперативной группы один за другим вскинули руки с поднятым большим пальцем и ответили во встроенные микрофоны:

— Готовы.

Коллинз открыл дверцу, впуская прохладный пустынный ветер, надел очки ночного видения и кевларовую каску, поправил экипировку с запасом патронов и водой во фляге и выбросил вниз четыре нейлоновых троса с резиновым покрытием, по два с каждой стороны дверного проема. Предстояло в кратчайшие сроки произвести боевую высадку в опасную зону.

— Пошли!

Джек схватился за веревку, вставил ее в металлическое кольцо, прикрепленное к куртке в районе живота, и оглянулся. Менденхолл проделал то же самое. Они одновременно отделились от вертолета. Секундой позднее за ними последовали Эверетт и Джексон. Брэннон, чтобы из-за потери веса летательный аппарат не изменил положения, немного сбросил мощность.

Когда до земли оставалось не более пятнадцати футов, члены спецотряда остановились и стали осматривать территорию, которую видели в очках в зеленоватом свете.

Наконец Коллинз двинулся дальше, встал на землю рядом с куском металла причудливой формы, быстро выдернул веревку из кольца и снял с предохранителя короткоствольную М-16. Менденхолл последовал примеру командира.

«Блэкхок» увеличил мощность и поднялся выше в небо. Удостоверившись, что люди благополучно высадились, Брэннон, не теряя больше ни секунды, набрал высоту и завис на расстоянии, с которого в случае необходимости можно было оказать наземной группе огневую поддержку.

Майор поправил микрофон, расположенный в дюйме ото рта. Его слышали не только все члены группы, но и начальство, оставшееся в Неваде.

— Итак, расходимся! Соблюдаем предельную осторожность!

Эверетт и младший капрал Джексон, держа оружие на уровне глаз, плечо к плечу двинулись вперед. Обломков было видимо-невидимо. Капитан, изумленно изучая все вокруг, отметил, что Коллинз наклонился над большим контейнером. Он не придал бы этому особого значения, если бы командир немедленно не подошел к другому такому же контейнеру. Задумавшись о том, что у Коллинза на уме, Эверетт едва не провалился куда-то. Помогла мгновенная реакция — он успел расставить локти. М-16 дернулась и глубоко процарапала щеку. Почувствовав, что ноги висят в пустоте, капитан спокойно произнес в микрофон: — Нужна помощь.

Бесшумно подбежал Джексон, тотчас сообразил, что произошло, взял Эверетта под мышки и вытащил его. Они вместе заглянули в яму.

— Думаете, старая шахта? — спросил Джексон.

— Нет, — ответил Эверетт, исследуя почву и песок с помощью прибора ночного видения. — Земля довольно свежая. Вырыли недавно.

Тут оба заметили, что стены глубокого отверстия поразительно гладкие, и Эверетт бросил внутрь флуоресцентный фонарь. Глубина дыры, насколько позволял определить тусклый зеленый свет, была около сорока футов. Думая о том, откуда посреди места аварии могла взяться такая яма, Эверетт и Джексон решительнее прежнего сжали оружие.

Лачуга Гаса

03.20

Гас громко храпел, что тревожило Мэхджтика и усугубляло его страдания. Однако куда серьезнее стариковского храпа и боли в ребрах малыша терзало ощущение, что за домиком наблюдают. Услышав шорох за окном, он широко распахнул глаза, натянул старое одеяло до самого подбородка и шепотом позвал:

— Гассс.

Хозяин в ответ лишь захрапел пуще прежнего.

— Гассс, — чуть громче произнес Мэхджтик.

От входной двери послышался странный шум. Гас даже не шевельнулся. Скрипнула наружная дверь с сеткой, будто кто-то проверял ее на прочность.

— Гассс!

Наконец Мэхджтик собрал все свое мужество, сполз с кровати и выглянул из-за угла. Гас продолжал спать в кресле, запрокинув голову. К великому ужасу инопланетянина, дверь с сеткой вновь скрипнула, ручка медленно повернулась и замерла. Внутрь никто не вошел, но Мэхджтику и этого было достаточно.

— Гассссссс! — заверещал он.

Старик так испугался, что съехал с кресла на пол. И тут в деревянную дверь кто-то вогнал топорик. Гас, еще не успевший сообразить, что происходит, ничего не заметил, а кроха инопланетянин бегом вернулся к кровати, взобрался на неё и попытался вскарабкаться вверх по стене, но съехал и упал на старый матрас.

По входной двери снова ударили топориком, и по дому разнесся громкий треск.

— Что, черт возьми?..

Средняя доска не выдержала. В щель просунулась длинная худая рука, пальцы с небольшими прозрачными когтями стали хватать воздух. Рассмотрев, что рука болезненно серая, что кожа на ней кажется мокрой и что сквозь нее просвечивают вены с темной кровью, Гас в ужасе замер. Не успел он опомниться, как Мэхджтик снова завопил.