Счет по головам - Дэвид Марусек

Богдан улизнул из Зеленого зала, оставив своих софамильников за фрутокашей и кофом, и спустился в «Микросекунду» за мороженым. За стенкой, на кухне, грохотал предутилизатор, в который Фрэнсис и Барри совали грязную посуду, салфетки, остатки еды. К завтрашнему утру все сегодняшние отходы будут мастифицированы, растворены, отфильтрованы и преобразованы в свежую угомассу, готовую стать новой посудой, едой и салфетками. Жизненный цикл.

Наслаждаясь десертом, Богдан проверил сообщения на новом горлофоне и обнаружил, что аппарат, не имеющий встроенных фильтров, зарегистрировал десятки тысяч звонков. Без графического вывода и без слуги Богдану пришлось бы копаться в них самому, поэтому он отправился к редактору в свою комнату, на девятый с тремя четвертями этаж.

Его верная дверь из эпоксидного клинкера, с диароновой обшивкой и титановыми засовами, была приоткрыта. Пораженный Богдан потянул ее на себя и заглянул внутрь. На его матрасе лежал мальчик — Трой Тобблер. Богдан ворвался внутрь с криком:

— Какого хрена ты тут делаешь? Трой потер глаза.

— Ты меня разбудил.

— Ты взломал мою дверь?

— Ты меня разбудил, говорят тебе.

— Да плевал я! — Богдан, обойдя лифтовый кабель, вырос над непрошеным гостем.

— Я твою дверь не взламывал. — Трой зевнул, ерзая грязными подошвами по Богдановой простыне. — Это Слизненыш сделал.

— Какой еще, мать твою, Слизненыш?

Богдана стукнули по затылку так, что он зашатался. Он обернулся, никого не увидел, повернулся назад и чуть не столкнулся с мальчишкой на голову ниже себя. Несмотря на розовые щечки и веснушчатый нос, что-то в нем мешало дать ему сдачи.

— Это ты, что ли, Слизненыш?

— Он самый. А ты, наверное… ух ты, блин! — Мальчик снова стал позади Богдана. — Чем они тебя так? Глянь-ка, Трой, только возьми тридцать второй фильтр. В жизни не видел, чтобы задница так светилась.

— Точно. — Трой встал на матрас ногами. — Он свое очко напрокат сдает.

— Прямо психолампа. Мы тебя будем звать Золотая Срань, понял? Золотая Срань.

— Был такой пиратский корабль «Золотая лань», — объяснил Трой. — В древности.

— А ну, выметайтесь из моей комнаты! — завопил Богдан.

— Так она твоя? Красота. Пошли, Слиз, скажем домоправителю Дитеру, что взломали дверь. Вот он порадуется.

Богдан усилием воли сдержал себя и не стал их просить умолчать об этом.

— Чего это ты позеленел так, золотенький? — ухмыльнулся Трой.

— Сам зеленый, а между двумя тучками солнышко светит, — подхватил Слизненыш.

— Не бойся, я про твою комнату Дитеру не скажу, — пообещал Трой. — Можешь сам это сделать. — Двое мальчишек вышли.

Богдан хотел пойти следом, но оглянулся. Он испытывал странное чувство, что в комнате произошла какая-то перемена, только вот какая?

Громадный старый электродвигатель лифта, вместе с кабельными катушками и лебедками, занимал больше половины всего помещения. Вдоль двух стен стояли электрошкафы, провода змеились повсюду. Кабельные короба служили Богдану полками, маленький верстачок — письменным столом. Все его имущество лежало в одном углу, потрепанный матрас был втиснут в другой. Небогато, зато все его. Он любил свою комнату, но сейчас… Ага, вот в чем дело. Здесь тихо.

— Они отключили лифт!

Богдан кинулся к одному из шкафов и с усилием, обеими руками, поднял рубильник. Сверкнула голубая искра, мотор заурчал, колеса завертелись, и кабель стал наматываться на барабан.

— Попробуйте только еще раз! — Богдан выскочил в коридор, но мальчишек уже не было видно — они, как ему показалось, убегали по кодьяковской лестнице. Он захлопнул дверь — надо будет срочно поменять код — и помчался за ними, проскакивая целые пролеты с акробатической ловкостью.

На четвертом этаже он пробежал мимо Китти. Она весело напевала, очень довольная, как видно, собой. Увидев его, она спросила:

— С каких это пор вы с Троем друзья? И кто этот новый сопляк?

Но Богдан и не подумал остановиться. На третьем этаже из административного офиса прямо на него вышел Джералд.

— А, вот ты где. Заходи, комиссия ждет. Богдан затормозил на полном ходу.

— Разрешительная?

— Какая ж еще.

— Я сейчас. — Богдан понесся дальше.

— У тебя всего полчаса, — крикнул вслед Джералд, — и часы тикают.

— Ничего они не тикают, — отозвался Богдан с лестницы. Все, которые он видел, точно не тикали.

На первом он заглянул в «Микросекунду». Их там не было, и он вышел на улицу. Тобблеры ставили там скамейки и стулья к вечерней купольной церемонии. Мальчишки как провалились, но домоправитель Дитер тут же подошел к Богдану.

— Добрый вечер, молодой Кодьяк. Освободите, пожалуйста, завтра утром наше машинное отделение. Мы поднимемся туда, чтобы отремонтировать лифт.

Может, Трой ему все-таки настучал.

— С лифтом все в порядке, — сказал Богдан.

— В самом деле? Он уже сорок пять минут не работает.

— Случайное отключение. Больше не повторится.

— Вы хотите сказать, что отключили наш механизм, молодой Кодьяк? — сощурился Дитер.

— Нет. То есть да, но…

— Вы нарушили договор, и без последствий это не обойдется!