24 часа - Грег Айлс

Карен стояла на кухне с трубкой в руках и, ожидая ответа, уже в который раз слушала мелодию, напоминавшую медленного Джорджа Уинстона. Темно-синяя юбка от Лиз Клэрбон, кремовая блузка, макияж, чтобы скрыть появившиеся за ночь синяки… По настоянию Хики пришлось даже волосы уложить. Похоже, он подгоняет ее под собственные представления о жене провинциального яппи. Увы, затравленный взгляд никаким кремом не замажешь!

– До сих пор на удержании? – спросил Хики. Он сидел за столом, приподняв раненую ногу.

– Грею пришлось спуститься к машине.

Грей Дейвидсон был одним из учредителей «Кляйн-Дейвидсон» – независимой брокерской фирмы, контролирующей большую часть капитала богатых районов к северу от Джексона. Карен и Уилл дружили с семьей Грея и несколько раз в год ходили к ним в гости.

– Ты что, подслушивать будешь?

Хики покачал головой.

– Просто действуй по плану.

– Карен? – раздался в трубке мужской голос. – Это Грей, прости, что заставил ждать.

– Все в порядке! Рабочий день ведь еще не начался. Муж тебе звонил?

– Да уж, звонил! Двести штук за скульптуру… Круто даже для Уилла!

– Ну это уникальный экземпляр! Нужно было с ним на конференцию ехать – тогда вместо антикварных салонов ходили бы по бутикам!

Голос Дейвидсона изменился, стал подозрительно вкрадчивым:

– Карен, ты с этим согласна?

– А что такое?

– Ну, ситуация очень необычная. Мне не нравится, что скульптура продается в такой спешке. Твой муж говорит, там чуть ли не аукцион устроили! Три дня назад нью-йоркский антиквар нашел ее на распродаже. Он думает, Уолтер Андерсон сейчас не в моде, вот и принял предложение Уилла. Утверждает, что сегодня же возвращается в Нью-Йорк, и требует наличные.

– Да уж, антиквары все такие!

– А почему нельзя просто перевести деньги на счет? Зачем наличные?

– Грей, антиквары сумасшедшие! Мешки с деньгами повсюду с собой таскают, ты что, не в курсе?

– Ну знаю только, что большинство из них голубые и все без исключения извращенцы. Нет, здесь что-то не то! Три недели назад Уиллу не понравилась ситуация на фондовом рынке, он продал акции и положил деньги в разные банки, в частности, сто пятьдесят тысяч в «Магнолию-федерал». Так что большую часть суммы мог снять в любом отделении штата, включая Билокси.

Карен запнулась, не зная, что сказать. О продаже акций она слышала впервые.

– А ты ему это объяснил?

– Да, но Уилл говорит, деньги в депозитных сертификатах, и, если обналичить раньше времени, придется платить пени. Здесь у него двести тысяч на безналоговом доверительном счете, их можно снять без всякой пени.

– Тогда все правильно.

– Да, наверное. – Дейвидсон думал, она скажет что-нибудь еще, однако Карен молчала. – Похоже, мне просто не хочется за один раз отпускать такую огромную сумму.

Пришлось засмеяться.

– Ничуть не сомневаюсь! Ладно, через полчаса приеду подписать платежку.

– Жду не дождусь. Эбби привезешь?

Карен закрыла глаза. Дейвидсон – подхалим высочайшего уровня: клиентов на руках носит, имена и дни рождения всех детей наизусть помнит, и это наглядно отражается на годовой прибыли его компании.

– Эбби сейчас с матерью Уилла в Новом Орлеане.

– Ой, ей ведь там очень нравится! Будешь звонить – привет передавай… Ладно, жду, приезжай!

– До скорого! – Карен повесила трубку.

Жалобно заскрипел стул: Хики опустил больную ногу на пол.

– О чем вы спорили в середине разговора?

– Когда?

– Ты еще спросила: "А что такое?"

– Грей хотел знать, согласна ли я с решением Уилла потратить такую большую сумму.

– А что означает: "Ты ему это объяснил?"

Рассказывать о депозитных сертификатах «Магнолии-федерал» почему-то не хотелось.

– Ему не понравилось, что антиквар требует наличные.

– Нет, ты согласилась: "Тогда все правильно". Что "правильно"?

Женщина медлила. Молниеносный рывок – и Джо схватил ее за руку.