Искупление - Дэвид Бальдаччи

– Вчера вечером она мне много чего порассказала. Может, порасскажет еще что-нибудь.

– Мне это не нравится, – нахмурилась Ланкастер.

– Да и мне тоже, – признался Декер. – Но, возможно, это наш лучший пристрелочный выстрел. Можно одновременно выяснить, кто ее партнеры. На все ее проекты должна быть документация.

– Ладно, я этим займусь, – кивнула Ланкастер. – А ты, – она ткнула пальцем в сторону Марса, – должен понимать, что это не игры и не забавы. Эти люди – убийцы.

– А как же, – согласился Марс. – Именно поэтому мы и идем по их следу.

– Ты думаешь, что много знаешь об убийцах?

– Я? Все эти годы я провел в камере смертников.

Ланкастер укоризненно посмотрела на Декера.

– Ты можешь сказать ему, чтобы он был серьезен?

– Он серьезно, Мэри.

Ланкастер, резко обернувшись, подозрительно уставилась на Марса.

– Спокойно, – сказал он. – Выяснилось, что я был невиновен. Правда, это стоило мне двадцати лет жизни и помножило на ноль все шансы, которые у меня были для игры в НФЛ.

– Надо же, – посочувствовала Ланкастер. – Полный отстой.

– О, это больше чем отстой, поверь.

– А как ты думаешь подступиться со всем этим к Кац? – заинтересовался Декер.

– Тут такое дело. Она, видимо, полагает, что сможет меня пронять и узнать подробности расследования. Она уже пыталась подлезть прошлой ночью. Я дал ей не так уж много, но кое-где все же приоткрыл. Можно внушить ей мысль, что у нее с этим получается. Спрашивается: почему бы мне не сделать то же самое с ней? – Он сделал паузу. – И вообще, можно взять ее в разработку.

– Что за разработку? – насторожилась Ланкастер.

– Пока толком не знаю. Она привлекательна, образованна, при деньгах. Но мне кажется, она одиночка. Почему она так и не вышла замуж во второй раз? И почему всегда настороже? Когда я спросил у нее насчет встречи с ее деловыми партнерами, она тут же напряглась.

– Возможно, ты и прав, – сказала Ланкастер.

– И если окажется, что можно провести рекогносцировку, я это сделаю.

– Ого, ты считаешь себя эдаким… шпионом? – улыбнулась Ланкастер.

– Ну, раз моя женщина шпион, то что мешает мне?

– Теперь ты меня точно разыгрываешь, нет?

Марс торжественно поднял правую руку:

– Чистая правда.

Он перевел взгляд на Декера, который кивнул:

– Военная разведка.

– Вот же сукин сын! – воскликнула Ланкастер. – Амос, я замечаю, ты обрастаешь совершенно новым классом друзей.

– Отсутствие роста – признак увядания, не так ли? – маслянистым взором поглядел Марс.

Декер положил ему руку на плечо.

– Шутки шутками, Мелвин, но это опасно. С головой туда ни в коем случае не лезь. Они знают, на чьей ты стороне. Все в одну минуту может пойти наперекосяк. Едва лишь что-то почувствуешь, вмиг бросай и уноси ноги.

– Ты же знаешь, Декер, быстрота всегда была моим коньком, еще со времен нашего студенческого футбола.

– Погодите, – изумилась Ланкастер, – так вы что, играли друг против друга в футбол?

– «Лонгхорнс» против «Бакайз», – сказал Марс. – И угадай, кто победил?

– Да ты, ты, – признал Декер. – И, надеюсь, снова одержишь верх. Потому что в отличие от футбольных матчей в колледже здесь я болею за тебя.

Марс улыбнулся, но, увидев взгляд Декера, взял его за плечо и с тихой настойчивостью сказал:

– Послушай, я знаю, что это не игра. Но погибли люди. Без всякой причины, только потому, что какие-то сволочи решили, что им не жить, да еще вместе с детьми. И если я сумею помочь тебе их сковырнуть, то я это сделаю.

Ланкастер с Декером переглянулись.

– Амос, ты серьезно улучшил качество твоих друзей.

– Я знаю, – ответил он. – Поэтому тем более не хочу их лишаться.