Смертельный эксперимент - Джон Локк

Дверь прошуршала, и в комнату зашла блондинка с бойкой улыбочкой. Она отодвинула в сторону занавеску, отделявшую мою кровать от остальной палаты, и автоматически произнесла заученную фразу:

– Ну и как мы себя сегодня чувствуем?

– Болтаемся между жизнью и смертью, как вошь на гребешке.

На секунду блондинка замерла, потом улыбнулась.

– А вы смешной, – сказала она.

С собою девица принесла небольшой поднос с медицинскими инструментами, на котором лежали иголки, вата, жидкость для дезинфекции и какой-то резиновый жгут. Поднос она поставила на столик рядом с раковиной, и я услышал звук надеваемых резиновых перчаток. После этого она стала тереть мне предплечье жидкостью для дезинфекции.

– Сначала вы почувствуете небольшое онемение, а потом я поставлю вам капельницу, – прощебетала она.

После Кэмптона прошло уже более трех часов, и боль в моей груди давно успокоилась. Я уже подумывал над тем, чтобы встать с кровати и плюнуть на неотложное шунтирование, о котором они все время говорили, но решил все-таки задержаться и выяснить, что же произошло с моим моторчиком. В том месте, которое терла сестра, я не заметил у себя ни одной вены, но решил, что ей виднее.

– Ой-ей-ей, – произнесла она, – промахнулась. Такое иногда случается. – Она зажала ранку ватой, чтобы остановить кровь.

Я кивнул головой, чтобы дать ей понять, что я полностью на ее стороне.

– Я поднимусь чуть выше по руке и попробую вот эту прекрасную вену прямо под вашим бицепсом.

Она была очень молоденькая. Такая молоденькая, что я почувствовал себя извращенцем уже от того, что просто прочитал ее имя на бирке, которая располагалась на очаровательной возвышенности.

Дана.

Я заставил себя оторваться от места, где располагалась бирка, и посмотреть ей в лицо в то время, когда она протирала ту вену, которая так ей глянулась.

Рот Даны слегка скривился, когда она без всякого изящества воткнула иглу в сгиб моей руки. У нее была идеальная кожа и миленькое личико, но что-то заставило ее нахмуриться.

– О боже, – сказала она.

– Что теперь?

– Кажется, эта венка ушла.

Я посмотрел на свою руку и увидел, что с веной ничего такого не случилось, просто Дана промахнулась на целый сантиметр.

– А вы крепкий парень, – проворковала она, – даже ни разу не сморгнули.

Она подмигнула мне, что, принимая во внимание ее возраст, выглядело особенно неприлично. Дана попыталась попасть иглой в третью вену – и опять промахнулась.

– Вы не обижайтесь, – сказал я, – но считайте, что с этим вы закончили навсегда.

Девушка подняла глаза, чтобы убедиться, что я не шучу.

Я не шутил.

Глаза Даны наполнились слезами и, подхватив свои иголки и испачканные кровью тампоны, она выбежала из палаты.

Прежде чем Дана успела рассказать о произошедшем остальным сестрам, в палату вошел взъерошенный молодой человек в помятом медицинском халате. Казалось, что он совершенно измучен. Дана была почти ребенком, но этот парень выглядел как ее младший брат.

– Мистер Крид, меня зовут доктор Хеджпет.

– Ваши родители знают, что вы украли этот халат?

– Давайте не будем прикалываться, – вздохнул юнец. – Я прохожу здесь резидентуру[13], и у меня есть для этого соответствующая квалификация.

– Ну конечно, – согласился я, а про себя подумал: «Я бы не доверил этому младенцу даже подключить мою игральную приставку».

Доктор Хеджпет взглянул на мою руку.

– Приношу вам свои извинения, – сказал он. – Дана у нас новичок.

– А что же случилось с ее предшественницей?

– С Мэри? Она была очень классная. Лучшая медицинская сестра, которая у меня когда-либо была. Я чуть не плакал, когда увольнял ее.

Абсурдность его замечания вызвала у меня удивление. Этот так называемый «доктор» никак не мог заниматься наймом персонала. Как по мне, так он еще не закончил среднюю школу. Но, начав этот разговор, я был вынужден его продолжать.

– Если Мэри была так хороша, то зачем было ее увольнять?

– Да пациенты все время жаловались на ее молодость.

– Ах, да. Ну конечно… – Я уставился ему в глаза. Не может быть, чтобы он говорил серьезно. Этот малыш вот-вот расколется, я это чувствовал. – Тогда почему же вы выбрали Дану?

– Она самая старшая в отделении.

– Да неужели? – спросил я, подумав: «Любая медсестра моложе Даны будет вынуждена передвигаться в детских ходунках».

– С Даной все будет в порядке, – заметил доктор Хеджпет. – Ей просто надо немного времени, чтобы научиться, понимаете?

Я решил перейти к следующему вопросу.

– Вы сами станете меня оперировать или я буду иметь честь встретиться с вашим внуком, главным хирургом?

– К чему быть таким сварливым? – поинтересовался «младенец».

– Сварливым, – повторил я за ним: это что, слово, которое он уже в школе писал без ошибок?

– Мне кажется, что шунтирование в настоящий момент будет несколько преждевременным, – начал объяснять этот сосунок. – Вы достаточно молоды, находитесь в прекрасной физической форме, ваше кровяное давление просто превосходно, ЭКГ безукоризненна, и все тесты, которые мы успели провести, ничем не намекают на классическую симптоматику сердечного приступа.

– А тогда что же произошло?

– Мы с вами проведем нагрузочный тест. Если и он окажется нормальным, то я порекомендую вам убираться отсюда со всех ног.

– Это еще почему?

– Да потому, что в больнице люди заболевают быстрее, чем где бы то ни было.

Мне определенно начинал нравиться этот доктор Хеджпет.

– Так вы считаете, что шунт мне не нужен?

– Мне кажется, нет. Скорее всего, вам нужен туалет и пара часов времени.

– Туалет?

– Вполне возможно, что у вас острая изжога, которая говорит о пищевом отравлении. Вы ели что-нибудь подозрительное за последнее время?

Я сразу же вспомнил буррито с говядиной, которое съел несколько часов назад в заведении «Лошадиная голова», и понял, что слово «говядина» не обязательно означает «мясо коровы».

– Вы не могли съесть что-то действительно отвратительное, а потом, через короткое время, заняться какой-то физической активностью?