Праздник подсолнухов - Иори Фудзивара

— Случается, гений отрезает себе ухо. Я не гений, но хотел бы подражать ему.

— Ах, ухо? Это как Ван Гог, что ли? Вот нос мне приходилось резать, помню, а ухо — нет.

Внезапно лезвие отодвинулось от моего пальца. Сонэ отстранился и пристально взглянул на меня, что-то бормоча под нос. Я перевел взгляд на Сагимуру. Без опоры пистолет немного подрагивал, но дуло по-прежнему было направлено в мою сторону. Его эта ситуация, кажется, тоже изрядно забавляла. Их с Сонэ явно объединяют общие интересы. Я посмотрел на простреленный рукав пиджака и снова взглянул на Сонэ. Его губы кривились в ухмылке. Раньше мне ни у кого не доводилось видеть такой улыбки. Он даже губы облизывал от удовольствия. В одном я готов был с ним согласиться: чем дольше живешь, тем более странным кажется этот мир. Я не знал, что в таком времяпрепровождении тоже можно находить удовольствие. Улыбка Сонэ была какой-то потусторонней, вовсе не из тех улыбок, что хочется видеть снова и снова. Сонэ опять что-то пробормотал под нос и поднялся.

Все так же с высунутым языком сделал шаг…

В этот момент окно распахнулось, и черная тень бесшумно скользнула в комнату. Сонэ обернулся и, тут же получив удар в область сонной артерии, стал медленно оседать на пол. Тонкий силуэт изящно скользнул дальше. Словно в замедленном кино, его ноги взмывали в воздух как в танце. Рука Сагимуры дернулась вверх, и пистолет со стуком упал на пол. Сагимура подался было вперед, но его опередил Хироси. Не успел я опомниться, как он уже сжимал пистолет в руке. На этот раз дуло было направлено на Сагимуру. Я успел только подняться на ноги, а вокруг уже все было кончено. Думаю, все действо заняло не более десяти секунд.

Харада даже не запыхался.

— Это был неправильный шаг с вашей стороны, господин Акияма. Вы ведь задумали отнять у него нож, верно? Такие безрассудные попытки со стороны дилетанта, как правило, заканчиваются печально.

— А вдруг у меня получилось бы?

Он улыбнулся:

— Не уверен. Дело могло окончиться трагедией. Понаблюдав за работой ваших двигательных нервов, могу сказать, что такой исход был наиболее вероятен.

— Тебе достаточно взглянуть на человека, чтобы сделать вывод о работе его двигательных нервов?!

— Но вам же достаточно взглянуть на мужчину, чтобы сделать вывод о его сексуальной ориентации?

— Вот как? Возможно, ты прав, — признал я, — и конец действительно мог бы оказаться трагичным.

Я бросил взгляд на распластавшегося на полу Сонэ. Кажется, он все еще был в отключке. Сагимура застыл с ошеломленным видом. Я снова взглянул на Хараду. Галстук с его шеи куда-то исчез.

— Значит, это твой прожженный галстук я принял за птичку за окном?

— Да. Вернее, то, что от него осталось благодаря вашим стараниям. Это окно просматривалось только с вашего места.

— Я должен тебя благодарить. Спасибо.

— Право, не стоит.

— Но почему ты влетел сюда? Почему захотел меня спасти?

— Эти люди обсуждали мою личную жизнь, мне это было крайне неприятно. К тому же мне надоели их шовинистские высказывания. Есть и еще кое-что: вы заступились за людей нетрадиционной ориентации. Редкий поступок для японца. Вот мне и захотелось защитить столь редкий, не страдающий предрассудками экземпляр.

— Чувствую себя прямо как красноногий ибис. Но ты тоже редкая пташка. Как я погляжу, ты имеешь не только нетрадиционную ориентацию, но и массу специфических талантов. Владеешь всеми боевыми искусствами.

— Это мое собственное изобретение. Смешал боевые искусства монастыря Шаолинь, тхеквондо, каратэ и другие направления, переиначив их на свой лад.

— Любишь разнообразие?

— Не привык зацикливаться на чем-то одном.

Я лишь усмехнулся. Похоже, я ничего не знаю об этом парне. Удивительно многогранная личность, не говоря уже о его ай-кью и других талантах. Я снова обвел взглядом комнату. Сагимура по-прежнему потрясенно молчал. Увидев, что в руках Хироси помимо пистолета теперь оказался еще и нож, я обратился к нему:

— Пистолет лучше отдай мне.

Он посмотрел на ствол:

— Тяжелый. На Гавайях я стрелял на экскурсии, но там был совсем другой пистолет.

— Когда я впервые взял в руки ствол тридцать восемь миллиметров, у меня было такое же ощущение.

Оставив у себя нож, он аккуратно вложил пистолет в мою ладонь. Раньше мне не приходилось держать в руках браунинг, ощущение мне понравилось. Я направил дуло на Сагимуру:

— Отвечай. Ты же слышал, что у меня двигательные нервы ни к черту. Буду целиться в какой-нибудь второстепенный орган, но промажу и попаду прямо в сердце.

Он громко сглотнул:

— Что отвечать?

— Откуда вы узнали об этом доме в Киото? И не надо заливать про фальшивые карточки. Откуда вы узнали о том, что Хироси мой родственник?

— С этого адреса на твой счет каждый месяц поступают деньги.

— Значит, это ваши люди заглянули в мою банковскую книжку?

— Да. У них с собой был портативный копир.

— А Тасиро пробил адрес через своих приятелей в дирекции банка, так?

— Так.

— Раз уж взялись делать обыск, надо было смотреть повнимательнее.

— У нас не было времени.

Так я и думал. На полу застонал Сонэ, и Хироси воскликнул:

— Скоро этот садист очухается! Надо что-то предпринять.

Харада спросил:

— У вас найдется скотч?

Хироси кивнул и вышел из комнаты. Я критически оглядел Сагимуру. Обычный мужчина средних лет, большую часть своей жизни гнувший спину за зарплату, — вряд ли он станет сопротивляться. Я поставил оружие на предохранитель и убрал в карман. На его лице отразилось облегчение. Что уж тогда говорить о Тасиро. Он явно не из тех, кто способен что-либо предпринять в одиночку.

Я перевел взгляд на Хараду:

— Ты говорил, что раньше сталкивался с Хироси. Теперь я вижу, что и он хорошо тебя помнит. Где вы познакомились?

— Семь с половиной лет назад на Акасаке он стал участником драки, повлекшей за собой смерть человека. Как вы знаете, это произошло в баре. Вы там тоже бывали.

Я недоуменно посмотрел на него:

— «Blue Heaven»? Неужели то самое казино?

Он кивнул:

— Тогда оно, конечно, называлось по-другому и представляло собой самый обычный бар. Я был там менеджером зала. Ваш шурин пришел к нам в заведение и от души «повеселился». Так мы и познакомились. Наши отношения нельзя было назвать дружескими.

Хироси тогда только что бросил университет и пустился во все тяжкие.

— То есть вы тогда находились во враждующих группировках?