Жена между нами - Грир Хендрикс

– Диетическая кола куда-то пропала, – я сделала жест в сторону пустого места у входной двери. – Ты теперь вместо нее пьешь крапивный чай?

– Мне пока не удалось заставить ее попробовать, – прозвучал мягкий звенящий голос.

Я повернулась и увидела Тару. Фотографии, которые Сэм показывала мне на телефоне, не передавали ощущения этого пышущего здоровья: белые ровные зубы, сияющая кожа, ясные глаза. Я заметила, как перекатывается под леггинсами округлая прямоугольная мышца бедра. На ней не было ни грамма косметики. Ей она была не нужна.

– Тара как-то зачитала мне, из чего состоит диетическая кола. Помнишь?

Тара засмеялась.

– Когда я дошла до бензоата калия, она уже зажимала уши руками.

Сэм подхватила:

– У меня было страшное похмелье, и меня чуть не стошнило.

Я коротко рассмеялась.

– Ты ее литрами глотала. Помнишь, как мы все время сбивали себе пальцы о коробку?

– Я заставила ее начать пить воду, – Тара подняла мокрые волосы и завязала в узел на затылке. – Я туда добавляю петрушку. Она гасит естественное воспаление в организме.

– Так вот почему у тебя такие красивые руки, – сказала я Сэм.

– Тебе стоит попробовать, – сказала она.

«Потому что я раздулась?»

Я быстро допила вино.

– Готова? У нас столик заказан…

Сэм сполоснула наши стаканы в раковине и поставила их на сушилку, которой у нас не было, когда я тут жила.

– Пошли.

Она повернулась к Таре.

– Напиши мне, если потом захочешь пойти с нами выпить.

– Да, было бы здорово, – добавила я.

Но я не хотела, чтобы Тара пошла с нами, чтобы она болтала про свою воду с петрушкой и смеялась с Сэм.

Мы доехали до ресторана на такси. Внутри я назвала метрдотелю свое имя, и по толстому мягкому ковру мы прошли в зал, где почти не было свободных столиков – это место получило очень хороший отзыв в «Таймс». Я потому его и выбрала.

– Неплохо, – сказала Сэм, когда официант отодвинул для нее стул. – Наверное, ты была права, что не переоделась в джеггинсы.

Я посмеялась, но, оглядевшись вокруг, поняла, что этот ресторан – с винной картой на десяти страницах в толстой кожаной обложке и салфетками, замысловато сложенными на тарелках, – был из тех, куда меня мог бы повести Ричард. Совершенно не в духе Сэм. Я внезапно пожалела, что мы не остались сидеть у нее на кровати, не заказали спринг-роллы и курицу по-сычуаньски, как раньше.

– Бери все, что захочешь, – сказала я Сэм, когда мы открыли меню. – Помни, что плачу я. Не хочешь выпить пополам бутылку белого бургундского?

– Да, наверное. Давай.

Я исполнила ритуал дегустации вина, после чего мы решили для начала взять на двоих тарт по-деревенски с козьим сыром и помидорами и салат с крессом и грейпфрутом. В качестве основного блюда я взяла филе миньон – средняя прожарка, соус отдельно, а Сэм остановилась на филе лосося.

К нашему столу подошел официант с корзиной, в которой был изящно разложен хлеб, и предложил четыре вида на выбор. Официант рассказал о каждом из них, и в животе у меня заурчало. Запах теплого хлеба всегда отнимал у меня волю, как криптонит у Супермена.

– Мне не надо хлеба, спасибо, – сказала я.

– Я съем вместо нее. Будьте добры розмариновую фокаччу и булочку со злаками?

– Тара ест хлеб?

Она окунула кусочек хлеба в оливковое масло.

– Конечно, ест. Почему ты спрашиваешь?

Я пожала плечами.

– Она как будто следит за здоровьем.

– Следит, но она не фанатичка. Она пьет и даже иногда траву курит. В последний раз мы накурились и пошли кататься на карусели в Центральном парке.

– Ты что, теперь куришь траву?

– Да так, раз в месяц, ничего особенного, – Сэм поднесла кусок хлеба ко рту, и я снова заметила, как у нее обозначился бицепс.

Мы немного помолчали, пока нам не принесли салат и тарт, и мы взяли себе по кусочку.

– Ну так что, ты еще встречаешься с тем парнем – графическим дизайнером? – спросила я.

– Не-а. Но завтра у меня свидание вслепую с братом одного из клиентов Тары.

– Да? – я взяла в рот вилку салата. – Что ты про него знаешь?

– Его зовут Том. Мы отлично поговорили по телефону. У него свой бизнес…

Я пыталась изобразить воодушевление, пока Сэм рассказывала про Тома, но знала, что к моменту нашей следующей встречи Том уже превратится в слабое воспоминание.

Сэм взяла ложку и положила себе еще немного тарта.

– Ты что-то совсем не ешь.

– Я просто не голодная.

Сэм посмотрела мне прямо в глаза.

– Так почему мы пошли именно сюда?

Я всегда любила ее за прямоту и одновременно ненавидела.

– Я просто хотела сделать для тебя что-нибудь приятное, – беспечно сказала я.

Ложка Сэм зазвенела, когда она уронила ее к себе на тарелку.

– Мне не нужна благотворительность. Я в состоянии заплатить за свой собственный ужин.

– Ты же знаешь, что я не это имела в виду, – я засмеялась, но впервые нам стало трудно поддерживать непринужденный разговор.

К нам подошел официант и заново наполнил бокалы. Я с благодарностью выпила еще. У меня завибрировал телефон. Я достала его из сумочки и прочитала сообщение от Ричарда: «Что делаешь, дорогая?»

«Ужинаю с Сэм, – ответила я. – Мы в «Пика». А ты что делаешь?»

«Едем с клиентами играть в гольф. Домой поедешь на такси? Не забудь включить сигнализацию, когда пойдешь спать».

«Не забуду. Люблю тебя!»

Я не сказала ему, что хочу переночевать в городе. Я даже не знала почему. Наверное, боялась, что Ричард заподозрит, что я собираюсь допоздна пить, как делала до встречи с ним.

– Извини, – я положила телефон на стол, но опустила его экраном вниз. – Это был Ричард… Хотел убедиться, что я нормально доберусь до дома.

– До нью-йоркской квартиры?

Я покачала головой.

– Я не сказала ему, что собираюсь ночевать здесь… Он в Гонконге, так что… просто не подумала, что это важная информация.

Я увидела, что Сэм отметила это, но никак не прокомментировала.

– Так вот! – я сама слышала нотки фальшивой веселости в своем голосе.

К счастью, в этот момент появился официант, чтобы убрать тарелки с закусками и поставить перед нами основные блюда.

– Как дела у Ричарда? Расскажи про вас.

– Ну… он часто ездит в командировки, как ты могла заметить.