Тайны не умирают - Мелинда Ли

– Спасибо, – отозвался Эван. В груди у него защемило от отчаяния и тоски. – Он ведь мне и правда очень нравился, – сказал он, и голос предательски дрогнул.

Выражение лица Райли заметно смягчилось.

– Знаю. Одного только не пойму – почему они валят вину на тебя.

– Потому что настоящий убийца – коп. Детектив. У него и жетон на поясе висел.

– Черт. Тогда понятно, почему ты так боишься, что тебя найдут, – сказала она и, достав телефон, проверила часы. – Мне домой пора. Брат сейчас очень строго следит, чтобы я соблюдала комендантский час, потому что кто-то из соседей продолжает звонить в службу опеки, хотя мы ничего плохого не сделали, – поведала она и потянулась к ручке двери. – Но у меня в багажнике есть сумка, которую брат собрал для меня на всякий случай. Посмотрим, что в ней лежит.

Эван закрыл глаза. Уже от одного разговора с Райли ему стало гораздо легче. Подумать только, нашелся человек, который ему поверил! Который встал на его сторону! Человек, которому можно доверять.

Райли вышла из машины, обошла ее и влезла в багажник. Минуту спустя она вернулась с черной тканевой сумкой. Она села на водительское кресло, а сумку передала Эвану.

– Держи. Тут несколько бутылок воды, пара протеиновых батончиков и термоодеяло. Главное – продержись эту ночь, а завтра вечером я еще что-нибудь привезу. Если я тайком сбегу из дома ночью, брат заподозрит неладное. Я приду, пока он будет на работе.

– Спасибо. Знал, что на тебя можно рассчитывать.

– На моем месте ты бы поступил точно так же.

Эван кивнул.

Райли выглянула на парковку.

– Черт. Там коп. И не в полицейской машине – а в обычной. Это странно.

Эван вытянул шею и украдкой выглянул из-за сиденья. У въезда на парковку остановился темный седан. Очень похожую машину он видел в ночь убийства Пола. Возможно, она принадлежит убийце. От страха у него перехватило дыхание.

– Мне надо спрятаться.

Райли озадаченно нахмурилась, опершись на руль.

– Почему он сидит на месте и ничего не делает? Почему не прогоняет ребят с пляжа?

– Потому что он меня ищет, – ответил Эван, часто и нервно дыша. – Но я ему просто так не дамся.

– А где ты спрячешься?

– В ущелье по другую сторону от водопада есть пещера. Сверху ее не видно. Там я и спрячусь. Если выйдешь на смотровую площадку и громко свистнешь, я тебя наверняка услышу.

– Договорились, – ответила Райли, не сводя глаз с парковки. – Погоди. Из машины вышел мужчина в костюме. Я дам тебе знать, когда он отвернется, – пообещала она и сняла с лампочки пластиковый колпачок, а потом отвинтила ее саму. – Ребята разбегаются.

Эван улегся на сиденье, подобрав под себя ноги, чтобы его не было видно.

– Беги! – скомандовала Райли.

Он пулей выскочил из машины, прихватив с собой тканевую сумку. Всплеск адреналина взбодрил его, и он проворно запетлял между рядами машин. Подростки на пляже бросились врассыпную. А Эван побежал в другую сторону – к лесу. Нырнув в заросли, он спрятался за высокой сосной и осторожно выглянул из-за нее. Полицейский увлеченно опрашивал подростков.

Эван напряг зрение, чтобы рассмотреть его получше. Неужели это и есть убийца Пола? Их разделяло слишком большое расстояние, да и темно было, так что наверняка сказать он не мог. Приближаться было очень страшно, особенно теперь, когда Эвану, казалось, удалось незаметно уйти от незнакомца.

Он отвернулся и продолжил путь к водопаду. Добравшись до воды, которую нужно было перейти, он взвалил сумку на здоровое плечо и начал осторожно переступать с камня на камень, опасливо трогая его стопой, прежде чем перенести вес. Когда он стоял на третьем камне, его захлестнула волна. Он оступился и едва не потерял равновесие, но вовремя вскинул руки, чтобы не упасть. От боли перед глазами все побелело. Эван упал на колено, ударившись о валун.

Он судорожно задышал, дожидаясь, пока боль хоть немного стихнет. Рядом с камнем, на котором он стоял, шумно бурлил водоворот, и он поблагодарил Бога, что не угодил в него.

Остаток пути Эван преодолел без приключений. Когда же он наконец добрался до укромной пещеры, то залез в самую глубь и улегся, свернувшись калачиком. Эван смежил веки. На него нахлынул непроглядный мрак, а в голове пронеслась лишь одна мысль: дожить бы до утра.