Чистая правда - Дэвид Бальдаччи

Следуя указаниям Джона, Сара доехала до района, где жил его отец, на окраине Ричмонда, и свернула на усыпанную гравием подъездную дорожку. Трава кое-где стала коричневой после очередного жаркого и влажного ричмондского лета, но пышные клумбы перед домом выглядели ухоженными и явно не знали недостатка в воде.

– Ты вырос в этом доме?

– Другого у моих родителей никогда не было, – Фиске огляделся по сторонам и покачал головой. – Я не вижу машины отца.

– Может, она в гараже.

– Там нет места. Он работал механиком сорок лет и накопил кучу разного хлама. Он ставит машину на подъездной дорожке. – Джон взглянул на часы. – Интересно, где отец может быть?

Он выбрался из машины, и Сара вслед за ним.

Джон посмотрел на нее через крышу.

– Ты можешь остаться здесь, если хочешь.

– Я пойду с тобой, – быстро ответила она.

Фиске отпер входную дверь, и они вошли в дом. Джон включил свет. Миновав маленькую гостиную, они оказались в прилегающей к ней столовой, и Сара увидела коллекцию фотографий, стоявших на столе. На одной был изображен Джон Фиске в футбольной форме, на лице следы крови, на коленях пятна травы, потный и очень сексуальный. Через секунду она поняла, что ведет себя неприлично и, почувствовав вину, отвернулась и принялась рассматривать другие снимки.

– Похоже, вы с Майклом активно занимались спортом.

– Майкл был настоящим спортсменом в нашей семье. Все рекорды, которые я устанавливал, он побивал. Причем легко.

– Я смотрю, у вас была спортивная семья.

– А еще он был отличником в своем классе, со средним баллом существенно выше четырех и практически высшим на экзаменах на выявление академических способностей и при поступлении на юридический факультет.

– Твои слова звучат так, будто ты им гордился.

– Им многие гордились, – сказал Джон.

– А ты?

– Кое-что в нем вызывало мою гордость, но не всё.

Сара взяла со стола фотографию.

– Ваши родители?

– Тридцатая годовщина их свадьбы, до того как мама заболела.

– Они выглядят счастливыми.

– Они и были счастливы, – быстро сказал Джон. Ему стало не по себе от того, что она видит эти напоминания о его прошлом. – Подожди здесь.

Он отправился в заднюю комнату, которая когда-то была их с Майком спальней, а теперь превратилась в маленький кабинет, и включил автоответчик. Отец не прослушал его сообщения. Джон уже собирался выйти из комнаты, когда его взгляд упал на бейсбольную перчатку, лежавшую на полке, и он взял ее в руки. Когда-то она принадлежала его брату. Резинка кармашка порвалась, но кожа была тщательно смазана маслом – разумеется, отцом. Майк был левшой, но они не могли позволить себе купить для него специальную перчатку, поэтому Майк научился ловить мяч, снимать перчатку и делать бросок. Причем с такой скоростью, что бросок у него получался даже лучше, чем у правшей. Джон помнил его быстрые, ловкие движения и мелькание рук и подумал, что для его брата не существовало никаких препятствий. Он положил перчатку на место и вернулся к Саре.

– Он не прослушал мои сообщения.

– Есть какие-то идеи, куда он мог уехать?

Джон задумался на мгновение и щелкнул пальцами.

– Папа обычно говорит миссис Герман.

Пока его не было, Сара снова оглядела комнату и увидела маленькое письмо в рамке на деревянной подставке, вокруг которого была обернута лента с медалью. Она взяла ее в руки и прочитала письмо. Медаль за отвагу, выдана патрульному Джону Фиске, о чем и говорилось в письме. Быстро подсчитав в уме, девушка пришла к выводу, что Джон получил медаль незадолго до того, как ушел со службы в полиции. Она так и не знала, почему он принял такое решение, а Майкл не рассказывал. Услышав, что открылась задняя дверь, Сара быстро вернула на место медаль и письмо.

– Отец в трейлере, – сказал Джон, войдя в комнату.

– В каком трейлере?

– У реки. Он ездит туда рыбачить. На лодке.

– А ты можешь ему позвонить?

Джон покачал головой.

– Там нет телефона.

– Ладно, тогда поехали. Где это находится?

– Ты уже сделала сегодня гораздо больше, чем того требует долг.

– Мне не сложно, Джон.

– Туда добираться полтора часа.

– Ну, эта ночь уже все равно вышла за рамки обычной.

– Ты не против, если я поведу? Дорога туда не самая лучшая и проходит в стороне от шоссе.

Сара бросила ему ключи.

– Я уже начала бояться, ты не попросишь, – сказала она.