Ясновидящая - Нора Робертс

– Хотела бы я, чтобы он остепенился и нашел женщину, с которой смог бы создать свой собственный дом.

– Э…

– Тебе незачем смущаться, милая. Он взрослый мужчина, а ты красивая женщина. Почему бы вам и не встречаться. Я знаю, что мой мальчик живет сексуальной жизнью.

«О, с этим у него все в порядке», – подумала Фэйф, а вслух сказала:

– Но вы предпочитаете, чтобы он жил сексуальной жизнью не со мной?

– Ничего подобного я не говорила.

Бутс выбрала еще печенье и протянула его Фэйф.

– Нас здесь никто не слышит, Фэйф, и мы обе женщины. А это значит, что нам известно, как заставить мужчину делать то, что нам нужно. В тебе есть что-то дикое, неуемное. Я ничего не имею против. Возможно, я хотела бы видеть другую женщину рядом с моим Уэйдом, но он выбрал тебя. А я люблю его и хочу, чтобы его желания исполнялись. Он же хочет тебя.

– Но у нас совсем иные отношения, миссис Муни.

Официальное обращение позабавило Бутс. Это значило, что Фэйф немного испугалась.

– Неужели? Но ты все время к нему захаживаешь, не так ли? Ты когда-нибудь задавала себе вопрос, почему? Нет? – И она помахала наманикюренным пальчиком перед носом Фэйф. – Так ты, может быть, задумаешься над этим. Хочу, чтобы ты знала: ты мне нравишься и всегда нравилась. Это тебя удивляет?

Это ее изумляло.

– Пожалуй…

– Напрасно. Ты умная и ловкая женщина и живешь не такой уж легкой жизнью, как может показаться. Ты мне очень нравишься, Фэйф, но, если ты опять заставишь моего Уэйда страдать, мне придется сломать твою прелестную шейку.

– Что ж, – Фэйф откусила печенье и прищурилась, – это проясняет ситуацию.

Внезапно лицо Бутс снова смягчилось, губы сложились в улыбку, взгляд стал мечтательным, как всегда. Она засмеялась и, к еще большему смущению Фэйф, заключила ее в объятия и поцеловала.

– Ты мне очень нравишься. – И Бутс большим пальцем стерла след губной помады со щеки Фэйф. – А теперь сядь, доешь печенье и успокойся. Я уже успокоилась и чувствую себя замечательно. Пойду и куплю еще чего-нибудь. Покупать очень приятно, правда? – И с этими словами Бутс удалилась.

Фэйф послушно опустилась на стул доедать печенье.

Тори все время была занята с покупателями, но заметила, как вышла из кладовки Фэйф и как прибыл в магазин Кейд, сопровождающий тетушку Рози.

Не узнать Рози Сайкс Ларю Декейтор Смит было невозможно. В шестьдесят четыре года эта женщина так же поражала воображение, как на своем первом балу, когда она шокировала общество, появившись на теннисном корте клуба босоногая и выделывая акробатические номера. В семнадцать лет она вышла замуж за Генри Ларю – тех Ларю, что жили в Саванне, – и в том же году он погиб в Корее. Шесть месяцев она горевала, а затем стала играть роль веселой вдовы и завела страстный роман с бунтарем-актером, по слухам, коммунистом. Несмотря на эти слухи, она вышла за него двадцати лет. И она, и ее актер исповедовали кредо свободной любви и предавались, опять же по слухам, настоящим оргиям в своем имении на Джекил-Айленд. После бурных девятнадцати лет брака она его похоронила: он выпал из окна третьего этажа после свидания с бутылкой бренди и двадцатитрехлетней фотомоделью.

Некоторые подозревали, что дело нечисто, однако доказательств не было.

В зрелом возрасте, пятидесяти восьми лет, Рози вышла за давнего поклонника, больше из чувства жалости, чем по любви. Через два года его разорвал и частично сожрал лев, так как они проводили свой второй медовый месяц в Африке. То, что Рози похоронила трех мужей и пережила неведомое число любовников, не повлияло на ее кураж и стиль жизни. Она носила парик, во всяком случае, Тори так показалось, и была сейчас платиновой блондинкой, одетой в длинное бело-красное полосатое платье. На ней сверкало столько украшений, что женщина поменьше ростом просто бы в них утонула.

Среди дешевых бус Тори уловила блеск настоящих бриллиантов.

– Какая прелесть! – воскликнула она и потерла ручки. – Не мешай мне, мальчик. Я в покупательном настроении.

Она ринулась к бечевке, на которой висели «поющие» трубочки из тонкого стекла, и стала снимать их.

Разрываясь между удивлением и тревогой, Тори поспешила к Рози.

– Могу я вам помочь?

– Мне нужно шесть таких. Самых красивых. – И Рози небрежно, так что трубочки зазвенели, схватила еще несколько штук.

Сердце у Тори почти остановилось.

– Но давайте я все их выставлю на прилавок.

Глаза Рози, отягощенные фальшивыми ресницами, наконец впились в лицо Тори.

– Ты та девчонка, которая играла с малышкой Хоуп?

– Да, мэм.

– В тебе было что-то такое, насколько я помню. Однажды в Румынии цыганка мне нагадала, что у меня будет четыре мужа. Но пусть я буду проклята, если захочу пятого. – Рози протянула Тори унизанную кольцами руку. – А ты что скажешь?

Тори развеселилась.

– Но я не гадаю по рукам.

– Тогда погадай на кофейной гуще или еще на чем-нибудь таком же. Один из моих любовников, молодой бостонец, утверждал, что в прошлой жизни он был лордом Байроном. Трудно вообразить янки, который бы утверждал такое, правда? Кейд, иди сюда и подержи эти стеклянные штуки. К чему иметь мужчину рядом, если нельзя использовать его как вьючного мула, – и она подмигнула Тори.

– Не знаю. Может быть, хотите чаю со льдом, мисс Рози? И печенье?

– Сначала мне надо нагулять аппетит. А это что за чертовщина? – Она взяла в руки деревянную лакированную подставку с отверстием в центре.

– Это поставец для вина.

– Ну и ну! Что за глупость такая! Не понимаю, к чему отстаивать в поставцах хорошее вино? Заверни мне парочку. Люси Тэлбот, – громко окликнула она одну из женщин, – ты чего там покупаешь? – И в одно мгновение красно-белой ракетой она пронеслась в другой конец зала.

– С тетей Рози никогда нет сладу, – улыбнулся Кейд. – Как идут дела в первый день?

– Очень хорошо. Спасибо за цветы. Они прекрасны.

– Рад, что тебе понравились. Надеюсь, ты пообедаешь сегодня со мной? Отпразднуем открытие магазина?

– Я… – Тори только что отговорилась от приглашения, пообещав, что придет к нему завтра, на воскресный семейный обед. «Я же устану сегодня до беспамятства», – напомнила себе Тори, а вслух сказала: – С удовольствием.

– Тогда я заеду за тобой в семь тридцать. Хорошо?

– Да, замечательно. Кейд, твоей тетушке действительно нужны все эти вещи? Не понимаю, к чему они ей?

– Они ей понравились. А потом она забудет, где их купила, и сочинит историю, что нашла их в маленькой лавчонке в Бейруте. Или скажет, что украла их у своего любовника, графа из Бретани, когда бросила его. А затем отдаст их почтальону или первому же члену секты «Свидетели Иеговы», который постучится к ней в дверь.