Взгляд Медузы - Торкиль Дамхауг

В час дня во вторник следственная бригада собралась в помещении для совещаний. Группу усилили еще четырьмя оперативниками. Присутствовали начальница сектора Агнес Паянен и старший полицейский юрист Ярле Фрёэн, который формально, хотя на деле никоим образом, руководил ходом расследования. Помещение было разделено раздвижными перегородками, и в той части, где сидели они, не было окон. Воздух уже стал спертым и тяжелым.

Инспектор Викен сообщил о том, что удалось выяснить:

— Результатов анализа ДНК мы сегодня не получим, но мы можем исходить из того, что убитая — это Анита Эльвестранн, тридцати шести лет, которая была объявлена в розыск как исчезнувшая из своей квартиры во второй половине дня воскресенья по заявлению соседки, живущей этажом выше. Та же самая соседка с уверенностью опознала личность убитой.

— А с родными что? — спросила Паянен.

Викен кивнул Арве Нурбакку.

— Родителей нет в живых, — сообщил младший инспектор. — У нее есть сестра, проживающая в Испании, и брат, который работает на нефтепромысле «Гюлльфакс». Они оповещены, но никто из них не сможет приехать сюда в ближайшие дни.

Викен снова взял слово:

— Соседку, кстати, зовут Мириам Гайзаускас, она гражданка Литвы, а в Осло изучает медицину. Мы к ней еще вернемся. А сначала давайте-ка посмотрим на фото, которые нам переслали из Института судебно-медицинской экспертизы. — Он вывел изображение на экран компьютера. — Йенсен и я там были и видели этот кошмар. Так что предупреждаю, впечатления вас ожидают сильные… Но у вас имеется существенное преимущество: фотографии не пахнут.

Сигге Хельгарссон, казалось, собрался уже прокомментировать это замечание, но отшатнулся и промолчал.

Викен растянул фото во весь экран.

— Как собравшиеся сразу же смогут заметить, жертве нанесены характерные повреждения — на лице, затылке и по всей спине.

Щелкая мышью, он продемонстрировал серию снимков изуродованного тела.

— Как вы также можете видеть, эти повреждения схожи с теми, которые мы видели на двух других жертвах убийств в последнее время. А вот здесь то, что осталось от нижней части тела. Обе ноги отделены, прямо под бедренным суставом.

— Жуть какая! — вырвалось у Хельгарссона.

— Именно, Сигге, — бросил Викен, — я именно это и хотел сказать.

Он показал увеличенное фото одной культи.

— Похоже разве на ногу, от которой часть откушена животным?

— Вроде бы она отпилена, — предположил Нурбакк.

— То же самое говорит и доктор Плотерюд. Таким образом, мы имеем дело с преступником, который с каждым разом все сильнее калечит свои жертвы. Это известный феномен в такого рода преступлениях.

Викен показал фото руки, приблизил изображение. Стала видна татуировка — обнаженный мускулистый мужчина.

— Именно эту татуировку узнала соседка.

Он еще увеличил разрешение.

— А это вот что? — спросил он, показывая на четыре крохотные точечки у самого плеча.

Всем стало видно небольшое вздутие под каждой из точек.

— След от укола, — уверенно заявил Нурбакк.

— Вне всяких сомнений. Что вы об этом думаете?

— Она баловалась с наркотиками, — предположил один из новеньких, молодой прыщавый парень.

Его прислали на подмогу из районного отделения Майурстюа, непохоже было, чтобы такой молокосос мог сдвинуть расследование с мертвой точки. Когда Викен просил выделить им ресурсы, то надеялся, что его группу пополнят опытными специалистами, а не зелеными юнцами, которым не нашлось применения в районе. И вот теперь инспектор стоял, усмехаясь, и походил на учителя, который собирается осадить сплоховавшего ученика.