Земля будет вам прахом - Майкл Маршалл Смит

Он выключил двигатель, снова повернул ключ. Машина завелась.

Мы переглянулись.

— Уф, — снова сказал он.

Я дождался, пока он вынесет окончательный приговор — заявит, что машина Мелани в порядке, не примет платы и уедет. Тогда я подошел к своей машине, отпер дверь, сел за руль. Вставил ключ и повернул. Машина завелась.

— Уф, — сказал я.

Это началось за триста или четыреста ярдов до поворота. Поначалу я не придал этому особого значения, только подумал, что компания, убирающая эту часть горного шоссе, получает денежки незаслуженно. Но когда вместо клочков бумаги здесь и там стали появляться предметы одежды, я понял, что случилось что-то необычное. Может, с верхнего багажника свалился чемодан и его содержимое вывалилось на дорогу, а водитель даже не заметил?

Потом я увидел темно-бордовое пятно и остановился.

Двигатель я выключать не стал — перешел на другую сторону дороги к тому, что бросилось мне в глаза: оно зацепилось за ветку алеющего кизилового дерева. Я понял, что это, еще прежде, чем снял с ветки, — я видел его два дня назад. Свитер оказался мокрый после ночного дождя. От него исходил странный аромат, перебивавший неприятный запах мокрой шерсти. Сладковатый. По склону, уходящему к ручейку, были разбросаны и другие предметы одежды — висели на ветках деревьев.

Я поехал дальше и увидел еще много вещей, включая два небольших чемодана, но теперь я уже не считал, что они упали с багажника. Никто не стал бы упаковывать в чемодан небольшой деревянный столик, и тем не менее он лежал на обочине вместе с осколками каких-то безделушек и обрывками свадебной фотографии.

Я припарковался у ворот и сильно надавил на звонок. Вскоре ворота открылись. Наверное, следовало удивиться, почему никто не препятствует мне, но я был зол и ни о чем не подумал.

На пороге большого дома стояла Брук Робертсон. На ней был тот же черный костюм, и брючины шумно бились на ветру.

— Доброе утро, мистер Хендерсон, — сказала она. — Какая приятная неожиданность.

— Возможно, не такая уж приятная.

— Как интересно.

На газоне валялись вещи, среди них блуза, которая была на Эллен в нашу первую встречу в «Горном виде». Дверь ее дома оказалась раскрытой нараспашку.

Я повернулся к женщине передо мной:

— Что вы творите, черт побери?

— Понятия не имею, о чем вы.

— Неужели?

Она улыбнулась:

— У вас усталый вид. Плохо спали? Лично я считаю, что лучшее средство против этого — сексуальная разрядка умеренной разнузданности. Вам, безусловно, знаком этот метод.

— Отсутствие ночных звонков в номер тоже может пойти на пользу.

— Слушайте, я…

— …понятия не имею, о чем вы говорите. Это я уже слышал. У вас вообще проблемы с тем, чтобы понять, что говорят другие люди.

— Ну, по большей части я и не слушаю. Люди так редко говорят что-то заслуживающее внимания. Особенно мужчины вашего типа. Я бы сказала, ваша сильная сторона — действия.

Мне не понравилась ее интонация, и я шагнул к ней, понимая, что могу сорваться.

— Как насчет того, чтобы на сей раз выслушать, Брук, и…

Я услышал свое имя и увидел, что Брук спокойно смотрит поверх моего плеча в направлении дома Эллен. Я повернулся и заметил Кори Робертсона, который шел к нам через газон. Рядом с ним вышагивал шериф Пирс, держа в руке светло-голубую рубашку.

— Вы слишком близко подошли к ней, — сказал шериф, когда они поравнялись с нами. — Не хочу думать, что вы учиняете что-то противоправное. В особенности после нашего вчерашнего разговора.

— Что вы тут делаете?

— Свою работу.

— Вас вызвала Эллен?

Он недоуменно посмотрел на меня:

— Да нет. Конечно же нет.

— Здесь вчера произошло нечто странное, — сказал Кори. — Шериф приехал, чтобы расследовать обстоятельства.

— Странное? Ну да. Вы залезли в дом Эллен и повытаскивали ее вещи. Разбросали их на дороге. Зачем? Неужели вы думаете, она этого заслуживает?

— Все было не так, — возразил Кори.

Я повернулся к Пирсу:

— И вы допустите, чтобы это сошло им с рук?

— Я думаю, вы не так поняли, — сказал он. — Не все из того, что вы видите, принадлежит Эллен.

Он продемонстрировал мужскую рубашку в полоску.

— Я не обязан перед вами отчитываться, — добавил Кори, забирая рубашку у полицейского, — но мы с сестрой прошлую ночь провели с друзьями в Якиме. Когда мы вернулись утром, двери обоих домов были открыты и…

Он показал на газон рукой.

— Ерунда, — отрезал я.

Эти трое смотрели на меня, как два родителя и учитель на провинившегося подростка, только не могли решить, кому меня выбранить.

— И кто мог это сделать? — спросил я. — Эллен? Телепатически из больницы?

— Вовсе не обязательно телепатически, — сказала Брук.

Я затылком ощущал ее улыбку, но не доставил ей удовольствия — не повернулся.

— Эллен уже не в больнице, — объяснил Пирс. — Она выписалась вчера вечером. И никто не знает, где она теперь.

— Если только… вы не знаете, — пробормотала Брук.

Я уставился на Пирса.

— Дверь ее дома открыта ключом, — сказал он. — А дверь дома Кори и Брук взломана.

— Такая уловка пришла бы в голову и восьмилетнему мальчишке! — возмутился я. — А с учетом того, что произошло здесь, не лучше ли заняться поиском Эллен Робертсон?

Шериф словно не услышал меня.

— Я заведу дело, — пообещал он Кори. — Станет известно что-нибудь еще — звоните.

Кори кивнул. Он был такой спокойный, великодушный в своей готовности прощать неблаговидные поступки других людей, что у меня возникло желание треснуть его по физиономии.

Шериф явно почувствовал это.

— У мистера Хендерсона здесь какие-то дела?

— Мне о них неизвестно, — сказал Кори.

— Может, прогуляетесь со мной до ворот? — предложил Пирс, осторожно беря меня под локоток.

— Да, — добавила Брук. — Уезжайте-ка. Нам нужно привести дом в порядок.

Я отстранился от полицейского и пошел. Когда мы оказались у дороги, я увидел, что полицейская машина уже ждет шерифа — за баранкой сидел Грин.

Ворота за нами закрылись. Мы с Пирсом не произнесли ни слова, но прежде чем сесть в машину, он повернулся ко мне.

— Надеюсь, у нас с вами не будет проблем?

— Это зависит от того, начнете ли вы выполнять свои обязанности.

Он посмотрел на дорогу: