Изгнанник - Аллан Фолсом

Международный терминал имени Тома Бредли, кафетерий «Старбакс», 20.44

До взлета оставался один час и одна минута. Реймонд посмотрел на циферблат настенных часов, расплатился с кассиршей и, забрав со стойки стаканчик кофе и круассан, направился к маленькому столику. Устроившись за ним, он обвел взглядом немногочисленных посетителей кафетерия, сделал глоток кофе и откусил кусочек круассана. Он ел не потому, что был голоден, а из-за того, что с момента ареста у него не было во рту и маковой росинки и подкрепиться было необходимо. И он должен был постоянно видеть перед собой часы. Время сейчас решало все.

Реймонд понимал: через арку металлодетектора с пистолетами ему не пройти, значит, от них необходимо избавиться. Но он сделает это в самый последний момент — лишь только после того, как будет объявлена и начнется посадка. Тогда он выбросит обе «беретты», пройдет через металлодетектор, направится к выходу на посадку и — в самолет.

20.53

Реймонд допил кофе и добросовестно выбросил пустой стаканчик и упаковку от круассана в мусорную корзину. Интересно, что предпримет полиция в отношении ключей от депозитной ячейки? Удастся ли установить местонахождение банка, в котором она находится? Одновременно с этим он гадал, пытаются ли полицейские расшифровать, что означают записи в его ежедневнике, в том числе инициалы И.М.

20.54

Он вышел из кафетерия и, оказавшись в центральном коридоре, посмотрел в сторону контрольно-пропускного пункта «Люфтганзы». Около него находилось с десяток человек, дожидавшихся, когда их пропустят в зону посадки. Никаких задержек. Ничего необычного. Реймонд наблюдал за происходящим еще несколько секунд, а затем перевел взгляд на циферблат часов, висевших на стене кафетерия: 20.55.

21.05

Бэррон вглядывался в дорогу, с трудом различая ее из-за потоков дождя и слепящего света фар встречных автомобилей. Зеленый свет светофора уступил место желтому, но Бэррон прибавил газу и миновал перекресток как раз в тот момент, когда на светофоре вспыхнул красный. В тот же момент из рации послышалось шипение и донесся голос Рыжего, вызывавшего диспетчерскую:

— Говорит Макклэтчи. Свяжитесь с полицией аэропорта и потребуйте задержать посадку на рейс «Люфтганзы» номер четыре-пять-три.

21.08

Дождь немного утих, и впереди замаячил указатель поворота на Девяносто шестую улицу. Двигатель «мустанга» басовито заурчал, и, свернув направо, он снова утопил педаль акселератора в пол.

— Джон? — Это снова Рыжий. — Где ты находишься?

— Подъезжаю к развязке у аэропорта.

— Мы всего в нескольких минутах езды от тебя. Повторяю то, что уже говорил тебе раньше: не пытайся задержать его в одиночку. Дождись нас. Это приказ!

— Понял, сэр.

Бэррон положил рацию. Черт побери, они прибыли быстрее, чем он предполагал! Оставалось надеяться только на то, что он все же опередит их и что Дэн Форд не опоздает.

И вот он уже миновал развязку и оказался на территории, прилегающей к аэропорту. Он обогнал такси, автобус, выполняющий челночные рейсы между аэровокзалом и аэропортом, лимузин, длиной, наверное, с целый квартал.

21.10

Бэррон миновал первый терминал, затем второй и наконец доехал до международного терминала имени Тома Бредли, остановил машину в зоне, где парковка была запрещена, выскочил из нее и помчался что было сил.

— Эй, вы! Тут нет парковки! — закричал ему большой и лысый полицейский из дорожной службы.

— Я офицер полиции! Экстренная ситуация! Джон Бэррон, бригада пять-два! — Пробегая мимо регулировщика, Джон, не останавливаясь, сунул ему ключи от своего «мустанга» и проговорил: — Позаботься о машине, ладно?

Он скрылся в здании.