Праздник подсолнухов - Иори Фудзивара

Собрав с пола книги, я поднялся наверх. Второй этаж выглядел еще более заброшенным, чем обычно. Вероятно, из-за пустого пространства, зиявшего посреди книжной полки. Я вернул книги на место. Комната тут же обрела привычный вид, снова превратившись в абсолютно бесполезную территорию. Я огляделся и раздвинул шторы.

Мальчишка-курьер все еще сидел у окна напротив. Наши взгляды встретились, и он спросил:

— Что это с ней? Выскочила как ошпаренная, на ней лица не было.

— Похоже, я ей не понравился. Я вот что хотел спросить: тот мужик со стоянки, где он? Пошел за ней?

— Пошел, но, кажется, сразу передумал. Вернулся в машину. Видно, его только ты интересуешь. Да уж, до соверлютности ему далеко. Лучшее место для слежки — круглосуточный магазин. Это же как дважды два. Мой наблюдательный пункт — исключение.

— Видать, у них народу на всех не хватает. Ты сообщил об этом Хараде?

— Сообщил, это же моя работа. Ты не очень-то зазнавайся. Принц, без объяснений выводящий принцессу из-под угрозы, — старо как мир.

— Все не так, но, насколько я понял из твоих слов, ты считаешь, что угроза существует?

— Есть такое чувство. Такой, знаешь ли, нехороший запашок.

— Хм… А чувства, что тебя ожидает приятная новость, у тебя нет?

— Ну не знаю… А что за новость?

— Завтра у тебя, можно сказать, выходной.

— О-о! Чем займешься? Запрешься дома? Или отправишься куда-нибудь?

— Второе. Уйду, пока ты будешь разносить утренние газеты. Вернусь вечером.

— Сентиментальное путешествие?

— Ах, как романтично.

— Вот и правильно. Чем еще заняться парню, только что расставшемуся с девушкой? Ты читал Генри Миллера?

— Нет. Любишь американскую литературу?

— Ага. Это же супержесть. Похоже на Чжуан-цзы, хотя я, пожалуй, единственный, кто так считает. Так вот, в его книге «Черная весна» есть такие строки: «Сны, что мы видим, сделаны из боли расставания». Каково?!

— Ну, если тебя интересует мое мнение, то мне есть что сказать.

— И что же?

— Как быть с теми, кто не видит снов?

Он расхохотался. Я собирался задернуть шторы, когда он сказал:

— Слушай, можно я передам наш разговор Хараде?

— Тебе решать. Спокойной ночи.

Я задернул шторы.

Спустился вниз. Снова улегся на спину и уставился в потолок. Вряд ли до утра удастся уснуть. А значит, обойдется без боли расставания. Мои расставания закончились семь лет назад. Вместе с болью. Неспящие снов не видят.

Я приехал на Токийский вокзал, когда еще не было шести. Утренний свет пронизывал здание вокзала. Народу почти не было. Ах да, сегодня же суббота — в командировки почти никто не ездит.

За ночь мой преследователь сменился. Хотя идущий за мной мужчина был одет в такой же джемпер и источал тот же запах, все же это был другой человек. Вчерашний крепыш исчез. Субботним утром такси на улицах почти не было, и я изрядно попотел, ловя машину. За это время шпион успел вернуться в свой серый универсал и уже на нем продолжил слежку.

Возле кассы меня окликнули:

— Доброе утро, господин Акияма.

Голос, не лишенный изящества даже ранним утром, принадлежал Хараде. Лицо его освещала та же мягкая улыбка, что в казино, но сейчас он выглядел совершенно иначе. Передо мной стоял не менеджер игорного заведения, не управляющий отелем и даже не секретарь процветающего предпринимателя. Галстук скромной расцветки вместо галстука-бабочки и неброский костюм делали его похожим на клерка, каких полно на каждом шагу. И все же было в нем какое-то неуловимое отличие. Ощущение некой нереальности. От былого облика осталась лишь утонченность, во всем же остальном он, казалось, превратился в совершенно другого человека. Сейчас, при естественном освещении, я с большой долей вероятности мог угадать его возраст — года тридцать два или тридцать три.

— Доброе утро, — ответил я. — Прости, что вчера побеспокоил тебя насчет расписания.

Он пожал плечами:

— Не стоит.

Кивнув, я было направился к кассе, но он достал из кармана запечатанный конверт:

— Я приготовил для вас билет до Киото на поезд, отходящий в шесть ноль семь. Место для курящих в вагоне первого класса.

— Тогда тебе придется его сдать. Первый класс мне не по карману, а билет на свободные места я и сам в состоянии оплатить.

— Я ожидал такой реакции. Тогда, с вашего позволения, я улажу одно пустяковое дельце. Увидимся позже.

— Если судьба сведет.

Он с улыбкой развернулся и быстро зашагал к выходу. Провожая его взглядом, я заметил у колонны стриженного под ежик мужчину. Я узнал в нем своего преследователя. При виде Харады он разинул рот. Харада прошел мимо с совершенно естественным видом, однако мужчина тут же начал медленно сползать по колонне. Осев на землю, он неподвижно застыл у основания колонны, являя собой весьма странное зрелище. Я не услышал даже вскрика. Только заметил, как едва уловимо дернулась рука Харады. Не заметно было и чтобы он использовал оружие. Мимо прошли две девушки, не обратив никакого внимания на валившегося у их ног мужчину. Видимо, приняли его за пьяного.

Все это действительно отдавало сюрреализмом. И сам Харада, и его поведение. Тряхнув головой, я направился к билетной кассе.

Вагон был заполнен примерно на треть. Рядом со мной оставалось свободное место. Когда поезд тронулся, в проходе показался Харада. Быстрый зоркий взгляд и мягкий вкрадчивый голос:

— Не помешаю?

— Отказывать, вероятно, бессмысленно? Я ведь не выкупил соседнее кресло. Могу лишь дать небольшой совет.

— Что за совет?

— Железная дорога не вернет тебе разницу с первым классом.

С самым любезным выражением он опустился в соседнее кресло.

В проходе показалась тележка с закусками.

Харада обратился ко мне:

— Желаете что-нибудь на завтрак?

— Не стоит, я купил еду в круглосуточном магазине. — Разложив столик, я водрузил на него белый пакет. — С твоего позволения, позавтракаю.

— Пожалуйста.

Пока он покупал у торговца кофе, я выложил на столик свой завтрак — молоко в бумажном пакете и шоколадные палочки. Бросив мимолетный взгляд на мои яства, он заметил:

— Довольно оригинальный завтрак.

— Думаешь? Ты вроде хотел со мной о чем-то поговорить?

— Хотел. Мне необходимо ваше содействие и совет.

— Почему я должен оказывать тебе содействие?

— Потому что это связано с вашей бывшей женой.