Посетитель - Алекс Баркли

— Видимо, вам нужно поговорить с ней еще раз.

— Да. Как она после нашего отъезда?

— Мэри очень расстроилась, что не смогла вам помочь. И она напугана. Сейчас девушка в своей квартире. Я могу отвести вас к ней.

— Мы не хотели бы ничем расстраивать ее еще больше, — вздохнул Дэнни. — Но нам кажется, у нее есть какая-то информация, которая может оказаться нам полезной. Если бы удалось расшевелить ее память, помочь вспомнить…

— О'кей. Для начала вы можете побеседовать с Магдой. Вон она идет. Я вызвала ее из отпуска, когда все это случилось со Стенли. И она сказала, что ей необходимо с вами встретиться.

Магда подошла к ним. В руках у нее была синяя брезентовая сумка на колесиках, которую она прижимала к животу.

— Здравствуйте, детективы. Меня зовут Магда Олешак. Я ухаживаю за Мэри Бёриг. — Она села напротив и поставила сумку себе на колени. — Вот что я вам принесла. — Магда достала из сумки большой коричневый пакет. — Это все от Мэри.

— Она просила вас передать это нам? — спросил Джо, забирая у нее пакет.

Магда покачала головой:

— Нет. Дело в том, что я иногда отправляю ее письма. Но не все, многие оставляю у себя. Например, письмо, которое Мэри написала новому папе римскому — с поздравлениями. Или письма вам. Она видела по телевизору репортаж о вашей пресс-конференции. Его многие видели, но они же не пишут вам письма. Когда я вернулась из Польши, то узнала, что она сказала вам, будто отправила в полицию пятнадцать писем. Нет, Мэри их не отправила. Но она действительно написала эти письма — я их вам принесла. Она иногда пишет как раз перед началом приступа. Стен может это подтвердить. Он однажды приехал сразу после того, как у Мэри был приступ, и ее бумаги валялись на полу.

Джо вскрыл пакет, и его содержимое высыпалось на стол: бланки рецептов и почтовых отправлений, обрывки газет и журналов, туалетная бумага, странички из блокнотов с цветочными виньетками, поздравительные открытки, упаковка из-под кукурузных хлопьев. Все это было исписано ручкой и рассовано по конвертам.

— Когда Мэри что-то напишет, то через какое-то время пытается обнаружить некий смысл в том, что она написала, и, конечно, не может. Это ее очень расстраивает, и я вижу, как она плачет. Я чаще всего никуда не отправляю ее писанину, а уношу с собой. А Стен этого не знал. Вот он и отправил вам те письма. И теперь… — Магда пожала плечами. — Вы, наверное, тоже не видите в них никакого смысла.

— Никто не будет возражать, если я почитаю ее письма? — спросила Джулия.

Джо протянул их ей.

— Да, трудно все это понять, — произнесла она через некоторое время. — Мыслительные процессы у Мэри — диссоциативные. Для нее все это, видимо, имело какой-то смысл, но при написании письма логическая связь была нарушена. Я, конечно, очень хотела бы вам помочь, но ведь только вы сами знаете, что нужно искать. Например, на мой взгляд, слова Мэри о ее занятиях плаванием в Астория-парке не имеют для расследования никакого значения, однако, если вам известно, что убийца каждый день плавает в этом же бассейне, тогда это совсем другое дело. Но я все же тщательно изучу ее письма вам и попытаюсь определить, нет ли там чего-то такого, что могло бы оказаться полезным для вас.

— Я просмотрела некоторые ее рисунки. — Магда ткнула пальцем в коробку из-под кукурузных хлопьев. — Они очень странные.

Джо перевернул коробку и увидел на обороте черные рты — некоторые изображены крупно, другие мелко, но все широко раскрытые, с торчащими зубами. Он передал коробку Дэнни.

— А она с вами об этих рисунках не говорила?

Магда покачала головой:

— Это было после припадка. Я нашла их у нее на столе. И не стала эти рисунки ей показывать — слишком они безумные, прямо в дрожь бросает.

— Спасибо, что принесли все это нам, — сказал Дэнни, вертя в руках коробку. — Мы все их, конечно, как следует просмотрим. Может, это ничего и не даст, но тем не менее…

— Наверное, ничего не даст, — кивнула Магда. — Но раз уж вы здесь, может, сходите к Мэри? Спросите у нее что и как?

— Если вы не возражаете, — встала со стула Джулия, — я оставлю вас. У меня сейчас полно хлопот с устройством новой клиники на севере штата.

— Хорошо, мы сами справимся, — сказал Джо.

Мэри сидела на краю постели, разложив перед собой множество листов бумаги. Она находилась в этой позе уже минут пятнадцать. Рядом расположилась Магда, положив руку Мэри на плечо. Джо и Дэнни стояли возле кровати.

Все молчали.

Наконец Мэри подняла голову:

— Что-то такое было, связанное со ртами, с человеческими ртами, которые причиняют боль другим людям. Очень сильную боль. — Она взглядом указала на то место на рисунке, где чернила были наложены особенно густо, до полной черноты, так, что пропитали картонную упаковку насквозь.

Когда Джо вернулся домой, в передней горел свет. Анна, заслышав шум его машины, вышла в холл. Лицо у нее было совершенно белое.

— Что происходит?

— Ты о нашем расследовании? — уточнил Джо, направляясь к холодильнику.

— Мне только что звонили из Парижа. У нас дома была полиция.

— А если поподробнее?

— К моим родителям явились трое фликов,[19]позвонили в дверь. Мама очень испугалась. Ей ведь уже семьдесят пять! Она подумала, что с нами что-то случилось. А они спросили: «У вас все в порядке?» — потом обошли весь сад. И спросили разрешения осмотреть и дом. Мама не знала, что ей делать. Думаю, она даже не спросила у них документы…

— Я ведь говорил твоим родителям, что надо обязательно требовать документы у всех, кто звонит им в дверь.

— Да, ты им это говорил. Но ты ничего не сказал, что в дверь может позвонить полиция. Зачем флики туда явились?

Он подошел к Анне.

— После того, что произошло в прошлом году, я попросил полицейских время от времени заглядывать к твоим родителям. Вот и все.

— Но какое отношение ко всему этому имеют мои родители?

— Они — часть нашей семьи, а Дьюк Роулинс напал на нашу семью. Ты тоже не имела никакого отношения к тому, что произошло между ним и мной, но для него это значения не имело.

— И ты, выходит, полагал, что родители ничего мне не расскажут?

— Я не думал, что тамошним копам вздумается звонить им в дверь. Мне казалось, что они просто будут приглядывать за твоими родителями, не вызывая у них никаких подозрений.

— А к Джулио и Пам полицейские тоже наведываются?

— Ну, о них я и сам могу позаботиться. Я ведь рядом, в той же стране. И тем не менее я звонил в тамошнюю полицию, поставил их в известность о сложившейся ситуации.