Посетитель - Алекс Баркли

Кто-то принес Стенли Фрейту банку кока-колы и шоколадку. Банка была теперь смята, а обертка от шоколадки скомкана. Когда детективы вошли в комнату, Фрейт вскочил.

— Мы побеседовали с Мэри, — объявил Джо. — Она подтвердила то, что вы нам сообщили. Так что на сегодня все. Вы можете отправляться домой.

— Спасибо.

— Может, вас подвезти?

— А это вас не очень затруднит?

— Никаких проблем. Куда? В родную деревню?

— Нет, мой фургон остался возле клиники.

— Ага, конечно. О'кей.

Джо всегда спрашивал задержанных, которых долго мариновали на допросе, не хотят ли они, чтобы их подвезли до дома. И те частенько соглашались, поскольку считали это предложение проверкой. Мол, если бы они ответили «нет», это могло показаться полиции подозрительным — выходит, им было что скрывать. Но иногда все же следовал отказ просто потому, что задержанные — виновные или невинные — желали поскорее убраться из участка хоть к чертовой бабушке. Сейчас у Джо сложилось впечатление, что Стен решил: его продолжают проверять.

Они сели в машину и поехали к Двадцать первой улице. Джо повернулся лицом к Стену:

— Давно вы работаете электриком?

— Восемь лет.

— И нравится?

— Нравится.

— А до этого вы чем занимались?

— Водил грузовик.

— Мой отец тоже водил грузовик. Вы по каким маршрутам ездили?

— На Рикерз-Айленд.

— От какой фирмы работали?

— От «Барбизан тракинг».

— А бросили вы это дело из-за шуточек по поводу вашей фамилии?[18]

Стенли улыбнулся:

— Ага, что-то в этом роде.

Они подъехали к клинике.

— Возьмите мою визитную карточку, — сказал Джо. — Если что-то вспомните или вам что-то понадобится, дайте знать.

— Обязательно. Спасибо, что подвезли.

Стен пошел к своему фургону. В зеркале заднего вида Джо заметил Джулию Эмбри, она стояла у входной двери и махала рукой Стену, приглашая зайти.

— С чего это твой папаша стал водителем грузовика? — поинтересовался Дэнни, отъезжая от клиники. — И вообще, сколько профессий ты приписал старику Джулио за годы своей службы?

— Что делать, это хороший способ наладить контакт с фигурантом. Итак, что мы имеем с мисс Мэри?

— Ее глаза.

— Глаза Мэри?

— Ага. Они у нее как у собаки. Как называются эти собаки?.. На волка похожие?..

— Сибирские лайки.

— Во-во!

— Тут ты не прав, Дэнни. Девушка смотрится так, словно ее нужно немедленно завернуть в вату и… не подпускать к тебе, это уж точно!

Дэвид Бёриг сидел на короткой деревянной скамейке на территории приюта «Колт-Эмбри». Мэри расположилась рядом, лицом к нему, скрестив ноги под собой. Глаза у нее были покрасневшие и усталые.

— Мэри, Мэри, и что мне с тобой делать?

— Пойдем в кино.

Дэвид улыбнулся и обнял ее, прижимая голову Мэри к своей груди.

— Это ж надо! Посылать письма копам! Ты и впрямь считала, что можешь им помочь?

Он почувствовал, как она кивнула, не отнимая головы от его груди.

— У тебя доброе сердце, — сказал Дэвид, гладя ее волосы. — Помнишь того малыша, что жил у нас за углом? Он все время плакал, а я все время спрашивал его: «А мороженое не может помочь?» Он отвечал: «Да», — и тогда я говорил: «Отлично, когда пойдешь в магазин, возьми и для меня тоже». А ты всегда смеялась, но тебе его было страшно жалко, да?

Она улыбнулась:

— Я его помню. А ты над ним издевался.

Дэвид мягко отодвинул ее от себя и заглянул ей в лицо:

— Тебе хочется поговорить именно о такого рода вещах. Не уверен, что тебе это надо.

— Мне это очень надо: тогда я вспоминаю, что у меня была нормальная жизнь. — Она опустила глаза. — А теперь… Я знаю, что теперь я совсем глупая стала…

— Господи, не надо так себя терзать!

— Но это же правда.

— Посмотри на себя: ты такая красивая. И ты всегда умела меня рассмешить.

— А теперь не умею.

— Не говори так. Ты часто поднимаешь мне настроение. Напоминаешь о том, что мир вокруг добрый и светлый… — Дэвид осекся, вспомнив: Мэри не раз говорила ему, что окружающий мир противен и страшен.

— Погляди на свою рубашку.

— А что? — Он опустил взгляд вниз.

— Она вся трясется. Это твое сердце так бьется? Так часто? — Мэри нахмурилась и протянула руку к его груди.

— Нет, — быстро сказал он, перехватив ее ладонь. — Это просто ветер. — Дэвид улыбнулся.

Мэри пристально посмотрела на него:

— Тебе еще не надоело посещать меня?

— Нет-нет-нет! Пожалуйста, не надо так говорить. Нас всегда двое, Мэри. Так всегда было, так всегда будет. О'кей?

— Спасибо. — Она немного помолчала, потом сказала со вздохом: — Прости меня за эти письма.

Детективы подъезжали к автомобильной мойке на Коломбус-авеню, когда зазвонил телефон Джо.

— Это Ренчер. Насчет этой бабы, Мэри Бёриг. Она была госпитализирована в больницу «Даунтаун» одиннадцать месяцев назад. Огнестрельное ранение в голову… — Он помолчал. — Из пистолета двадцать второго калибра.

Когда Джо и Дэнни вернулись, Джулия Эмбри разговаривала с ресепшионисткой в главном здании клиники, склонившись над ее столом:

— Пошлите Магду в кафе, когда она вернется. Спасибо.

В кафе они заняли столик в тихом углу и заказали себе кофе.

— Вы же понимаете, — начал Джо, — что обо всех огнестрельных ранениях врачи «Скорой помощи» тут же сообщают в полицию, так что стоило нам «пробить» фамилию Мэри, все тут же и обнаружилось.

— Я просто не знала, что это имеет для вас значение.

— Не знаю, смотрели ли вы новости по телику или читали газеты, но Посетитель убивает своих жертв из аналогичного оружия…

— О Господи! — перекрестилась Джулия.

— И все выглядит так, что Мэри тоже была его жертвой.

— Но ведь все его жертвы были мужчинами? Разве не так?

— Пока да. Но тут слишком много подозрительных совпадений: Мэри посылала письма именно нам, из них следует, что у нее имеется какая-то информация о преступлениях Посетителя, и она была ранена в голову точно так, как остальные жертвы, и из орудия того же калибра.