Комната воды - Кристофер Фаулер

– Ты говоришь о вторжении на частную территорию или, по меньшей мере, о попытке такого вторжения? Это дойдет до музея – так всегда бывает. Его опять выкинут. Ты не мог бы его остановить?

– Артур хочет знать, что он затеял. Мы решили вмешаться, когда он посягнет на что-то серьезное, а обвинений во вторжении на частную территорию можно избежать, если мы найдем что-нибудь на его клиента.

Моника провела ладонью по волосам:

– Я не могу больше так жить, Джон. Может, я плохая подруга жизни, но я не хочу быть только опорой. Я всерьез подумывала о том, чтобы уйти от него, когда эта история всплыла наружу, словно испытание для меня. Знаю, что несправедливо тебя втягивать, но мне больше не к кому обратиться. Жены ученых не желают меня знать, а старые друзья ушли далеко вперед. Вот я и подумала: может, хоть Джон вспоминает меня добрым словом?

– Ты знаешь, как я к тебе относился, – с улыбкой сказал Мэй.

– Почему же ты меня не удержал?

– Ну что тут скажешь? – Он смутился. – То были времена диско. Всем хотелось продлить молодость, никто не желал заводить семью.

– Это самая хилая отговорка из всех, что я слышала. – Смех Моники остался прежним. – Кстати, когда мы встретились, ты был женат. Что произошло?

– О, это давняя история, – уклончиво ответил Мэй, вставая, чтобы рассмотреть картины.

– Значит, брак распался?

– Да, мы с Джейн развелись. Она… у нее были проблемы со здоровьем. Она заболела. Не физически, понимаешь, а…

Мэй не мог заставить себя докончить фразу. Он не видел особого смысла в том, чтобы возрождать прошлое, – по крайней мере, пока боль тех лет еще не утихла.

– Ты можешь не говорить мне об этом, Джон.

– В том-то и дело – я слишком долго об этом молчал. Я редко обсуждаю свой брак с Артуром, потому что… в общем, у него очень специфический взгляд на эти вещи.

– Речь идет о психическом заболевании, да?

– Тогда мы еще не знали, с чем имеем дело.

– И у вас были дети.

– Да, двое. Сначала родился Алекс, а четыре года спустя Элизабет. Теперь остался один Алекс.

Моника встала, подошла к Джону и легонько приобняла его за плечо:

– Что случилось с твоей дочерью?

Он отвернулся, с трудом подбирая слова:

– Она умерла, и я в этом виноват. В те дни я был намного тщеславнее, видимо чересчур. Алекс женат, живет в Канаде и знать меня не хочет. Элизабет… она родила девочку. Эйприл очень похожа на мать. Она живет в Лондоне, и… у нее все будет хорошо, я уверен. Пока у нее трудности, но мы учимся их преодолевать.

– Бедный Джон, ты не заслужил всего этого…

– Не знаю, – с деланой легкостью сказал Мэй, – но, по-моему, лучше все-таки завести семью – пусть даже и потерять ее потом, – чем жить, как Артур.

– Меня ты никогда не терял, – откликнулась Моника, обхватив его лицо ладонями.

– Ты хочешь сказать, что спал с ней? С женщиной из нашей округи? – крикнула Кайла Эйсон.

– Какого черта ты приплетаешь сюда округу? – рявкнул в ответ Рэндалл. Передняя спальня дома номер тридцать девять была невелика, и Рэндалл не сомневался, что соседи слышат каждое слово. – И вообще, какое это имеет значение? Это было за два года до встречи с тобой.

– Так почему ты рассказал мне только сейчас? Погоди-ка. – Кайла приложила ладонь ко лбу. – Тебе так нравился этот дом, хотя я думала, что для детей он слишком маленький. Ты что, переехал сюда, чтобы снова быть рядом с ней? Ты все еще с ней встречаешься? Господи, она же приходила на праздник к Уилтонам. Считаешь себя добрым христианином, а сам все еще… вожделеешь ее!

– Ну что ты несешь! Конечно же нет, я рассказал тебе, потому что рано или поздно это выплыло бы наружу. Я даже не знал, что она живет на этой улице, пока не встретил ее на вечере. Она заговорила со мной, когда я пошел за водой на кухню. Что я мог сделать?

– Сказать ей, что у тебя счастливый брак.

– Ну конечно, я так и сказал, но такие женщины, как она… в общем, я просто решил тебя предупредить.

– Наверно, она уже растрепала всем соседям. Что, по-твоему, должна я испытывать, зная, что на меня показывают пальцами?

– Я просто хотел быть честным с тобой, – с мольбой в голосе сказал Рэндалл. – Но лучше бы я этого не делал.

– А она была замужем? Вы что, совершили грех прелюбодеяния?

– Нет, она жила одна, работала в оранжерее в Кэмдене. Она поразилась не меньше моего. И никому она не расскажет – зачем ей лишние проблемы?

– Но ты должен был меня предупредить. А теперь она живет с этим ужасным риелтором прямо напротив нас. Ничего не скажешь, удобное совпадение.

– Мы встречались пару раз, Кайла, вот и все. Лорен ничего для меня не значит. Неужели ты думаешь, я бы тебе рассказал, будь это иначе?

В соседней комнате расплакалась маленькая Кэссиди, разбуженная непорядком в доме. Рэндалл выбежал из комнаты, громко хлопнув дверью, оставив жену в тоске и замешательстве.

Калли не отличалась склонностью к слезам, но сейчас ей было трудно их сдержать.

– Мне придется это сделать, Кал. Они не прибавят мне и пенни. Работы у меня нет, сбережений тоже. Здесь я заработка не найду. Что мне еще делать?

Пол расхаживал перед ней в своем распускающемся бирюзовом свитере. Таким рассерженным и сбитым с толку она его еще не видела.

– Что-то должно быть. Как насчет Нила? Неужели у него нет никаких связей?

– Господи, он же продает вазы и подсвечники розничным торговцам. Даже если бы он мне что-то нашел, сколько, по-твоему, я бы там продержался? Я всю жизнь работал в музыкальном бизнесе. Я пережил скандалы с фиксацией цен, внезапный подъем бритпопа, хип-хоп и подростковые группы, но единственная перспективная область рынка – это акустика, а о ней я ничего не знаю.

– Но ты мог бы поучиться.

– На дух не переношу акустические ансамбли. Пойми, я не хочу зарабатывать на хлеб тем, что ненавижу. Пусть это эгоизм, но если я сейчас не использую свой шанс, я всегда буду жалеть, что упустил его. Ты в порядке, у тебя есть дом, работа модели, друзья, разные увлечения. Кроме того, это может пойти на пользу нам обоим. Я же не насовсем.

Полу не терпелось уехать. Он решил воплотить свою мечту и совершить путешествие вокруг света. Он обещал вернуться через полгода, максимум через девять месяцев. Париж, Ницца, Амстердам, Прага, Греция, Россия, Таиланд, Вьетнам, Япония – Пол в подробностях описал Калли свой маршрут. «Интересно, – думала она, – как долго он вынашивал этот план?» Ей хотелось сказать, что он сбегает от своих проблем, что, если он не готов построить с ней дом прямо сейчас, она не собирается его ждать. Но слова замирали у нее на языке.