По Соседству - Блейк Пирс

Но сейчас имя Даниэль смешивали с грязью. И если ей нужно было нарушить это своё обещание, чтобы защитить сестру, то она была обязана это сделать.

– Ты помнишь полицейского, который сидел с нами на крыльце? – внезапно задала вопрос Хлои, чувствуя, как в голове у неё рождается новая мысль.

Даниэль улыбнулась:

– Ага. Клеренс Симмонс. Не знаю, почему я запомнила его имя. Здоровый такой парень. Очень приятный. Помню, что он горевал почти так же, как и мы, всё то время, пока сидел с нами.

Несколько мгновений Хлои обдумывала эту идею. Какое-то беспокойство начало подниматься у неё внутри, когда она поняла, что это может относиться к делу.

– Он говорил тебе что-нибудь в тот день? – спросила она.

– Ничего особенного. Говорил только, что всё будет хорошо. Повторял это снова и снова. Знаешь, забавно… Я только позже поняла… Когда проходила дурацкий курс психотерапии сразу после того, как всё это произошло. Ты знала, что он был соседом Эмбер Хейз?

– Эмбер Хейз? – спросила Хлои. Имя ей казалось знакомым, но она не могла вспомнить, где его слышала.

– Ага. Это та девчонка, что повсюду ездила на своём дурацком велике и постоянно бибикала.

– Божечки, конечно, я её помню… Подожди… она жила где-то через три дома от нас, правильно?

– Да, где-то там, – подтвердила Даниэль.

– Ты знаешь, где она может быть сейчас?

– Вроде бы. Она пыталась мне что-то писать в мессенджере на Фейсбуке. Живёт где-то в Нью-Йорке, по-моему.

– У тебя есть номер её телефона?

Закатив глаза, Даниэль достала телефон.

– Ну, у меня есть номер её компании. Она дала мне его, почему-то считая, что мне могут понадобиться рекламные услуги… понятия не имею, почему она так подумала.

Даниэль отыскала номер и дала его Хлои, и та сразу же позвонила по нему. Она знала, что заходит издалека, и что потребуется время, но чувствовала, что движется в правильном направлении. Прозвучало три гудка, прежде чем она услышала ответ:

– Рекламное агентство «Хемсли», Эмбер слушает.

– Эмбер, привет. Это Хлои Файн. Ты меня помнишь?

Повисла тишина, через пару мгновений прервавшаяся ответом, слишком театральным, чтобы казаться искренним:

– Да! О, Господи! Как ты поживаешь? Я видела новости… Как Даниэль?

– Напугана, но она в порядке. Она как раз только что мне рассказала, что вы переписывались недавно.

– Точно! Месяц назад я приезжала в Пайнкрест проведать родителей. Надеялась её увидеть.

– Послушай, Эмбер. Мне жаль, что приходится сразу переходить к делу, но я подумала, что ты могла бы мне помочь отыскать один адрес. Ты помнишь мужчину, с которым вы жили по соседству здесь в Пайнкресте? Он был полицейским. Клеренс Симмонс.

Эмбер засмеялась с понятной радостью в голосе:

– О, разумеется. Мистер Симмонс всегда был таким милым. Они с моим отцом до сих пор общаются. Прошлым летом они вместе куда-то ездили порыбачить, насколько я помню.

– Он до сих пор живёт в Пайнкресте?

– Нет. Уехал лет восемь назад. Может, больше. Переехал в Нью-Джерси.

– У тебя есть его адрес? Или, может быть, у твоего папы?

– Знаешь, у меня и в самом деле есть его адрес. Он до сих пор присылает мне открытки на Рождество. Если ты дашь мне пару минут, я найду адрес и перезвоню тебе.

– Это было бы просто отлично, – сказала Хлои. – Эмбер, спасибо тебе огромное.

Завершив звонок, Хлои увидела, что Даниэль стояла, уставившись на неё с благоговейным выражением на лице:

– Получается, находить информацию – это так просто для тебя?

– Не всегда. Думаю, это как раз то, что у нас в департаменте называют счастливым случаем. У неё где-то записан адрес, ей нужно будет его поискать.

Даниэль подошла к окну и посмотрела на улицу. Из-за её плеча Хлои увидела, что у дома появился ещё один новостной фургон. Какая-то женщина маленького роста говорила на камеру, установленную так, чтобы в кадр попадал весь дом целиком. Позади всего этого всё так же размещались две полицейских машины, один коп стоял рядом, выделяясь из толпы. Он курил сигарету и широко улыбался, смотря на весь этот цирк.

Они оставались сидеть дома, и Хлои чувствовала себя какой-то узницей. На телефон ей приходили сообщения от Грина с новыми подробностями о поиске Алана Шорта. Сёстры также продолжали следить за сюжетами о Даниэль на новостных каналах и в интернете, что злило их больше и больше.

В половине пятого это однообразие прервал звонок от Эмбер. В этот раз Хлои снова говорила только по делу, но успела выразить Эмбер свою благодарность. Она записала адрес и закончила разговор, ощущая, что приближается к чему-то важному.

– Трентон, Нью-Джерси, – сказала она.

– Везёт же нам, – прокомментировала Даниэль. – Он мог забраться в какую-нибудь глушь вроде Калифорнии. Это бы все усложнило, правда? – сказала Даниэль с иронией в голосе.

– Тебе нельзя ехать со мной. Пока тебя полностью не оправдают, тебе запрещается покидать город. Если хочешь, я попрошу Грина присмотреть за тобой.

С подавленным видом Даниэль покачала головой:

– Не надо. Мне хватает полицейских, торчащих снаружи. Когда ты уезжаешь?

– Утром. Нет смысла выезжать в час пик, чтобы добраться до его дома только к ночи.

– Значит, сегодня у нас девичник? – спросила Даниэль.

Хлои рассердило, что сестра пыталась шутить в такой ситуации. Но она также достаточно хорошо её знала, чтобы понимать, что таким образом Даниэль просто переживает стрессовые моменты. Она всегда так делала, даже в пятилетнем возрасте. И если она отпускала такие неуместные шуточки, это означало, что она находилась в напряжении или из-за чего-то переживала.

А, как Хлои могла догадываться, у Даниэль до сих пор оставалось множество поводов для беспокойств.

– Почему бы и нет, – произнесла она с улыбкой на лице.

– Здорово. С тебя вино, а я подыщу нам что-нибудь подходящее для просмотра.

Было радостно услышать этот совершенно наплевательский тон в её голосе, даже если сейчас она, по большей части, просто симулировала его. Как и Хлои, Даниэль чувствовала, что из всего этого начинала вырисовываться какая-то картина, но не знала, что и думать, ведь они должны были снова вернуться к своему прошлому, чтобы понять, что произошло.

Не смотра на все обстоятельства, Хлои выбрала бутылку красного вина из небольшого винного шкафа на кухне и наполнила два бокала. Вернувшись в гостиную с бокалами в руках, она увидела, что к дому подъехала ещё одна команда телевизионщиков.

Это означало либо то, что стали известны какие-то новые подробности по делу Мартина, либо в этот день не произошло совершенно ничего интересного.