Сыны анархии. Братва - Кристофер Голден

– Сукин сын! – крикнул Джойс. – Какого…

Лука с ревом ринулся на Джекса. Рыжий и Пыр перехватили его, выбив пистолет, прежде чем тот успел вытащить оружие из-за пояса, и припечатали сероглазого русского к обочине проселка. Дважды долбанув его головой о землю, Рыжий встал, поднял пистолет Луки и нацелил на него.

Потом бросил взгляд на парня, убитого Джексом.

– Устин…

– Не говори, – оборвал его Пыр.

– У нас проблема, – ухмыльнулся Рыжий.

Лука остался на земле, но разразился тирадой, которая могла быть только русским матом.

– Джекс, что ты творишь? – спросил Джойс, тряся головой и с отвисшей челюстью таращась на мертвого русского. – У нас был план, хороший план, который защитил бы Тринити. А теперь Лагошин прикончит вас обоих!

Джекс стоял над Устином, глядя, как вытекающая из него кровь расползается по земле лужей. В лунном свете из алой она стала черной.

– Мокрушников, попытавшихся ликвидировать САМКРО, в Чарминг послал то ли Лагошин, то ли Кирилл Соколов, – произнес он. – Тебе известно, кто именно?

– Конечно, нет, – насупился Джойс.

– Мне тоже, – ответил Джекс, метнув взгляд на Рыжего и Пыра. – Стоит мне показаться там, где залегли люди Соколова, и они допрут, кто я такой – вдруг Тринити сказала им, что она моя сестра, не знаю, – как они попытаются замочить меня. То бишь, если они те русские, которые хотят уничтожить САМКРО.

Неспешно прошествовав к Луке, он наклонился и провел быстрый обыск, отобрав сотовый телефон русского и миниатюрный нож, пристегнутый к ноге. С утрамбованной обочины то и дело вздымалась пыль, и на зубах у Джекса захрустел песок.

– Я доставлю им нашего друга Луку, – продолжал он, – и, может статься, они будут слушать меня достаточно долго, чтобы я вытащил Тринити оттуда. Доставив Луку Соколову, я выкажу добрую волю, а если они его чуток попинают, может быть, он и поведает им, где окопался Лагошин. Все в выигрыше.

Джойс лишь попятился, тряся головой. Поглядел на Рыжего и Пыра, будто в поисках поддержки.

– Это безумие. Дурь.

От Джекса вдруг повеяло леденящим холодом. Верхняя губа вздернулась, как только он позволил себе сбросить маску, и он посмотрел на Джойса с насмешкой:

– Так и знал, что тебя это допечет, учитывая обстоятельства.

Прикусив язык, Джойс окостенел и уставился на Джекса:

– О чем ты таком толкуешь?

Оглядевшись, он увидел, что Рыжий и Пыр наблюдают за ним с таким же ледяным видом, как Джекс, и затряс головой:

– Не понимаю, что это вам взбрело…

– Теперь не время лгать, – осадил его Пыр. – Мы этого не потерпим.

Джойс побелел как мел и с помертвевшим лицом снова обернулся к Джексу:

– Я пекусь только о тебе и твоей сестре, чувак.

Увидь Джекса в этот миг человек, не знающий его вдоль и поперек, ему было бы простительно подумать, что тот вдруг улыбнулся. Промельком. Однако это было выражение скепсиса.

– Не будь бабьей дыркой, не усугубляй дело, Джойс. Тебе хватило борзости пойти против своих братьев, принять у русских бабло… так хотя бы наберись борзости посмотреть последствиям в мурло.

– Но я не… Я бы ни за что…

Рыжий по-прежнему держал пистолет Луки. И теперь поднял, нацелив его Джойсу в голову.

– Кто-то сообщил им, что мы направляемся к дому Дринкуотера.

– Это мог быть любой из парней! Тор, Блоха, даже Ролли… Блин, чувак, да Мешок-башка вообще псих ненормальный!

– Вот только никто из них этого не делал, – покачал головой Джекс. – Мне надо было сообразить еще в «Птичьем краю». Уж больно ты был в курсе насчет русских, где и когда они бывают. Заварил с ними кашу, потому что решил, что можешь. Ты уже мутил с ними прежде. Парень в жилете с «цветами» должен быть или дебилом, или чертовски уверен, что словит пулю, если заварит такую кашу. Еще тогда что-то казалось не в струю, но уж когда Крупин наехал на нас после визита к Дринкуотеру, я понял, что здесь наследил кто-то из САМКСЕВ, и ты единственный, на ком все сходится.

Метнув взгляд на Луку, Джекс увидел, с каким видом русский следит за ними, и это сказало ему все.

От безысходности и отчаяния Джойса пробила испарина. Грудь его вздымалась и опадала в коротких, судорожных вздохах. Он снова затряс головой.

– Клянусь тебе, это не я, – проговорил он. – Не веришь мне – отлично, вынеси это на сход. Ты тут не в Чарминге. Поговори с Ролли, чувак, если тебе от этого станет легче…

– Именно так я и поступлю, – уронил Джекс.

Вот тогда-то Джойс и схватился за пушку.

Рыжий выкрикнул предупреждение, но ему не о чем было тревожиться. У Джойса не было ни единого шанса. Джекс прострелил ему череп, и тот навзничь брякнулся на землю.

– Идиот, – зарычал Пыр, воззрившись на покойника сверху вниз. – Кто же хватается за ствол, когда ему уже целят в лоб?

Джекс шумно выдохнул, глядя на россыпь брызг крови Джойса в пыли.

– Он знал, что для него все кончено. Если бы мы вынесли это на сход, конец был бы точно такой же. Может, он думал, что так быстрее.

Стерев свои отпечатки с пистолета Луки, Рыжий втиснул его в мертвые пальцы Устина. Лука вполголоса выматерился по-русски, похоже, напрочь отказавшись от английского с тех пор, как фортуна повернулась к нему задом.

– Что ты собираешься делать с этим типом? – указал Рыжий на Луку.

Все трое постояли минутку, обдумывая следующий шаг. У них ничего, кроме мотоциклов. Им никак не доставить Луку туда, куда надо, без риска, что он соскочит.

– Блин, – проворчал Рыжий.

– Не грызи уж себя так, Джеки, – невесело рассмеялся Пыр. – Ситуация меняется прямо на глазах. Ориентируемся по ходу.

Джекс пошаркал подошвой в пыли.

– Мы не можем звонить Ролли, пока у нас не нарисуется немного времени, чтобы убедить его, что Джойс предал клуб.

– Хоть он и схватился за ствол, – подкинул Пыр.

– Он на говно изойдет, что мы не выложили это ему, прежде чем впутаться в эту ситуацию, – досказал за него Рыжий. – Мы могли бы просто сказать, что его замочил Устин, но этот другой сраный браток нас не прикроет.

Все они несколько секунд смотрели на Луку, и Джекс пытался понять, так ли уж он им необходим. Настолько ли, чтобы пускаться во все тяжкие ради доставки его туда, где он нужен? Он негромко чертыхнулся. Может, Лука и не потребуется, чтобы убедить Кирилла Соколова, но если потребуется…

– Оттащите трупы с дороги, – велел он Пыру с Рыжим. – Байки свалите с другой стороны. Я найду укрытие и буду его стеречь, пока вы двое не раздобудете грузовичок.

Лука расплылся в улыбке, упиваясь их затруднительным положением.